Мария Владимировна сглатывает.
— Пожалуйста.
Это «пожалуйста» — как удар. Артём поворачивается ко мне. И в его глазах только одно: «Нет. Ни за что».
Я медленно, осторожно, глажу его по руке. Чтобы он посмотрел на меня, а не на прошлое.
— Артём, — шепчу я, улыбаясь чуть слышно. — Они хотят шанс.
— Они не заслужили, — тихо, но яростно отвечает Артем.
— А ты заслужил, — отвечаю я так же тихо. — Второй шанс. И получил его. Потому что изменился.
Он смотрит на меня дольше, чем обычно. Внутри него что-то борется — прошлое и настоящее.
— Даже если они не изменились, — продолжаю я мягко. — Ты ведь не станешь плодом их ошибок. Ты другой. Ты теперь… папа Милы. Мужчина, который держит слово. Это… твоя проверка, не их.
Артем сжимает челюсть. Я знаю, что он хочет дать им шанс, где-то в глубине души. Его обида сильна, но родителей не выбирают и все мы совершаем ошибки. Я бы хотела, что мы были лучше, чтобы умели прощать и давать шанс, чтобы мы учились на их ошибках.
Он поворачивается снова к родителям.
— Я вас слушаю, — сдержанно произносит Артем. — Но правила будут мои. Если хотите быть частью моей жизни — и жизни моей семьи — будет только честно. Без манипуляций. Без давления. И… — он делает паузу, — и если вы еще хоть раз оскорбите Аню — тем самым вы оскорбите меня и вам больше не будет места в нашем доме. НИКОГДА.
Отец кивает. Мария Владимировна тоже часто кивает, вытирает выступившие слёзы. Улыбается и мне кажется, что это искренне.
Я тихо сжимаю пальцы Артема.
Мила выбегает в коридор в этот момент, держа в руках носок, который нашла неизвестно где.
— Маам! Пааап! — она смотрит на гостей и тут же прячется за нас с Артемом. — Здравствуйте, — она смотрит на меня. — Это кто? — тихо шепчет она.
— Мы… — голос Марии Владимировны дрожит так, что кажется она вот-вот расплачется. — Мы очень хотели бы познакомиться с тобой.
Мила смотрит на них, потом на Артёма. А тот улыбается — впервые тепло.
— Мы твои бабушка и дедушка, — мягко произносит отец Артема.
— У меня уже есть бабушка и дедушка. Они завтра должны приехать.
— А мы решили сегодня, — Мать Артёма открыто плачет улыбаясь. Отец закрывает глаза — будто что-то тяжелое наконец падает с плеч.
— Теперь у тебя будет семья еще чуть больше, — шепчу я и обнимаю Артёма за руку. Он все еще напряжен, но я уверена что он сможет наладить отношения с родителями, если они вынесли урок из нашей ситуации, если они смогут принять нас как семью, то и мы с радостью впустим их в нее.
