Вера. Надежда. Любовь - Буренина Кира

Поливая свой самый любимый цветок, тетя мечтательно произнесла:

- Молодежь, сходили бы куда-нибудь, развеялись. Хотя бы в консерваторию. И идти недалеко, и хорошую музыку послушаете. После вкусных пирожков и сладкого чая Вера чувствовала себя умиротворенной. Она без протеста выслушала предложение тети, перевела взгляд на Женю.

- Неплохая идея, произнес он, вопросительно глядя на Веру

Она кивнула. Его лицо прояснилось,он засуетился, вскочил из-за стола, побежал в прихожую, чтобы успеть подать Вере пальто. Вера вздохнула.

- Тетя, я потом к тебе вернусь, ладно?

- Давай, если дома тебя ничего не держит.

Вера кожей ощутила, как в прихожей замер Женя.

- Дома многое держит, но я очень соскучилась по тебе, сказала она и потерлась щекой и щеку теки.

Едва слышный вздох раздался из прихожей.

Через пять минут Женя суетился возле своей машины, усаживая Веру.

- А что мы едем слушать?- поинтересовалась она

- Узнаем, - невозмутимо отозвался Женя.

Ему было абсолютно все равно, что слушать - Малера, Чайковского или рок-концерт. Главное - Вера. Она снова была рядом.

Они вошли в гулкий вестибюль консерватории. Вера любила проходить здесь - хороший резонанс разносил стук шагов высоко под потолок. Женя попросил Веру подождать, а сам деловито постучался в кабинет администратора. Вера стала читать афиши. Давно она не была здесь! Сегодня знаменитый оркестр играл Моцарта - сороковую симфонию и концерт для фортепьяно. Через пять минут Женя выходил с двумя билетами в партер. Они разделись в гардеробе, поднялись по белой лестнице, покрытой красной ковровой дорожкой, выпили в буфете по бокалу вина. Вера вслушивалась в жужжание голосов, вдыхала ароматы духов дам, наслаждалась присутствием среди людей,неординарных тем, что слушают в наше время классическую музыку. Раздался звонок и они вошли в зал. Вера неоднократно слушала сороковую симфонию Моцарта. Но сегодня в его внутреннем слухе что-то открылось, как маленькое окошко. Она задыхаясь слушала мелодию и не могла поверить. Почему она всегда считала музыку Моцарта легкой и праздничной? Скорбь и отчаяние прорывались сквозь гармонию мелодии. "Моцарт - загадка," думала Вера, наслаждаясь звуками, "почему он не открылся мне ранее? Как все созвучно моей душе. Боль, тоска, одиночество, мир, который пытается вытолкнуть тебя из себя - это все обо мне." Музыка взлетала острыми пиками и опадала, плавилась в диссонансах и вновь парила над залом.

Когда они ехали к дому тети Нади, Вера несмело спросила:

-Женя, мы опять друзья?

В синих глазах его смешались все чувства - отчаяние, любовь, обида.

- Во всем, что произошло, я должен винить только себя, - глухо произнес Женя, выводя машину на улицу.

- Но почему?

- Я - осел, идиот и слепец.

- Давай забудем обо всем!

- Не перебивай меня пожалуйста, я и так потеряю мысль. Мне сейчас так трудно, Вера! После развода было легче. Я вырос в большой дружной семье, и развод с Ларисой потряс не просто мою душу, он потряс основы. Я не знал другой жизни, кроме как большой дружной семьи. Это была аксиома жизни. Если бы Лариса не сказала о разводе, я бы и не подозревал, что в нашей семье есть проблемы. Мне уже много лет и я хочу просто спокойствия и стабильности. Я выжил, потому что меня спасла работа. Я погружался в нее, как некоторые погружаются в водку или наркотики. Завод спас меня. Когда в час ночи возвращаешься домой и знаешь, что в восемь должен быть на рабочем месте - тут не до любви и не до ненависти. Есть только два желания - есть и спать. Я работал, как заведенный, многие говорили мне: "Женька, свалишься от инфаркта". А потом я встретил тебя, и внутри что-то стало оттаивать, оживать. Я поверил, что у меня еще есть какие-то шансы, переспектива. За тот вечер, когда я позорно бежал от тебя, я должен просить прощения. Я тогда здорово испугался. Внезапно я подумал, что ты разочаруешься во мне, совсем отдалишься. Я виноват. Ну а теперь мне кажется, что моя жизнь окончилась. Я дышу, хожу, работаю, но не живу, а функционирую. Впереди - только тьма и старость.

- Нет, Женя, не говори так! - голос Веры зазвенел - ты достойный человек, и у тебя все еще впереди. Пятьдесят лет - это не старость, не глупи! Майя Плисецкая в пятьдесят впервые станцевала "Болеро", а некоторые мужчины в этом возрасте женятся и становятся отцами розовых, пухлых младенцев.

Но Женя упрямо сжал губы и покачал головой. При чем здесь Майя Плисецкая? Ему нужна была хорошая, верная жена...

Женя довез Веру до дома тети Нади, легко поцеловал руку, проводил до лифта. Она позвонила в квартиру тетки. Тетя Надя открыла моментально, как будто стояла за дверью.

-Ну?- деловито осведомилась она

- Великолепно, тетечка, - выдохнула Вера

После пережитой муки и восторга, которые подарила музыка, Вера была готова любить весь мир и все человечество.

- Пойдем, я тебе чай согрела, - ворчливо сказала тетка

Задумчиво глядя в чашку, Вера несмело спросила:

- Тетя, скажи, ты полюбила дядю Рому с первого взгляда и на всю жизнь?

Тетка мечтательно улыбнулась. Она щурясь смотрела куда-то вдаль, пытаясь разглядеть сквозь дымку лет давно ушедшее.

- Я дядю Рому полюбила через год после замужества.

Вера подпрыгнула на месте.

- Как? Вас все считали идеальной парой!

Тетя улыбнулась опять. Она молодела на глазах.

- Да, так оно и было. Но замуж я выходила совсем не по пламенной любви. В молодости я была страшная кокетка. Флиртовала направо и налево. Во мне было столько радости, столько огня, я была счастлива тем, что живу. Наверное, это чувствовали другие и тянулись ко мне. У меня были сотни поклонников, я никого не любила, но вертела ими, как хотела. Одевалась я всегда очень хорошо, всегда по последней моде.

- Где же ты доставала вещи, тетя?

- В магазинах ничего не продавалось, у спекулянтов было все дорого, поэтому мы шили сами. Покупали журналы, сами выдумывали фасоны. С Романом я познакомилась на катке. Один мой поклонник - фигурист привез мне из Европы настоящие фигурные коньки. Тогда такие были только у профессиональных спортсменов. Я сшила себе красное платье из буклированной шерсти, отделанное белым кроликом. У меня была такая же шапочка и маленькая муфточка. Фигурист научил меня несложным фигурам и я порхала по льду, как бабочка. Я знала, что на меня смотрят все, что мы с фигуристом- прекрасная пара. Как это бывает, шел легкий снег, играла музыка..

- "Догони, догони, ты лукаво кричишь мне в ответ"?

- Точно. Она самая. Кто-то окликнул меня и представил нескладного молодого человека. Это был Роман. Он был ужасно похож на Шурика из фильма "Операция "Ы". Рома тут же в меня влюбился.

- А ты?

- Одним воздыхателем больше - подумала я тогда.

- Но как же ты вышла за него замуж?!

- Скоро. Из всех моих знакомых один "Шурик" оказался серьезным, порядочным человеком. В то время очень модно было изображать себя кем-то очень значительным, словно все играли роли. А Рома никого не играл. Он жил, был самим собой, любил меня, понимал меня лучше других. Наши интересы совпадали, вкусы были общие, мы серьезно задумались о будущем. Нам все удавалось. Любовь - это не самый важный строительный материал для брака, Верочка.

Вера молчала.

- Ты сейчас вся горишь, как факел. К тебе опасно приближаться. Но подумай, что останется, когда первое чувство пройдет. Только оно - самое яркое и самое острое. Что останется потом?

Вера задумчиво смотрела в чашку. Все-таки тетя неправа. Она даже не может представить, что произойдет, если она лишится любви к Олегу. Наверное, тогда все потеряет смысл. Она встала.

- Пойду спать. Спокойной ночи, тетечка.

- Спокойной ночи, детка.

Прежде чем уснуть на пышных теткиных перинах, Вера еще раз обдумала слова тетки. Потом на нее наплыла музыка - прекрасная, трагичная - Моцарт. Что-то дрогнуло и отозвалось в ее душе на самых чувствительных струнах, когда она произнесла это короткое слово.