Притворись моим женихом (СИ) - Гетта Юлия

Короче, мой образ благовоспитанной леди был безнадёжно разрушен, но отчего-то я ни капельки не беспокоилась по этому поводу.

Как говорила легендарная Людмила Прокофьевна: «У меня такая безупречная репутация, что меня уже давно пора скомпрометировать!»

Но Людмиле Прокофьевне было далеко до меня. Хотя, я готова была поспорить, она наверняка бы мне позавидовала.

Мы занимались безудержным сексом с моим ненасытным любовником до тех пор, пока полностью не выбились из сил. Кончив, Саша уснул прямо на моём плече, а я вырубилась вскоре вслед за ним.

Утром меня разбудило едва слышное пиликанье.

Кое-как разлепив глаза, я тихонько выползла из объятий своего вундеркинда. Увидела на тумбочке его светящийся телефон, и меня накрыло неприятным чувством дежавю.

После того, что произошло между мной и Сашей этой ночью, мне ужасно не хотелось разрушать сказку. Я понимала, что если сейчас возьму этот телефон, а там снова сообщение от Вики или какой-нибудь Алины, Жанны, Кати, Леры… Я этого не вынесу. Просто умру. Особенно, если выяснится, что вчера Саша мне наврал про отца.

Но всё же любопытство пересилило.

Да и, как говорится, лучше горькая правда, чем сладкая ложь…

Я взяла в руки Сашин телефон, разблокировала экран и увидела на нём входящий пропущенный, подписанный как «Мама», и сообщение от неё же: «Саш, ты во сколько сегодня собираешься к отцу в больницу? Я тут подумала, ты прав, каким бы он ни был, но он наш родной человек, и мы должны быть рядом с ним в трудную минуту. Так что… Заедешь за мной?»

И вот теперь у меня реально на глазах выступили слёзы. Я закрыла рот рукой, понимая, что нет — мой вундеркинд меня не обманул. Всё, что он вчера сказал, было чистой правдой.

Но больше всего меня поразило даже не это.

А то, что там, за уведомлениями, виднелось на полупрозрачном фоне.

На экране Сашиного телефона как рабочий стол была установлена фотография. Наша с ним фотография. Где мы на горке первого января в родительской одежде, в этих смешных куртках, шапках и валенках стоим, обнимаемся. И у Саши, и у меня — такие счастливые улыбки…

Я всхлипнула, с умилением разглядывая снимок, и всё-таки разревелась.

— Я выйду за тебя замуж, вундеркинд, — прошептала я, улыбаясь сквозь слёзы и с нежностью глядя на безмятежное спящее лицо своего пусть ещё юного, но такого роскошного и настоящего мужчины.

Глава 35

Саша

— Солнышко моё, ты скоро там? — крикнул я Ане, глядя, как она носится по квартире словно ужаленная.

Только и видно из прихожей: то в ванную, то в спальню, то подбегает к большому зеркалу…

— Да, пирожочек, ещё пару минут!

— Ага, полчаса назад тоже было «пару минут», — пробурчал я себе под нос, устраиваясь в кресле поудобнее.

И принялся дальше жать на кнопки пульта, невидящим взглядом уставившись в телек. По всем каналам показывали какую-то чушь.

Наконец я наткнулся на более-менее приличный фильм и оставил пульт в покое.

Убедившись, что Ани нет в поле зрения, достал из внутреннего кармана пиджака маленькую бархатную коробочку и раскрыл её, чтобы в очередной раз полюбоваться на кольцо.

Оно было красивым. И я очень надеялся, что подойдёт на Анин тонкий пальчик по размеру. Я специально накануне стырил у неё из шкатулки одно из колец и с ним поехал в ювелирный магазин, чтобы стопудов не ошибиться.

А теперь ломал голову, как его преподнести. С одной стороны, было странно делать предложение девушке после того, как мы уже подали заявление в ЗАГС и определились с датой свадьбы. Но с другой стороны, как мне сказали мои женатые друзья, оставить девушку без помолвочного кольца перед свадьбой — это почти то же самое, что отобрать у ребёнка конфетки.

Увидев, как Аня выскочила из ванной, я быстро закрыл коробочку и спрятал её обратно в карман. Но моя любовь в который раз всего лишь мелькнула в прихожей и стремительно скрылась в спальне.

Я улыбнулся, с нежностью наблюдая за ней. Такая забавная, моя малышка.

Сегодня мы ехали знакомиться с моими родителями. Аня так хотела понравиться им, так переживала, что они её не примут, бедолага. Вбила себе в голову какую-то дичь, типа они наверняка хотели кого-то помоложе и получше для своего единственного сына. Хотя я миллион раз ей повторял, чтобы она не парилась вообще. Но Аня мне не верила.

На самом деле это мои родители сейчас должны были переживать. Потому что если они не дай бог посмеют при Ане ляпнуть что-то лишнее или поскандалить друг с другом, не знаю, что с ними сделаю. Я их тоже миллион раз предупредил, чтобы вели себя хотя бы один вечер прилично, как нормальная человеческая семья.

Мама с отцом снова сошлись после того, как папу выписали из больницы. Решили попробовать начать всё сначала. Я, честно, не знал, надолго ли их хватит. Но с тех пор прошёл уже почти месяц, а они всё ещё не разбежались. Значит, возможно, имелся шанс...

Наконец моя богиня появилась на пороге зала вроде бы полностью готовая к отъезду. На ней была длинная свободная юбка тёмно-синего цвета и такая же свободная кофта оверсайз.

Не знаю, чего Анюта там так долго собиралась, потому что ни какого-то яркого макияжа, ни кудрей на её голове я не заметил. Она выглядела естественно и почти невинно, точно так же, как по утрам, когда только просыпается.

Скромница, ни дать ни взять. Обычно моя звезда так не одевалась.

— Ну? Как я выгляжу? — нетерпеливо спросила она, взволнованно закусив губу, пока я её разглядывал с ног до головы.

— Как будто сбежала из монастыря, — усмехнулся я, думая о том, что даже в таких вещах она божественна, хоть и сама не понимает этого.

— Ну, Саша! — капризно топнула Аня ногой. — Я ведь серьёзно спрашиваю!

— И я серьёзно. Ты же вроде бы не носишь такие вещи. Где ты это всё взяла?

Она вздохнула и закатила глаза:

— Я не хочу, чтобы твои родители подумали, будто я специально тебя соблазняла, вызывающе наряжаясь…

— Но ведь так оно и было, — издевался я над ней.

— Ну Саша, прекрати!

Я встал с кресла, подошёл к ней, обнял и поцеловал в недовольную мордочку.

— Ну ладно, роскошно ты выглядишь, солнышко. Ты в чём угодно выглядишь на все сто. Самая красивая женщина на свете. И прекрати уже так переживать, всё будет хорошо.

— Ой, не знаю, — скуксилась она. — Я ужасно волнуюсь. Никогда ведь ещё не знакомилась с родителями своего будущего мужа. Тебе просто меня не понять, потому что когда ты с моими знакомился, для тебя всё это было игрой!

— Ну и ты представь, что это игра. Да нормально всё будет, Ань, я тебе обещаю.

Аня сделала глубокий вдох, прикрыла глаза и вроде бы немного расслабилась:

— Ну ладно, поехали тогда. Не хочется опаздывать.

Я не удержался и поцеловал её сладкие губы. А потом ещё. И ещё…

На самом деле мне самому не хотелось никуда уезжать. Хотелось остаться дома и провести этот вечер вдвоём, как обычно мы и делали.

Вот уже месяц мы с Аней были неразлучны, ночевали то у меня, то у неё, и расставались, только чтобы съездить на работу. Да и там постоянно переписывались, отправляли друг другу всякие приколы, и я ржал как конь на весь офис. Мои сотрудники меня не узнавали и вечно подкалывали из-за этого.

Вот уже месяц я был абсолютно счастливым человеком и, казалось, впервые в жизни понял, что такое любовь.

Потому что все отношения, которые я заводил до Ани, были совершенно не такими.

Мне раньше никогда ещё не хотелось проводить с девушкой двадцать четыре часа в сутки. Узнавать её мнение по любому поводу — будь то какой-нибудь важный вопрос, например, контент, который должен войти в сезонное обновление игры, или просто какой-нибудь тупой мем из интернета.

Но нужно было ехать к родителям.

Поэтому я заставил себя оторваться от нежных Аниных губ, пробормотав:

— Ты такая сладкая, как шоколадка…

Моя девочка тут же расплылась в улыбке. Я обожал видеть её такой довольной, разомлевшей, счастливой.