Найду тебя по звёздам (СИ) - Нева Анна
Его пальцы касаются моего лба, щёк, и мне так же хочется прикоснуться к нему. Я уже тянусь к его лицу, когда мужчина вдруг резко отталкивает меня.
— Ты что творишь, а?
Этот голос… Неужели?…
— Вы?.. Э-это вы?
— Конечно я, ослепла, что ли?
Обессиленно прислоняюсь к стенке, одновременно чувствуя невероятное облегчение. Ну, конечно, как я сразу его не узнала? Заир! Совсем другой без бороды, помолодевший лет на десять, но Заир. Господи, я чуть не расквасила голову Тураеву!
— Вы…
Смотрю на него, как впервые, не могу оторваться. Какие красивые у него губы, чисто мужские — скупо изогнутые, но чётко очерченные. И этот твёрдый подбородок, и носогубные складки, придающие ему такой надменный вид. И вся эта красота зачем-то была спрятана под неряшливой чёрной бородой.
— А… где ваша борода?
— Сбрил!
И правильно сделал. Так гораздо, гораздо лучше. А мой взгляд скользит ниже, и уже блуждает по великолепной фигуре Тураева, его смуглой коже, налитым мышцам атлета. О, да, они впечатляют! Сколько ему? Тридцать четыре? Тридцать пять? Самый расцвет. Прости, Нисар, но твой муж совершенен! А мои глаза бесстыжи, каюсь. Но оторвать их от него не могу.
— А почему вы в полотенце?
Ох, по-моему, он снова сердится. Его желваки ходят ходуном, а глаза мечут молнии. А что я такого сказала? Просто спросила.
— Вымок! — гаркает Тураев, а я испуганно жмурюсь от его рыка. — На улице льёт как из ведра, если ты не заметила.
Он швыряет злосчастный кувшин на стол, пинает что-то, подвернувшееся под ноги, и топает к тумбочке, где стоит стационарный телефон. Остервенело тычет кнопками, а потом я какое-то время наслаждаюсь его довольно приличным английский. Кажется, он горничную вызывает.
Затем направляется к бару, и гремит там бутылками. И тут я позволяю себе удивиться: дело в том, что даже я не знаю, что там стоит — ни разу не заглядывала, а Тураев знает. Как так? Впрочем, это же он за номер платит, так что…
Пока Заир хозяйничает в моём баре, я без зазрения совести любуюсь его видом сзади. Вау-вау!! Пусть это курорт, и обнажёнкой здесь никого не удивишь, и, всё же, одно дело на пляже, под разнузданным солнцем, и другое — в домашней, почти интимной обстановке. А еще такой великолепный экземпляр! Что ни говори, а туристы в Турции совершенством тела нас не балуют. Поэтому мне хочется продолжать любоваться грандиозным зрелищем, устроенным для одной меня, как можно дольше. Бесконечно долго. Всегда.
— Ну, чего уставилась? Голых мужиков не видела?
Я вздрагиваю, и мои радужные фантазии лопаются, как мыльные пузыри. Опускаю глаза, и отвечаю какую-то банальность насчет работы санитаркой: мол, много, чего видела. Много видела, да не на всё хотелось смотреть дважды. А тут песня для глаз. Ария Архангела. Крыльев только не хватает за спиной. Чёрных.
— Санитарка? Получше ничего не могла найти? Москва, всё-таки.
От пренебрежения в голосе Тураева моё игривое настроение улетучивается в один миг. Получше? Это с моим-то послужным списком? Впрочем, могла в проститутки пойти, к Эдику Дагоеву, у которого помимо шашлычной, где я работала, ещё и бордель имелся. Небольшой такой, для «своих». А могла симками на вокзале торговать, или наркотой в Митино. Но я полгода туалеты общественные мыла, пока одна тётечка, заглянувшая туда по дороге на остановку, не всучила мне бумажку с номерами телефонов.
— Три месяца на курсах отучишься, и ко мне, — инструктировала она меня, натягивая колготки на свой объёмистый живот, словно кожух на барабан. — А то у нас после нового года две санитарки в декрет уходят, а одна на пенсию собралась. Так мне хоть волком вой. Только смотри, чтоб чистая была. Без всяких там ВИЧ и прочее. Проверим. Паспорт хоть российский?
— Да.
— Ну, и ладушки.
Галина Фёдоровна, моя начальница, тётка энергичная, младшему персоналу спуску не даёт. Муштрует нас жестко, как в армии. Работа тяжёлая, и физически и морально, но и деньги платят хорошие. Так что я не жалуюсь, нет. Не всем же с ложкой серебряной во рту рождаться.
Машинально тру похолодевшие плечи, разглядывая жуткий беспорядок на полу. Галина Фёдоровна бы здесь уже иерихонской трубой орала и шваброй, как знаменем размахивала. «Профессионал» во мне тоже негодует, но начинать уборку при Тураеве как-то неудобно.
— Иди сюда.
Я вскидываю голову, смотрю на него с опаской.
— Зачем?
— Иди!
Отталкиваюсь от стены, на которую до сих пор опиралась, подхожу к Тураеву.
— Садись, — кивает на кресло.
Сажусь, натягивая подол на голые коленки, прячу под себя ступни с педикюром, который кажется мне сейчас неуместно-ярким, оглаживаю растрёпанные волосы. Тураев, похоже, смягчается, даже тон меняет на более снисходительный.
— Не узнала меня, что ли?
И я иду на мировую — зачем скандалить, когда можно обойтись и без этого?
— Без бороды не узнала. Простите.
— Впредь двери запирай, прежде чем спать укладываться.
Справедливо. И я снова киваю:
— Простите.
— Прощаю. А теперь рассказывай. Как у тебя документы оказались?
— Документы?
Ах, ну да. Документы. Ему, наверное, уже доложили. Ну, конечно, вот он и примчался сюда, несмотря на грозу.
Рассказываю, как флешка оказалась у меня. А потом спрашиваю то, что больнее всего:
— Теперь Вы Асю заберёте?
Тураев молчит, что-то высматривает за окном, а я украдкой поглядываю на него. Мне тяжело. Но тянуть нет смысла. Я ведь знала, что рано или поздно это должно было случиться.
— Ладно. Пойду, разбужу её.
Встаю с кресла, но когда прохожу мимо Заира, он вдруг хватает меня за руку, а у меня ощущение, будто мне на кисть раскалённый наручник надели и защёлкнули его намертво.
— Подожди.
Замираю. Сердце, как заяц, вдруг подскакивает и бежит невесть куда. Поворачиваю голову, поднимаю глаза — он смотрит прямо на меня, в меня. Зачем так смотришь? Неужели не знаешь, что творишь своими черными, как ночь, глазами?
От его голой кожи жар пышет, словно от печки, и меня пот прошибает. Краснею, бледнею, дрожать начинаю. Злюсь сама на себя за своё безволие.
— Чего ждать? Документы у Вас. Ася у Вас. Берите, и уезжайте, пока ещё чего не случилось.
«И оставьте меня в покое», хочется добавить, а у самой колени сводит от судорог, груди ноют и тяжелеют, тянут вниз. Допрыгалась ты, Загитова, «плывёшь» от мужика. Хуже того — от чужого мужика.
Не должна я чувствовать к этому человеку ничего подобного, не имею право! Но тело против воли тянется к нему, уши жадно ловят низкий, урчащий баритон, от которого на загривке волоски вибрируют, и я не замечаю, как мои ладони сами оказываются в его руках.
— Что, по-твоему, может случиться? Или ты что-то знаешь?
Он гладит мои пальцы, слегка массирует их, а я как под гипнозом тянусь к его телу, хочу дотронуться. Да, вот так… Боже, какой он твёрдый, гладкий, горячий… Согреться об него, успокоить тремор…
— Нет, но мало ли…
Уже не понимаю, что говорю, лишь бы говорить, лишь бы не отпускать его, удерживать при себе. Знаю, что пропадаю, лечу в пропасть, но отметаю все доводы рассудка. Не сейчас, потом каяться буду, сейчас его хочу. Вот так рядом стоять, обнимать, пить мощь и красоту его тела, дышать запахом, который так не похож на остальные, который так нужен мне сейчас, так необходим.
Глаза ласкают его широкую, накаченную грудь, где в поросли тёмных волос спрятались мужские соски, похожие на две плоские шоколадные печенюшки, с изюминками в центре. А если лизнуть? Вдруг, сладкие? Господи, о чём я только думаю! В ужасе отвожу взгляд. Как хорошо, что никто не слышит моих мыслей!
Грудь тянет, промежность тянет, меня всю тянет, как на дыбе, пульсирует. Это кричит во мне потребность в этом мужчине, которую мне не суждено утолить никогда. Но почему?
Имя Нисар внезапно всплывает в этом дурмане, и я вспоминаю, «почему». Этот мужчина принадлежит не мне, он принадлежит Нисар. Как ты могла, сестра? Не понимаю и никогда не пойму женщину, которая всё имела и сама разрушила. Выпустила из рук, отказалась, променяла… Какая же ты дура, Нисар! Ни себе, ни людям…
Похожие книги на "Найду тебя по звёздам (СИ)", Нева Анна
Нева Анна читать все книги автора по порядку
Нева Анна - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки mir-knigi.info.