«Я имею право рисковать своей жизнью!» Пальцы сами печатают в телефоне какую-то ничего не значащую ерунду.
«Скажи это главврачу, у которого в больнице не хватает мест из-за наплыва больных. Все из-за таких “правых”, как ты».
Давай поведай мне, Марион, что скажут врачи. Мне, который бегал из одного госпиталя в другой с дедушкой, который еле ходит. Ах да, ведь ты об этом не знаешь. Когда ты в последний раз спрашивала меня, как мои дела?..
Но я никогда не напишу ей ничего подобного. Ведь желание быть ее подушкой для слез выше всякой гордости. Я прошел все стадии принятия своих чувств к ней. Отрицание. Гнев. Торг. Депрессия и, наконец, то самое – принятие. Я влюбился в нее по уши в выпускном классе. Чувства порой бывают такими бессмысленными и глупыми. Ведь я застрял в тот же год во френдзоне и, стоит отметить, не пытался из нее выбраться. Зачем? Я ведь никогда не стану им. А ей никто не нужен… кроме него. Хоть я и готов быть подушкой для слез и моя гордыня смирилась с моей ролью, но я никогда не смогу стать запасным планом. Тем, кого выбирают от безысходности и боли. Это не по мне. И как бы сильно я ни любил ее… мне хочется невозможного – ее взаимных чувств.
«Ты написала мне в два ночи, чтобы убить все желание веселиться?» – продолжаю я играть свою роль.
«Твое желание веселиться не сможет убить даже пандемия, я меркну на ее фоне».
Стерва. Как же сильно я скучаю по ней!
«Марион, поверь мне на слово, благодаря своей сучьей натуре ты не меркнешь даже на фоне всемирного зла».
«Приму за комплимент, Вал».
«Всегда рад, ведьмененок».
Этому прозвищу уже столько лет… В грудной клетке неприятно покалывает. Марион не меняется. У нее талант оставаться собой, несмотря на все дерьмо, что происходит в мире.
«Как прошел семейный ужин?» – спрашиваю я. Она же не просто так мне пишет. Когда же начнется та самая заезженная пластинка под названием «Александр дю Монреаль»?
«Даже не спрашивай…»
«Он не пришел, да?»
На его месте я бы поступил именно так. Когда ты переспал со своей сводной сестрой, зная, что она по уши влюблена в тебя, а после оставил ее со словами: «Это была ошибка», лучше не появляться рядом с ней до конца своих дней.
«Если бы… Он пришел с девушкой».
Не выдержав, я фыркаю. Вот ведь придурок.
«Дата похорон уже назначена?» – строчу я. Не собираюсь умничать и свысока спрашивать, почему столько лет спустя она вообще думает о нем и с чего вдруг его приход с девушкой ее так злит. Марион все понимает без меня, я не собираюсь учить ее жизни. Все, что я могу, – это заставить ее улыбнуться. Моя чертова суперспособность.
«Если что, я отправлю венок! Попросим написать на ленточке: “Покойся с миром, тупая сучка!”» – вдогонку отправляю я.
«Она выжила…»
«Что ж… Алекс прожил интересную жизнь. Хоть и не очень длинную…»
Закрываю глаза и представляю ее широкую улыбку. Ряд белых зубов и звонкий смех. И глаза… огромные, зеленые, искрящиеся… Сердце трещит по швам.
«Он тоже выжил…»
«Значит, ты решила, что смерть слишком легкое для них наказание. Мне уже страшно, Марион. Стоит ли эвакуировать Париж?»
«Я буду работать с ними».
Замираю и сверлю взглядом телефон. Я все правильно прочитал?
«Неожиданно…»
«Сама от себя не ожидала. Они так выбесили меня!»
«И ты решила выбесить их в ответ. Что ж, твой удар пришелся ниже пояса. У Алекса нервный тик начался, наверное, прямо там? Сразу после услышанного?»
«Алекс попытался сказать мне «нет»».
Еле сдерживаю смешок. Алекс – баран, каких поискать. Сначала приперся на встречу с другой девушкой, а потом попытался разрулить ситуацию, в которой сам и виноват. Как плохо надо знать Марион, чтобы не понимать: она обязательно что-то да выкинет.
«Такой взрослый и такой наивный!»
Такой тупица…
«Ага… Так что завтра у меня рабочий день!»
Уже завтра… Алекс и Марион в одном офисе. В прошлый раз это закончилось их близостью и ее разбитым сердцем. Тем самым, которое мне так и не довелось собрать и излечить. Она удрала на три года в Англию. Все из-за проклятого дю Монреаля.
«Иди спать, ты начинаешь работать с утра, ведь так?»
«Именно».
Немногословный ответ. Мне кажется или она просит о поддержке?
«Я заеду за тобой после работы! Надо же мне тебя обнять и передать заразу, хотя сомневаюсь, что она имеет власть над тобой», – отправляю я, а сам смотрю на спящую Полин… Какой-то голосок в голове орет о том, что это плохая идея. И черт бы меня побрал, но орет он голосом Лео. Да, Лео на все сто процентов согласился бы с моей совестью. Это очень плохая идея.
«Ха-ха, как смешно. Увидимся через две недели, как только будем уверены, что ты ничего не подхватил! До этого никаких обнимашек!»
«Да что я могу подхватить! Во мне столько водки. Антисептик и внутри и снаружи, – вру я. – Так что обнимашкам быть!»
«Я подумаю над этим…»
«Сладких снов, Мар».
Она ничего не отвечает. Но я слишком хорошо знаю Марион. По ее лицу сейчас блуждает глупая улыбка. Она написала мне, потому что ей нужна моя поддержка. И каким я буду другом, если оставлю ее наедине со всеми этими терзаниями?
Полин в очередной раз перекатывается со спины на живот, сбрасывая с себя одеяло, и ее щека так умилительно расплющивается о подушку. Я засматриваюсь на ее тело. В лунных лучах она похожа на фею. Молочная кожа переливается, словно фарфор. Длинные ноги кажутся бесконечными. Я поднимаюсь с пола и подхожу ближе к ней. Мне никогда не было так хорошо в сексе с первого же раза. Никогда движения не казались настолько синхронными, а объятия настолько теплыми. Я наклоняюсь над Полин, и нос улавливает сладкий пряный запах. Я вдыхаю его полной грудью. Все в ней будоражит кровь. На весах оказались две абсолютно противоположные девушки. Марион – что-то родное, привычное и вместе с тем недосягаемо желанное. Полин – неизвестное, сумасбродное и вместе с тем дарящее радость здесь и сейчас. Сделать правильный выбор невозможно.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
