Развод. Сломанная ветка (СИ) - Ларгуз Ольга

— Света, у нас вечером переговоры с Канадой, поэтому нам нужен тихий зал, — Логинов обрушивает идею на мою голову и ждет реакцию.

— Хорошо. Во сколько начнутся переговоры?

— В десять вечера по нашему времени.

— Это получается четыре часа дня у них, — автоматически провожу подсчет и погружаюсь в поиски маленького тихого помещения. Наверняка в этом отеле есть что-то подобное. Босс не уходит, поэтому я снова отвлекаюсь на мужчину. — Что-то еще?

Олег стоит так близко, что я подмечаю малейшие детали. Вижу тонкие лучики морщин в уголках темно — карих глаз, едва заметную вертикальную складку между бровей, чувствую запах его парфюма, отмечаю редкие серебристые нити седины на висках и темную щетину, отросшую за день. Картинка как-то странно плывет, размазывается.

— Олег Романович… — я первая прихожу в себя и моргаю, прогоняя странный морок. — Вы еще что-то хотели?

— Хотел, конечно, — он слегка поводит широкими плечами так, что пуговки на рубашке из последних сил сдерживают натяжение ткани, и наклоняет голову. Легкая улыбка проявляет морщинки и зажигает в темных глазах золотистые вкрапления. Красиво до безобразия! — Я много чего хочу, но с этим мы разберемся позже…

Все так и получается. Позже — это около полуночи. Босс и коммерческий директор сидят в маленьком зале и на идеальном английском ведут переговоры о поставках уникального канадского оборудования, а я наблюдаю со стороны и понимаю, что с Олегом что-то происходит. Что-то не так, но не могу понять, что именно…

Во время перерыва, когда Рублев сбегает на перекур, я подхожу к своему начальнику.

— Олег Романович…

— Можно просто Олег, — упрямый босс вколачивает в мою голову эту мысль уже давно, но все еще безуспешно. — Что ты хотела?

— Посмотрите на меня, — встаю сбоку, требую внимания, но Логинов упрямо смотрит в окно. Я вижу, как бешено бьется венка на его виске, замечаю бледность кожи и испарину на лбу, в конце концов не выдерживаю и тяну мужчину за рукав, разворачивая к себе лицом. — Что случилось?

Прикасаюсь тыльной стороной ко влажному лбу босса и понимаю, что температуры нет, но почему Логинов выглядит так, словно сейчас свалится в обморок? Достаю из сумки бумажные платочки и аккуратно вытираю мелкие бисеринки испарины. Мужчина замирает под моей рукой, прикрывая глаза, а когда я опускаю руку и делаю шаг назад, отвечает.

— Зуб, — он морщится и прикасается рукой к правой скуле. — Болит так, аж в глазах темнеет. Говорить больно, головой пошевелить не могу…

Судя по виду Олега, все намного хуже. По себе знаю, что зубная боль — тот еще подарок. Хватаюсь за сумку, но босс отмахивается.

— Не надо, я уже три обезбола выпил, толку — ноль.

Решение приходит само собой.

— Сколько еще времени займут переговоры? — лихорадочно прикидываю, какова вероятность задуманной авантюры и едва не пропускаю ответ.

— Минут через двадцать-тридцать должны закончить.

Я вижу, как стальной король экономит на мимике и движении, как старается контролировать тело, но понимаю, что он держится исключительно на морально-волевых.

— Хорошо. Вы пока работайте, а я постараюсь решить проблему, — выхожу из зала и спускаюсь на первый этаж, подхожу к стойке регистрации.

— Девушки, срочно нужна ваша помощь… Цена вопроса не имеет значения.

Почти полночь. Общение с Канадой подошло к концу, и я веду босса к выходу из отеля.

— Света, куда мы?

— Туда, где тебе помогут, — прикусываю язык, понимая, что перешла на «ты», но кажется, что Олег этого не замечает: его последние силы сосредоточены на то, чтобы дойти до машины и аккуратно, без резких движений занять место в салоне. — Тут рядом, всего пять минут езды.

Найти в чужом городе стоматолога и хирурга, которые в полночь откроют кабинет и примут единственного посетителя, оказалось нелегкой задачей, но за хорошую плату сотрудники отеля устроили мозговой штурм и нашли нужных людей.

— Ты с ума сошла? — шепчет Логинов, поднимаясь по ступенькам стоматологической клиники. — Ты время видела? Тут, наверное, только сторож сидит, да и то едва ли…

— Видела, все нормально. Идите, Олег Романович, вас уже ждут, — толкаю дверь, и мы оказываемся внутри. Нас и правда ждут два брата-близнеца. Не верю своим глазам, но мужчины берут инициативу в свои руки и уводят босса в кабинет, а меня оставляют в маленьком зале ожидания. Мягкое кресло, кофе-машина и вазочка с конфетами — мое развлечение на следующие полчаса, но сон оказывается сильнее.

— Света-а-а, — мурлычет совсем рядом знакомый голос, а к виску прикасаются горячие пальцы. — Светик, проснись.

Да, я задремала, скинула туфли, подтянула ноги и свернулась клубочком в мягком кресле. М-м-м, как же хорошо…

Я так глобально отключилась, что не помнила ни дороги в отель, ни как зашла в номер, зато пробуждение оказалось феерическим…

Песнь жаворонка и не только

Утро красит нежным светом…

За окном — раннее летнее утро. Солнце уже разбросало по небу свои пальцы-лучи, тишину номера нарушает птичий гомон. Кто-то забыл вечером закрыть окно, и этот кто-то — я, раззява. Круглые настенные часы показывают почти шесть.

Да, я — жаворонок, сумасшедшая пташка. Привычка рано ложиться и рано вставать без будильника прописалась в моей крови и встроилась в ДНК, поэтому полуночное бдение действует на меня как доза наркоты: мыслями улетаю в иные миры, но тело продолжает частично функционировать.

Смутные воспоминания поднимаются из глубины памяти. Я в Ярославле, в гостинице.

Последнее, что я помню отчетливо, это визит в стоматологический кабинет в компании с боссом, потом картинка теряет четкость. Идем дальше… что еще? Помню, как сидела в холле стоматологической клиники и изо всех сил боролась со сном. Кофе не помог, я удобно устроилась в кресле и договорилась с собой, что на пять минут закрою глаза. Кажется, мой внутренний таймер засбоил и отключился напрочь.

Помню, что я куда-то шла, а потом ехала, краем уха слышала щелчок замка.

— Осторожно, двери закрываются, — совсем близко звучит знакомый голос. Какая-то непонятная возня, я ругаюсь и падаю на мягкое и теплое.

Спа-а-а-ть…

Ну наконец-то!!! Я чувствую под спиной удобный матрас, сверху — легкое одеяло, едва заметно пахнущее цветочным кондиционером. Тепло обволакивает, успокаивает, расслабляет. Хорошо. Ка-а-айф.

Солнечный луч на моем лице танцует ча-ча-ча, и я лениво приоткрываю один глаз.

Что?! Какого рожна?!

Задерживаю дыхание, осматриваюсь.

Так, я в своем номере, и это плюс. Я тут не одна и это… Минус?

Это охренеть как неожиданно!

Теперь понятно, с чего вдруг мне снился пляж в тропиках, где палящее солнце поджаривает тела туристов, словно одеяло с подогревом.

Сон оказался проекцией реальности. Одеяло имелось в наличии и не только с подогревом, а еще с руками и ногами.

Я лежу на боку, а со спины меня укрывает не кто иной, как мой босс. Мое одеяло — это он, но есть еще одно, обычное, которое заботливо наброшено на нас двоих. Оцениваю детали, продумываю варианты, как уйти тихо и красиво.

Как там пелось: я узна́ю его из тысячи…? Ага, есть такое, только не по словам, не по глазам и уже точно не по голосу, потому что Логинов спит у меня за спиной, но его запах я узнаю́ моментально. Сердце проваливается куда-то в область пяток, а я продолжаю изучать обстановку.

Ежики курносые! Я удобно устроилась на его плече, как на подушке, а вторую руку зафиксировала ладонями, чтобы одеяло не убежало, не улетела простыня…

Тьфу, какие мысли в голову лезут! Так, ладно. Еще раз. Стальной король в моей постели. Охренеть, кордебалет! Танцуют все!

Эм… нет, мама говорила, что во внеурочное время меня и пушками не добудишься, но я не думала, что все оказалось так запущенно.

Что у нас в анамнезе? Из одежды на мне только белье. Интересно, я сама разделась или…? Господи, я не уверена, что хочу знать ответ на этот вопрос!