Формула любви для Золушки - Красильникова Елизавета

Она закружилась с ним вместе по комнате и даже два раза подпрыгнула, на что реакция соседей снизу не заставила себя ждать. Прошипев Персику «Тсс!» (в общем-то он и не собирался шуметь), девушка еще раз перечитала послание, выключила компьютер и снова отправилась на кухню, в этот раз уже за большим-пребольшим сандвичем.

4

Таймер сегодня вопреки обыкновению не сработал. Наконец-то Саша отоспалась за все лето! Первое, о чем она подумала, проснувшись в одиннадцать часов, — что делал «ген. директор» в офисе практически в полночь?

Вчера она, видно, абсолютно потеряла от счастья голову и даже нс удивилась этому. А вдруг это была шутка? Вдруг это какая-нибудь ночная уборщица решила пролистать электронную поэту и похулиганить?

— Какая уборщица! Что за бред я несу? Приду на собеседование и узнаю: трудоголик ли этот директор или ему просто ночевать негде. — С этими словами Саша вылезла из постели.

Персик, уже привыкший, что его хозяйка разговаривает сама с собой, все же приподнял голову, сладко потянулся, с чувством явного превосходства взглянул на Сашу и отвернулся.

Она подошла к зеркалу. Действительно, зрелище не было достойно даже внимания кота: на нее смотрела довольно потрепанная особа неопределенного возраста, с мешками под глазами (то ли от постоянного недосыпания, то ли от сегодняшнего пересыпа), ссутулившаяся, видимо, не очень-то уверенная в себе. Длинные непослушные волосы спутались в какое-то жуткое безобразие, расчесать которое решится не любая щетка. Ужас! Где же вчерашнее ощущение победы? Где предвкушение сбывающейся надежды? Где, в конце концов, природная красота и молодость?! Да… Этот день целиком (ну, почти целиком) просто необходимо посвятить наведению блеска, восстановлению обаяния и приданию своему внешнему виду соответствующей респектабельности хотя бы в той мере, в какой Саша могла это себе представить.

Принимая душ, она подумала: «Удастся ли мне произвести должное впечатление на Вадима… как там его… Татаринова?» Саша вспомнила, что она однажды встречала молодого человека с такой фамилией.

Дело было после третьего курса, на так называемой летней практике. Их группу направили на работу в приемную комиссию института, и Саше достался участок приема документов у абитуриентов заочного отделения. До окончания срока подачи документов оставался всего один день, основная масса личных дел уже лежала в сторонке внушительной стопкой, и Саша фактически целый день просто просиживала штаны, отбывая свою трудовую повинность. Не предвидя появления в кабинете живой души, она облокотилась на руки и прямо за столом задремала. Очнуться ей пришлось от чьего-то вежливого покашливания.

Девушка подняла голову и сквозь пелену никак не покидающего ее сна с трудом разглядела стоявшего перед ней нескладного, длинного молодого человека в очках. Он ей запомнился — более комичной и нелепой личности она еще не встречала.

Весь день Саша вспоминала эту встречу и веселилась. А потом, само собой, забыла. И кто бы мог подумать, что вспомнить об этом ей придется именно теперь.

— Надеюсь, они не родственники, а то вот бы анекдот получился! Как ты считаешь, Персик?

Но кот на этот раз лишь удостоил ее презрительным взглядом. У него имелось занятие поважнее, чем дискутировать с глупой девчонкой, — он совершал утренний туалет в очень важных для него местах.

5

Вскоре и Сашина внешность была приведена в полный порядок. Ей придавалось основное значение, причем девушка рассуждала так: «Встречают по одежке, поэтому для того, чтобы произвести должное впечатление на Вадима (гм-гм) Татаринова, следует выглядеть на все сто пять. Провожают, конечно, по уму. С умом у меня все нормально (не считая некоторых случаев, да…), тем более что институтский запас знаний я, кажется, еще не успела растерять. В современной экономической обстановке немного разбираюсь — так что, если возникнут вопросы, не ударю в грязь лицом!»

И вот Саша перед входом в здание, где находится воплощение ее заветной мечты. Если бы кто-нибудь догадался сфотографировать ее в данный момент, то на снимке получилась бы весьма элегантная девушка, однако на несколько лет постарше настоящей Саши Аламовой. Строгий серый костюм с юбкой до колен, гладкая прическа, пуританский «кренделек» на затылке и тщательно выполненный макияж призваны были создать образ деловой леди. Саша решила, что так она наиболее походит на девушек в поисках работы, о которых пишут в модных глянцевых журналах.

Задрав голову вверх, Саша попыталась сосчитать этажи и сбилась со счета. «Знать бы, что здесь немудрено заблудиться, вышла бы из дома пораньше», — упрекнула она себя. Но девушка на ресепшн, посмотрев ее паспорт, развеяла все сомнения, мило улыбнувшись и сообщив, что на ее имя заказан пропуск и что господин Татаринов примет ее в таком-то кабинете на таком-то этаже.

«Значит, это не проделки ночной уборщицы», — подумала Саша, в душе досадуя на свое неуместное игривое настроение, но оправдывая его обыкновенным волнением. И отправилась навстречу судьбе в указанном направлении.

По коридорам то и дело спешили люди с папками и пестрыми проспектиками в руках. Они периодически ныряли в одни кабинеты и выныривали из других. Первое, что бросилось Саше в глаза, это то, что и мужчины, и женщины были ненамного ее старше, а главное, что с костюмом она не совсем угадала. В одежде служащих здесь людей преобладал скорее демократичный, чем официально-строгий стиль. На некоторых мужчинах можно было заметить джемпера, а один пробежал мимо в джинсах. Женщины преимущественно одеты в юбки с блузками или в брючные костюмы, а вот прически у всех были на высшем уровне, как говорится, просто, но со вкусом.

Оказавшись в приемной, она немного оробела. Коридорная суета резко сменилась респектабельной тишиной. Саша и представить себе нс могла, что офисный интерьер может быть столь продуманным до мелочей. Кроме суперсовременных кожаных диванов и стеклянного столика с аквариумом вместо ножки, ее приятно поразили развешанные по стенам в тонких металлических багетах акварели с видами венецианских площадей, испанских улочек, парижских кафе. Все было так изысканно и в то же время так просто, что создавалось ощущение спокойствия, и возникал настрой на деловое общение.

Секретарша встала из-за стола и, узнав у Саши цель ее визита, раскрыла перед ней дверь кабинета. Как было задумано по плану, Саша вошла туда уверенной, элегантной походкой, насколько позволяли ей это туфли на шпильках. Вообще-то она обычно отдавала предпочтение кроссовкам, но положение обязывает.

В высоком черном кресле, наклонившись над бумагами, постукивая по столу маркером и оперевшись рукой о бедро, сидел… В общем, Саша думала, что такие мужчины бывают только на фото в журналах мод.

Потом Саша так описывала его внешность своему коту Персику (поскольку делиться этим с кем бы то ни было еще ей почему-то нс хотелось):

— Представляешь, Персик, огромные плечи, широкая грудь… Волевой подбородок. Лицо вообще как с плаката: глаза серые-серые! Как посмотрел на меня, у меня чуть голова не закружилась… А когда он встал, чтобы поприветствовать меня, я точно упала бы в обморок, если бы он вовремя не подал мне руку. Длинные пальцы, крепкие ладони. И такие теплые, что мне не хотелось вынимать свою руку! А какой он высокий! Выше меня на голову, ну, ты понимаешь. Темные волосы и греческий профиль… А потом он подходит ко мне близко-близко и говорит мягким баритоном: «А что вы делаете сегодня вечером?…» Нет, Персик, это уже из области фантастики… И кому только такие мужики достаются?!

Конечно же, Саша преувеличивала. Начитавшись в свое время импортных любовных романов, она именно так представляла своего принца на белом коне. Возможно, что-то в ее описании внешних данных Вадима Татаринова и соответствовало действительности, но он был реальным мужчиной и жил напряженной жизнью руководителя крупной рекламной компании. Так что его положение тоже должно было обязывать.