Измена. Вернуть семью (СИ) - Рэй Мил

Выходка Эмира будет стоить нам новой куртки…

- Мда уж, - я присаживаюсь возле доченьки и тру пальцем ее куртку.

- Пятнушко? – спрашивает малышка.

- Да. Попробуем отстирать дома, - стараюсь ее успокоить.

Куртка новая, Ками очень понравился цвет и фасон. А тут такое происшествие…

- Уф, ну все! Гости убрались восвояси, - с улыбкой говорит охранник, который надзирает за нами.

- Вы бы так не ругались. Дети рядом, а вы… как сапожник, - не смогла сдержаться, и высказала ему.

Я дочку за плохие слова ругаю, а какой-то дядя сыплет ими, как из ведра!

- Простите. Так-с, идем в дом. Больше никого не ждем и никому не открываем, - подмигивает мне и Ками.

Нас не запускают в дом через большую дубовую дверь, возле которой топталась Анна. Меня и дочку проводят к «черному входу» или так называемой двери для персонала.

Меня ничуть не коробит от этого.

Обычно мы, я или Яна, так и попадаем в дома клиентов.

И здесь, надо отметить, невзирая на инцидент с Анной, тоже пекутся о безопасности Булата.

Охранник жутко приставучий.

Сначала он спрашивает, почему я приехала с дочкой. Потом, после коротких объяснений и демонстрации соглашения, где указано, что могут приехать клинер и сопровождающий, он на минуту отстает. Ками усаживается за небольшой столик, разбирает цветные тряпочки.

Охранник достает экологичные моющие средства для уборки.

У Булата не было аллергии, и он никогда не пекся о правильности уборки.

Кто теперь этим занимается, не знаю.

- Такие средства используешь, милая? – бросает охранник.

- Кто закупал?

- Экономка, кто ж еще. Он не женат! – ценная информация, однако.

- Пойдет, - буркаю, лишь бы он молчал и не заводил больше бесед со мной.

Замолкает. Потом снова…

- Прости, я не цепляюсь. просто хозяин у нас педант. Приказал, чтобы народу в доме было мало.

Не поняла, когда мы с ним перешли на «ты», и тут же об этом говорю мужчине. Он извиняется на автомате.

- У нас тут комар носа не подточит. Вот, эта сумасшедшая фурия ворвалась только. А так здесь никого не бывает! Дом купили недавно, тайно. Я предупреждаю, чтобы не болтала, у кого была и что тут было. Ясно?! Ты в курсе, кто такой Шагаев?

- Нет. Не знаю. И я расписку подписывала в агентстве о неразглашении, - пожимаю плечами.

- Ясно. Молодец. Ты мне нравишься.

Вижу, что всю старую охрану мой муж успел сменить за четыре года. И это сейчас только плюс. Не хочу, чтобы знали, что мы были здесь.

- Камеры работают? Шагаев этот оценит работу или как? – строго спрашиваю, сделав нарочно грубый голос.

Мужчина стоит возле меня и ждет, когда я переоденусь.

Но костюм, желтый комбинезон, я надеваю поверх своего наряда.

- Я оцениваю. А ты меня не бойся. Могу подвезти после уборки куда тебе надо, - скалится.

- Я с ребенком и на машине, спасибо, - отвечаю.

Он подходит ближе, бросив взгляд на Ками.

- А я не боюсь детей. Мне тридцать, самому уже пора. А я все никак. Мы же с тобой простые смертные, не небожители, как мой хозяин. Мне домой сына никто не приведет, - усмехается.

- А Шагаеву этому часто приводят? – спрашиваю, распаковывая новые швабры.

- Да нет. Эта одна шальная пришла сюда. Он вообще-то баб не приводит.

- Верный? Не изменяет? – с горечью смеюсь, а на душе волки воют.

- Черт его знает. Четыре года у него работаю. Баб не видел на постоянке. Шлюх тоже. Упс, прости, милая, - прикрывает рот.

Я прошу скорее показать мне фронт работы. Хватит уже подробностей из жизни ангела Булата. Каждая фраза о его жизни, как тяжелый молоток, крошит мое раненное сердце на осколки.

Кусочки стекла врезаются в ребра. Не могу дышать. Выть хочется.

Я бы хотела слышать, что он трахает все, что движется и не такой идеальный! А тут…

- Вот, здесь начни. В спальне, - с какой-то двусмысленной иронией, говорит охранник.

Он говорит, что проверит работу по итогу.

Я думаю, что эта уборка Булата не сдалась… Все, что его волнует, он проверяет лично. Так уж устроен мой муж. Так было раньше…

Я киваю, затаскивая ведра. Мужчина мне помогает.

Мазнув по моим рукам, он смотрит, как я натягиваю перчатки.

- Может, я колечко твое постерегу? – спрашивает.

Черт! Как муха прилип и не отстает!

- Я не ношу на работу обручальное кольцо. Вообще, украшений у меня нет. Спасибо, еще раз, - выдавливаю.

Ками делает вид, что она крутой клинер, и осматривает все вокруг.

На самом деле, это просто детское любопытство. И мне не стоило приводить ее с собой… В тысячный раз корю себя за привычку таскать дочку на работу…

Охранник, пикапер и мужлан, уходит.

Мы с дочкой остаемся вдвоем.

- Нужно быстрее все сделать. Ками, ничего не трогай, зайка! Сядь и сиди тихо, - прошу ее.

- Мамонька, я хочу помогать! – делает губки бантиком Камилла.

- Нет, это дом злого дракона. Мы должны быстро все сделать и уехать. Тем более, нам нужно еще к Яне, угу?

- Угу, - дуется и качает головой.

Ками устраивается в кресле. Градус интереса у крохи упал.

Баловаться нельзя, убираться тоже…

- Мамонька! Смотли! Это зе ты! – она указывает пальчиком на коробку.

- Где? Что ты говоришь? – я вылезаю из-под кровати, так как не поняла, что хочет Камилла.

- Тут твоя фотоглафия! – говорит моя доченька.

Камилла показывает пальчиком на какой-то ящик.

Я подхожу, раскрываю стеклянные двери шкафа и вижу наше свадебное фото. Здесь я и Булат. Такие счастливые, что душе становится больно. Невыносимо.

- Это ты в платье! Класиво, - оценивает мой наряд Камилла.

Я не могу дышать.

По лестнице слышны шаги.

- Прячь, Ками! Не трогай здесь ничего! – прошу ее.

Ками, как мышка, юркнула на свое место. А я ткнула фото в коробку и поставила ее обратно.

В дверях появляется тот самый мужлан, который ко мне клеится.

- Милая, у тебя есть пакет на зипке? – спрашивает.

- Герметичный?

- Ага, - торопится мужчина.

- Есть, кажется, - не понимаю, зачем он ему понадобился.

Я вручаю охране пакетик, которых у меня целая пачка.

- Спасибо, выручила! – говорит мужчина. – Ты поторопись. Булат Гасанович приедет через три часа. Тебя тут быть не должно. И твоего мини-клинера тоже.

Он подмигивает и уходит.

Я максимально ускоряюсь. Работы здесь не так много.

Мне хочется бежать из дома бывшего мужа сломя голову. Хочется из кожи вылезли, сквозь землю провалиться… Принять какое-то лекарство, чтобы забыть то, что услышала и все, что было между нами….

Глава 32

Булат

Несколько дней назад…

Я смутно помню, как затащил Полину в номер, когда Мия ушла. Я думал, что вытрясу всю душу из своей горе-помощницы, но даже руки на нее не поднял. Не хватало скандалов из-за приступов гнева.

- Не бейте, - пролепетала Поля, прижимаясь к стене в моем номере.

- Не собираюсь! Таких как ты трогать – только руки пачкать, - фыркнул и одарил ее таким леденящим душу взглядом, что она стала рыдать сильнее.

Мы не говорили ни о чем больше.

Уволена.

Вот и приговор, и большое грязное пятно на репутации, и, по сути, точка на дальнейшей карьере Полины. Отец научил нас давать настолько отрицательные рекомендации за малейшие проступки, что Полине теперь впору ближайший супермаркет искать, чтобы трудоустроиться.

- Вон пошла! – рявкнул. – Увижу рядом с офисом – тебе не жить!

- Простите! Прости, я тебя люблю! – закричала Полина.

Руки свинцом налились, я бахнул кулаком рядом с ней по стене.

Конечно же, хотел напугать…

А еще больше хотел, чтобы эта тварь сбежала из номера и больше никогда не маячила на горизонте.

Так и вышло. Полина понятливая.

В отличие от ее предшественницы, Анны Лариной…

Я выдохнул, собираясь с мыслями.

Хотел догнать жену и все ей объяснить.

Раскидывал по полочкам, как убедить Мию, что она не так все поняла.