— Умн, — ворчит она и переворачивается на бок.
— Вот черт, — выдыхаю разочарованно и переворачиваюсь на спину. Почему с этой женщиной всегда так сложно?
Я проваливаюсь в сон под утро и конечно же просыпаюсь в постели один. Смотрю на время и подрываюсь, в спешке принимаю душ и одеваю брюки и белую рубашку.
— Люба, там няня должна прийти, она посидит с Оксаной, а мы поедим в ресторан. Покажу тебе свое детище, — выкрикиваю, пытаясь найти своих девочек.
— Да, я готова, — Левандовская появляется в небольшой гостиной моей холостяцкой берлоги и от одного ее вида сердце сжимается в груди. Словно до этого я ни разу не видел ее в обтягивающем белом платье. Иногда сам себе завидую, честное слово. У меня красивая и умная женщина, а еще упертая и невыносимая, но это можно пережить.
Я чертовски волнуюсь. Хочу чтобы ей понравился мой новый ресторан, а еще в очередной раз собираюсь сделать ей предложение. В последний. Потому что если она посмеет снова отказать мне, то пусть потом сама становится на колени с кольцом и предлагает руку и сердце. Потому что с меня достаточно.
Стоит нам перешагнуть порог просторного светлого зала, как в глазах девушки вспыхивает интерес и восторг.
— Ох, это великолепно. Признаться честно, я рассчитывала на какую-то "бадежку".
— Ну, спасибо тебе, женщина, — усмехаюсь я, притягивая ее к себе и целуя в висок. — Ты должна попробовать десерт. Шеф-повар приготовил его специально для тебя. Присаживайся, — отодвигаю стул у столика с видом на площадь и жестом подзываю официанта.
— Не знала что ты владеешь итальянским, — удивленно вскидывает бровь она.
— Ты много чего еще не знаешь обо мне, — я замолкаю, нервно постукивая пальцами по столу и напрягаюсь, когда перед Любой ставят тарелку с Тирамису.
— Я ожидала чего-то более…. хм, экзотического что ли? — подымает на меня хитрый взгляд.
— Прости, но мы не в Китае, но могу поспорить на свое наследство, что такого ты нигде в мире больше не попробуешь.
— Смею напомнить, что у тебя больше нет наследства, Федор Александрович в очередной раз переписал завещание.
— Правда?
— Да, завод отойдет Оксане, а загородный дом — доберманам.
— Скажи что шутишь, — дед сошел с ума на старости, честное слово.
— Увы, но это так, — Люба сжимает пальцами ложечку и подносит ее к своим губам. Я напряженно слежу за ее движениями, не вникая в суть ее слов.
— … и знаешь, тебе бы… Ай, зуб, боже, — вскрикивает она, прижимая ладонью рот, а мои глаза расширяются от страха, потому что в моих мыслях это было намного романтичней. Она должна была найти кольцо в тирамису, а не сломать об него зуб. А как прикажете делать восьмое по счету предложение? Я исчерпал свою фантазию. — Что это, господи?
— Выходи за меня? — произношу на одном дыхании, прежде чем она достанет изо рта кольцо и закатит мне скандал.
— Ты достал, Царев, — шипит Люба, а потом на ее лице расцветает улыбка. — Да. Я согласна. Только не мог бы ты отвезти меня к стоматологу. У меня, кажется, пол зуба отломалось.
— Эм, а как же поцелуйчик и быстрый секс в кладовке?
