Снова моя (СИ) - Дюжева Маргарита

Заслужил второй шанс? Заслужил.

Я видела, как он старается. Как давит в себе царские замашки, наступает на горло своим заскокам, глотает мрачное «я так сказал». И да, я видела, что он все это делал не для галочки. Видела, что любит. Меня. Влада. Нашу семью

Видела, что раскаивается и всеми силами пытается исправить то, что натворил.

Видела, что меняется.

Есть мужики, которые всю жизнь шляются. Попадаются, клянутся, что больше никогда и ни с кем, а через неделю их снова ловят со спущенными штанами верхом на какой-нибудь девице.

А есть такие, как Бессонов. Которые, совершив ошибку понимают, что на самом деле ценно. Пытаются исправить, не отступают перед неизбежными трудностями и идут до конца.

Так почему бы не попробовать еще раз? Почему бы не сделать шаг навстречу. Не потому, что должна, а потому что сама этого хочу?

Но прежде, чем переходить к примирению с Тимуром, я должна была сделать еще кое-что.

Я приехала к Ольге сама. Встретила ее возле подъезда, молча подошла и обняла.

В моих объятиях она превратилась в каменное изваяние и задышала отрывисто, как птичка, пойманная в силки. А мне стало так стыдно, что в очередной раз засвербело в носу и защипало глаза.

— Прости меня, Оль. Я знаю, что ты хотела защитить, заботилась обо мне все это время…А я себя повела, как настоящая эгоистка. Прости.

Меня душили слезы. Я была так виновата перед ней. Так виновата…

— Прости.

Она обняла меня в ответ. Робко и нерешительно, словно боялась, что я прямо сейчас снова оттолкну и наговорю целую кучу неприятных, обидных вещей. А я только стиснула ее изо всех сил и снова прошептала:

— Прости.

Уже дома, сидя за столом мы смогли нормально поговорить. Я рассказала, как у меня дела, как самочувствие, и о том, что снова живу у Бессонова. Обтекаемо сообщила, что жизнь налаживается, но Ольга правильно истолковала мое смятение и нервный румянец на щеках.

— Ты решила вернуться к мужу?

— Решила, — сказала я, чувствуя, как с плеч свалилась каменная плита. Одно слово, но стало легче дышать.

— Не хватает острых ощущений?

— Ага. Острых ощущений, ежовых рукавиц и взглядов исподлобья

— По убийственным взглядам твой муж вне конкуренции. Как глянет, так пот холодный прошибает. А уж это его «я все сказал» вообще верх экстаза, — она картинно подергала бровями, изображая Бессонова.

Я рассмеялась:

— Что есть, то есть.

— Но знаешь, что я тебе скажу? Я достаточно часто общалась с ним за этот год. Он гад невообразимый, сволочной, жесткий, не терпящий возражений, но он тебя любит. По-настоящему. По-волчьи. Я видела, как за маской железного человека, привыкшего все всегда держать под контролем, он прятал страх потерять тебя. Имела значение только ты.

— Надеюсь.

— Это твой выбор девочка. Я не стану ничего говорить, просто знай, что я всегда буду рядом и помогу.

— Я знаю. Вот кстати помощи и хотела попросить…

— И с Владом с удовольствием посижу, пока вы будете мириться, — улыбнулась она, предугадывая мою дальнейшую просьбу, — Он такой же бука как его отец. Только сладкий до невозможности. Я очень по нему скучала.

Снова укол совести.

У тети не было своих детей. Пока муж был жив, не получилось, а когда овдовела так и не смогла полюбить кого-то другого и начать новые отношения. Сконцентрировалась на племяннице, на мне. Считала своей дочерью, а теперь радовалась внукам.

А я радовалась тому, что рада она. Потому что ближе нее у меня никого не было. Она заменила мне маму, которая ушла слишком рано, была рядом, поддерживала, защищала. Мы вместе преодолевали подростковые трудности, рыдали над первой несостоявшейся любовью, делились секретами

Я любила эту женщину. И была счастлива от того, что мы помирились.

Бессонов уехал на работу, а я принялась за воплощение своего коварного плана.

Отвезла Влада к Ольге, где его ждала целая гора новых игрушек.

Все были счастливы. У тети радость, у залюбленного пацана радость, у меня свободный вечер и ночь.

Я оставила их, а сама рванула обратно. Отпустила Тамару, стараясь не замечать ее ликующих и в то же время понимающих взглядов. Заказала легкий ужин, свечи нашла.

Себя тоже в порядок привела. Красивое белье, чулки, прическа

На мгновение накрыло прежними страхами — когда-то я так уже собиралась, и лучше не вспоминать, чем все это закончилось. Это гадкое прошлое пусть останется в прошлом. Я не собираюсь тратить на него свои нервы, время, жизнь. Есть более приятные вещи, которым я хочу себя посвятить. Материнство, отношения, саморазвитие, хобби. Все вместе это создает основу для качественной, счастливой жизни. И я не стану ее разрушать нескончаемыми сомнениями.

Если решила попробовать ещё раз, дать второй шанс, то никаких колебаний, никаких, а что, если вдруг. Пробуем, а дальше будет видно.

Тимур вернулся как обычно. Поставил машину в гараж и зашел в дом:

— Где все? — удивился он, когда я вышла его встречать одна, без сына на руках.

— Я отпустила Тамару, — и опережая следующий вопрос, — Влад у Ольги. Мы тут только вдвоем.

Он изменился в лице. Что-то плотоядное проскочило в стальном взгляде, что-то обжигающе острое.

— Ксю…

— Ты погоди радоваться, — хмыкнула я, прекрасно понимая, о чем он подумал, — нам поговорить серьезно нужно.

Мы устроились за столом. Блики от свечей плясали на безупречных гранях хрусталя.

— О чем ты хотела поговорить?

— О нас.

Он заметно напрягся.

— Боишься? — я не удержалась от шпильки, хотя у самой внутри творилось не пойми что. Вот он, рядом, стоит только протянуть руку…

Но сначала надо было поговорить.

— Немного, — честно признался он, — вдруг это прощальный ужин.

— Я все думала о том, что произошло в последний год. О том, как вы с Ольгой водили меня за нос, как манипулировали, загоняя в нужную лунку. Поначалу, признаюсь, было только возмущение и обида, но теперь я понимаю, что все это было ради меня. Ради моего спокойствия, здоровья. Я бы поступила так же…ради любого из вас. Хотя некоторые моменты возмутительны. Например то, как ты подкупил Дениса, чтобы тот со мной расстался. Ты не допускал мысли, что я любила этого молодого человека?

Тимур тут же помрачнел и категорично мотнул головой:

— Не любила. Я видел это по глазам.

— Ты ничего не знаешь о моих глазах

— Я знаю о них все. Как они блестят, когда ты счастлива, как сверкают от гнева, как искрятся от смеха. Я видел в них и слезы, и томную поволоку. Видел разочарование страх. Ненависть. И любовь, — сказал он.

— Может, у нас с ним был шанс прийти к чему-то большему? Мы столько времени проводили вместе, ночевали… — да, я его провоцировала.

— Мне все равно кто у тебя был, — упрямо произнес Тимур, — это вообще не имеет никакого значения. Моя. Даже если придется отвоевывать у целого мира. Даже если придется вывернуть этот мир наизнанку.

Я усмехнулась:

— Выворачивать наизнанку ты мастер. Тут даже не поспоришь. Я к чему завела разговор про Дениса…Если это для тебя важно, то у нас с ним ничего не было. Ту ночь, что мы провели вместе, я остановилась. Что-то не позволило переступить черту. Поцелуи — да, были. Все остальное — нет.

Кажется, Бессонов даже дышать перестал после таких новостей.

— Я говорю это не для того, чтобы ты подумал, какая я хорошая правильная и вообще молодец. А для того, чтобы между нами не оставалось недосказанности…если мы хотим попробовать еще раз.

— А ты этого хочешь? — напряженно спросил он, — или есть другие причины?

— Я останусь с тобой не из-за опасений, что ты можешь забрать сына…

— Я бы никогда не забрал.

Я подняла руку, призывая его к тому, чтобы не перебивал:

— Не потому, что боюсь одна не справиться. Я остаюсь, потому что хочу остаться. С тобой. Но ты должен запомнить одну вещь. Я не прощу нового предательства. Не прощу обмана. Просто уйду, и больше никогда не посмотрю в твою сторону.