Шпингалет охотно прокрутился под пальцами, я нажала на ручку, распахнула дверь, подтянула ближе чемодан, чтобы ногой вытолкнуть его наружу и чуть не налетела на Романа. Он стоял прямо передо мной, растопырив руки, в которых болтались две больших полосатых сумки.
Оттеснив меня, Рома шагнул в дом. Я слабо пискнула, сопротивляясь, но он просто отодвинул меня в сторону. Сумки с грохотом упали на пол, и я увидела, как на шее мужа вздулись вены. Обеими руками он толкнул чемодан, отчего тот покатился и криво притулился у своего старшего собрата. Скривив губы, Рома удовлетворенно кивнул и захлопнул дверь. Хрустнул замок, словно отсекая возможные дебаты.
Я выпрямилась, стараясь выглядеть невозмутимой, хотя внутри всё кипело.
– Что всё это значит?
Рома, не удостаивая меня ответом, разулся, пригладил перед зеркалом волосы и пошел на кухню.
– Ты всё принес?- раздался Танин голос. – А синий пакет? У меня там тапочки… Достань, а то что-то пол холодный. Чай будешь? Хорошо, хоть в кафешку заехали, поели, здесь в холодильнике шаром покати.
Я не поверила своим ушам! Зеркальная дверца отразила побледневшую женщину с растерянными глазами. Отлепившись от стены, я заставила себя подойти к тихо воркующей парочке.
И снова меня как будто не заметили. Таня и Рома вели себя так, будто меня не существовало. Будто они жили здесь всегда. Обычный вечер. Мужчина пришел с работы, а его встречает хлопочущая беременная женщина. Всё как положено. Мило, мирно, чуточку по-мещански.
Накрыло меня, когда Таня взяла в руки мою любимую чашку. Словно пелена опустилась перед глазами. Я подскочила и с силой вырвала чашку из ее рук. Схватив Таню за предплечье, попыталась вытолкать в прихожую.
– Ты что? Совсем с ума сошла? – прогремел Рома, заслоняя от меня Таню.
В какой-то момент он не рассчитал силу, и я еле удержалась на ногах. Отступила, сдувая со лба волосы.
– Убирайтесь отсюда оба, - выдохнула я ненавистью и снова шагнула к Таньке.
– Не трогай ее! – рявкнул Рома, и я вздрогнула от неожиданности.
В его голосе было столько злобы, что я испугалась, но быстро взяла себя в руки. Страх – это последнее, что я должна ему показать.
– А то что? Что ты мне сделаешь? Ударишь? Или, может, вдвоем накинетесь?
Я толкнула Романа в грудь и вышла из кухни.
Глава 35
Глава 35
Юлия
Ушла к Женьке в комнату, села на кровать, пытаясь унять дрожь в теле. В висках мелко-мелко стучали молоточки, выбивали рефреном: что же делать? что делать?
Никогда в жизни я не участвовала ни в каких склоках, бежала скандалов и представить не могла, что мне придется выгонять из дома непрошенных гостей. Да не просто гостей, а каких-то захватчиков!
Господи,- я обхватила руками голову, - да это же какая-то сказка про Зайчика и Лисичку. Это же что-то из жизни маргиналов, где грязно ругаются, заселяются в комнаты, визжат и дерутся, выясняя, у кого, сколько законных метров.
Но мы же… мы воспитанные, образованные люди. У нас всё должно быть по-другому. Цивилизованный развод. Бумаги, договоры, соглашения, суд, раздел имущества, а дальше у каждого своя жизнь. С чистого листа.
Я почувствовала, что мне снова не хватает воздуха. Вскочив, рванула створку окна, высунулась по грудь, вдыхая влажный, пропитанный запахом жасмина воздух. Протолкнула рывками, стараясь унять панику.
– Юля! – раздался стук в дверь.
Я резко обернулась. Глаза зашарили по комоду, столу, этажерке – чем мне от них защититься?
Дверь приоткрылась, и в комнату заглянул Рома.
– Ты успокоилась? Давай поговорим.
– Нет. Если я и буду с тобой разговаривать, то только в суде!
– Слушай, отойди от окна…
Рома сделал шаг вперед, успокаивающе выставив перед собой руку.
– Иди ты, знаешь куда? – зашипела я. – Заботушка! Не волнуйся, из-за такого… как ты, прыгать не собираюсь.
– Да я и не сомневался, - усмехнулся Рома.
Он помолчал, кривя губы. Делал так всегда, когда нужно было что-то решать. Будто собирался с духом.
– Давай обсудим… Без всего этого… Сядем и обсудим.
– Обсудим что? – я оперлась о подоконник руками. – Предлагаешь поговорить о том, что ты притащил в дом любовницу? Ты серьезно?
Я качнула головой:
– Не выйдет. Выметайтесь оба! Будь мужиком…
– Между прочим, это и мой дом, - огрызнулся Рома. – И Катин. А ты даже не поинтересовалась, где наша дочь. Вместо этого, ты где-то шляешься допоздна.
– Я знаю, что Катя уехала на сборы, - устало сказала я. – Я в полицию позвоню, Рома.
В висок словно воткнулся острый нож, проковырял дырку в мозгу и переместился на другую сторону.
– Да звони, куда хочешь. Это ничего не изменит. Таня будет жить здесь. Нравится тебе это или нет. У нее хватит характера… Даже если приедут из полиции, в чем я очень сомневаюсь, даже если попросят уйти, она через полчаса вернется. Ты не сможешь ничего сделать, Юля. Зачем тебе эта нервотрепка? А? Ты ведь здесь даже не прописана. Жилье у тебя есть. Катя после сборов вернется сюда. Лера тоже. Ты одна – нас четверо, а вместе с моим сыном пятеро. Потянешь? Вряд ли…
Я впилась пальцами в подоконник, и Рома это заметил. Довольный произведенным эффектом, ухмыльнулся. Эта ухмылка, циничная и самоуверенная, вызвала у меня тошноту. Как же я его в этот момент ненавидела! Даже больше, чем Таньку.
Как он изменился. Ведь еще недавно мы даже во сне держались за руки.
Мне жутко захотелось вцепиться ему в лицо, чтобы оставить отметины на память. Но я лишь стиснула зубы, чтобы не выказать своей слабости. Не дождется.
– Ты мерзкий… лицемер.
– Я? – удивился Рома. – Я лицемер?
Он привалился к косяку и сложил на груди руки.
– Я в отличие от тебя всегда действовал совершенно открыто.
– Например, спал с моей подругой. С бывшей подругой…
Рома поморщился, будто услышал полную чушь.
– При чем тут это? Я не снимаю втихушку деньги. И сюда мы приехали не под покровом ночи.
– Как благородно! – рассмеялась я.
Повисло молчание. Как будто всё в одночасье стало бессмысленным. Да мне так и казалось. Вся моя жизнь стремительно тонула. Зря я думала, что катастрофа позади, я выжила и сумела взобраться на плот. Но по иронии судьбы вместо плота под ногами очутилась хлипкая картонка, которая моментально расползлась на клочки. И я снова провалилась в бездну.
На кухне тоже была тишина. Скорее всего, потому, что Танька, затаив дыхание, слушает нашу перебранку. Слушает и злорадно ухмыляется. Нет, этот балаган надо прекращать.
– В общем, так, Ромочка. Если думаешь, что я куда-то уйду, ты ошибаешься. Так и передай своей…
Выговорить слово, которое больше всего подходило Таньке, я не смогла. Не хватало еще опускаться на ее уровень.
– Юридические вопросы рано или поздно решатся. И я надеюсь, больше никогда не увижу вас в своей жизни.
– Угу… так, да? – почесал нос Рома. – Ладно. Значит, поживем втроем.
Он развернулся, вышел и плотно прикрыл за собой дверь. Из кухни послышались неразборчиво голоса, а потом противный Танькин смех. Я не моргая, смотрела перед собой в стену. Как всё это стало возможным?
Неужели Рома думал, что я, как послушная собачонка поймаю косточку, которую он мне бросил, и буду радостно вилять хвостиком? В голове промелькнула картина: я, варящая борщ для Ромы, и Таня, стирающая его грязные носки…
Сладкая парочка, напившись чаю, проследовала в спальню. Застучали ящики комода, следом раздался смех, Нет, ну это уже слишком! Женькина комната находится впритык – я что, должна, как мышь сидеть здесь, а Рома со своей пассией будут резвиться за стеной?
Я разблокировала экран телефона. Как бы ни было стыдно, но в полицию придется позвонить. Иначе мои угрозы превратятся в пшик. Раз уж сказала, надо идти до конца.
– Здравствуйте. Что у вас случилось? – послышался в трубке женский голос.
– У меня в квартире находится посторонний. Точнее посторонняя, - ровным голосом сообщила я.
