— Серьёзно?! — переспрашиваю с таким удивлением, будто слышу об этом впервые.
Хотя ведь не так давно детские игрушки меня вообще никаким боком не касались.
— Можешь мне поверить.
Да я верю! Но как объяснить человеку, что купленное дома — это совсем не то! Одна и та же, даже абсолютно одинаковая кукла будет выглядеть по-другому только потому, что «папа привезёт её из командировки». К тому же Андрюха уже «отец со стажем», а я пока ещё «новобранец». Но, чёрт возьми, мне безумно нравится быть папой!
Я так соскучился по своим девочкам, что не могу спокойно усидеть в самолёте. Мне не терпится поскорее увидеть сияющее личико Юльки и обнять Эрику.
Эрика.
Засыпать без неё целую неделю было настоящим мучением. Я безумно соскучился по её губам, рукам, тихим стонам. От одной мысли о своей Мальвине кровь ударяет в голову.
Я везу подарок и ей. Правда, он совсем небольшой, если судить по размеру и весу.
* * *
Эрика
— Мамочка, папа приехал! — дочь оглушает своим криком, таким, что его наверняка слышит весь дом, и несётся в прихожую.
— Юля, осторожнее! — бросаю вдогонку, но не уверена, что она меня вообще слышит.
Всю неделю она только и делала, что пересматривала видеосообщения и считала оставшиеся дни, когда вернётся её папа.
Выглядываю в окно и вижу идущего Стаса.
«Приехал».
Внутри разливается такое тепло, словно солнце пробилось сквозь тучи после долгой зимы. Моё сердце замирает, но тут же начинает биться чаще, предвкушая радость встречи.
Я знаю, что сейчас он войдёт, и дом наполнится его улыбкой, шутками, теплом, его запахом — всем тем, чего нам с Юлей так не хватало.
— Папа!
Сумки летят на пол, а Стас ловит на руки одну очень нетерпеливую особу, которой я сейчас очень завидую. Я тоже безумно хочу прямо сейчас оказаться в этих объятиях, но пока приходится уступить место дочке.
Я поднимаю с пола так небрежного брошенного плюшевого мишку и стою в сторонке.
— Папочка, я очень-очень по тебе соскучилась, — не отпуская шею Стаса, шепчет Юля.
С трепетом и переполняющим счастьем в душе я наблюдаю за своей маленькой, но в то же время безгранично огромной вселенной, чувствуя себя самой счастливой женщиной на свете.
— Я тоже соскучился, — произносит Стас дрогнувшим голосом, и наши взгляды встречаются.
«И я. Я тоже соскучилась. Очень».
Глава 50
Юля на седьмом небе от счастья. Она всего лишь ждала возвращения папы, а тут — столько подарков. Дочке не терпится заняться своими новыми игрушками, но она не желает отпускать своего любимого папу.
Но Стас и сам не торопится её оставлять и с не меньшим восторгом помогает ей вскрывать очередную коробку. Словно важнее этого для него ничего нет.
— А-ах! — заворожённо тянет Юля.
— Тебе нравится?
— О-о-чень! — Дочка вновь обнимает Стаса на шею, пытаясь задушить его в своих крепких объятиях.
С замиранием смотрю на них, и меня переполняет такой нежностью, что хочется раствориться в этом моменте навсегда. Каждый их взгляд полон искренности и непередаваемой никакими словами теплоты. И я снова корю себя за то, что моя дочь была лишена всего этого.
— Па-а-ап…
— А?
— А маме? Ты что-нибудь привёз маме?
— Юля! — одёргиваю дочку, но Стас лишь загадочно улыбается.
Я уже бесконечно счастлива тем, что даже на расстоянии Стас не забывал о Юле. Её сияющие глаза — самый главный для меня подарок. Ведь всю эту неделю каждое утро у неё начиналось с папиных видео сообщений.
— Конечно, привёз.
— А где?
— Юля! — Я готова провалиться сквозь землю от стыда!
Однако моё восклицание тонет в их тайном заговоре.
Дочь заглядывает в пустую сумку, которая была заполнена исключительно её подарками.
— Вон там. — Стас показывает на свою поясную сумочку для документов.
На детском лице читается полное замешательство.
— Оно такое маленькое?! — Юля выплёскивает своё недоумение, заставляя меня ещё больше покраснеть. — Пап, ты чего?
Стас с виноватым видом чешет затылок.
— Да, что-то я не подумал.
— Не переживай! — утешает, снова прильнув к папе. — В другой раз подумаешь! — Дочка спрыгивает с ног отца, на которых сидела, и решительно направляется к его сумочке. — Покажешь?
Эти двое ведут себя так, будто моё присутствие их нисколько не смущает.
— Ух ты! — восклицает Юля. — А что там? Ва-у!
— Как думаешь, маме понравится?
Дочь ритмично кивает, впервые теряя дар речи.
— Тогда погоди-ка.
Стас поднимается с пола, на котором сидел, разбирая вместе с Юлей её подарки, и направляется ко мне.
Смотрит на меня с виноватым видом, словно извиняется, что мне достался совсем маленький подарок, и протягивает руку.
На мужской ладони — красная бархатная коробочка.
— Стас, ну зачем?
Вместо ответа он открывает её, и я замираю. Внутри сверкает идеально огранённый бриллиант, блеск которого ослепляет.
— Ты сумасшедший?
— Немного. Эри, ты выйдешь за меня замуж?
— Мам, соглашайся скорее! — нетерпеливо подгоняет меня подскочившая Юля.
А я не могу вымолвить ни слова.
— Так ты согласна? — Стасу приходится повторить свой вопрос.
— Да, — отвечаю еле слышно.
— Ну наконец-то! — Юля выдыхает с таким облегчением, будто это она справилась с важной задачей, свалившейся на её плечи.
* * *
Недаром говорят, что счастье любит тишину. И наша маленькая семья убедилась в этом сполна.
В пустом светлом зале ЗАГСа торжественная тишина нарушается лишь тихим голосом сотрудницы. Высокие потолки приглушают звуки, превращая слова клятвы в нечто сокровенное, предназначенное только для нас. Нас — это Стас, Юля и я.
Стоя друг напротив друга, мы смотрим в глаза — и весь мир сужается до этого взгляда. В нём отражается всё: и долгая разлука, и возвращение, и горькая правда, которую было непросто принять. Но главное, — это обещание — обещание любить, беречь и заботиться друг о друге, несмотря ни на что.
Между нами, держа за руки меня и Стаса, стоит Юля. Вытянувшись в струнку, дочь старается быть взрослой и серьёзной. Её маленькие ладошки, зажатые в наших руках, — самое главное звено, скрепившее нашу новую семью.
И когда звучит: «Объявляю вас мужем и женой!» — первое, что нарушает торжественную тишину, — её счастливый, прерывистый вздох облегчения.
Эпилог
— Дорогие гости, завтра наша страна отмечает замечательный праздник — День отца[1]. Праздник ещё молодой, но он нашёл отклик в сердцах многих. Мы так редко говорим о папах, а ведь именно они всегда готовы прийти на помощь, учат нас быть сильными и добрыми. Именно папа научит, как держать молоток, забивать гвоздь и не бояться темноты под кроватью. Дорогие папы, сегодня ваши дети подготовили для вас поздравления, — раздаётся со сцены актового зала школы, где теперь учится Юля.
— А Юлька тоже будет выступать? — шёпотом спрашиваю у Эрики.
— Тише, Стас. Смотри и сам всё увидишь, — отмахивается жена и, вытянув шею, сосредотачивает всё внимание на сцене. Там какой-то толстощёкий карапуз в смокинге важно читает смешные стихи про папу.
Вот несколько детей выбегают вперёд и поют песенку тоже про папу. Короткие сценки, где участвуют папы. Загадки, конкурсы — всё для пап.
Наконец на сцену выходит Юлька.
— А сейчас Юлия Ларионова, ученица первого «А» класса прочтёт стихотворение, которое она сочинила сама и посвятила его своему папе.
Что?! Сочинила? Юлька? Сама?!
По залу проносится восторженный шёпот, который мгновенно стихает, когда Юля берёт в руки микрофон и с выражением произносит:
— Стихотворение называется «Мой папа волшебник».
Мой папа — волшебник. Он самый хороший,
Он сделает всё, что его не попросишь.
Он может рычать, как медведь из берлоги,
