Грешный король (ЛП) - Кейн Натали

То же самое я говорю еще паре охранников. Аптека совсем рядом, в квартале отсюда. Я вернусь до того, как кто-нибудь заметит, что меня нет. Надеюсь, в аптеке есть туалет, которым я смогу воспользоваться. Иначе я могу напугать охранников, когда вернусь с кровью на спортивных штанах.

Я вздрагиваю от этой мысли и выхожу на улицу. Глубоко вдыхаю свежий воздух и понимаю, что не выходила из здания Роума с тех пор, как он привез меня сюда из того дерьмового мотеля.

Честно говоря, здание, в котором я живу, огромное, и в нем есть все, что мне может понадобиться. Рестораны, кофейня, спа-центр, тренажерный зал, моя работа и мой дом — все аккуратно и удобно расположено в одном месте, и мне это даже нравится.

Но мне нужен свежий воздух и солнце. Здесь хорошо, и если бы не ощущение, будто моя матка устраивает переворот, пытаясь сбежать из тела, я была бы чертовски счастлива.

Иду по кварталу, подняв лицо к солнцу. В это время суток на улицах Лас-Вегаса тихо. Сейчас только полдень, и я предполагаю, что большинство туристов отсыпаются после вчерашних гулянок в гостиничных номерах. Мимо проходит несколько человек, но их очень мало. И, должна признать, это приятно. Как и вся прошедшая неделя.

Рита, самая лучшая начальница на свете, отнеслась ко мне с пониманием, когда я вернулась на следующую смену. Мне казалось, что я ее подвела, бросив посреди смены, чтобы позаботиться о Скарлетт, но, к счастью, она отнеслась к этому спокойно. Она искренне переживала за Скарлетт, и это заставило меня полюбить её ещё больше.

Макс, узнав, что мы с Роумом пара, перестал флиртовать со мной — наверное, это мудрое решение, учитывая, кто мой мужчина. Работа... веселая. Сложная, но по большей части потрясающая.

Каждый день я слежу, чтобы люди Роума были накормлены — к его большому неудовольствию. Но по тому, как он целует меня — страстно — когда благодарит, я понимаю: втайне ему нравится, что я забочусь о его людях. После этого я провожу время со Скарлетт.

Ей регулярно меняют повязки, но она все еще испытывает сильную боль. Я ей не завидую. Теперь я знаю, что она любит из еды и какие фильмы ей нравятся. Однажды Рита даже присоединилась к нам в свой редкий выходной, чтобы посмотреть «Стильную штучку». Она как заботливая старшая сестра, которой у меня никогда не было.

Такое чувство, будто я обрела новую семью. Не говоря уже о великолепном, сексуальном мужчине, в которого я влюбляюсь.

Я никогда не была так счастлива. И никогда не чувствовала себя в такой безопасности.

Захожу в аптеку и с корзинкой направляюсь к полке женских товаров. Выбираю пару упаковок того, что мне нужно, затем иду по ряду с обезболивающими, беру свою любимую баночку и останавливаюсь у сезонных сладостей.

Вооружившись всеми необходимыми вещами, включая шоколадные батончики и кукурузные чипсы со вкусом начо, подхожу к кассе.

Оплатив всё, я морщусь, глядя на измученную женщину, которая только что взяла у меня деньги.

— Можно воспользоваться вашим туалетом? — спрашиваю ее, указывая на тампоны. — Это срочно.

— Я не должна вас пускать, — говорит она, — но я понимаю. Сама через это прошла. Конечно, через заднюю дверь и сразу направо.

— Спасибо. — Я с облегчением вздыхаю, беру сумку и спешу вглубь магазина.

Вернусь в пентхаус, заберусь в кровать, и проведу весь день под одеялом с книгой.

42. Роум

Я хочу свернуться рядом с Элоизой и вдыхать ее запах. Мне нужно позвонить Джулиану, Матео и Карсону, чтобы обсудить, как и когда мы сможем устранить Риццо.

Я хочу, чтобы он умер.

Но сначала пусть помучается.

А пока мне нужно прикоснуться к своему светлячку.

Я подхожу к пентхаусу, киваю охраннику и захожу. Внутри тихо. Она все еще спит.

Хорошо.

Моя женщина работает не покладая рук. Рита только вчера сказала мне, что никогда не видела никого, кто работал бы усерднее, чем Элоиза, так что я рад, что она все еще крепко спит.

Снимаю пиджак, но резко останавливаюсь в дверях спальни, и мое сердце начинает биться чаще.

Кровь.

На простынях кровь.

— Элоиза! — кричу и бегу в ванную, но ее там нет.

На полу капли крови.

Меня охватывает паника, но я безжалостно подавляю ее и мчусь обратно в спальню, набирая номер Элоизы. Ее телефон начинает звонить рядом с кроватью.

Она, блядь, ушла без телефона?

Я вылетаю из спальни, проверяю каждую комнату — пусто, и тогда, когда глаза уже застилает красная ярость, я достаю пистолет, выхожу из пентхауса, хватаю охранника за горло и прижимаю ствол к его виску.

— Где. Блядь. Она?

— Сказала, что скоро вернется, — говорит он, округляя глаза. — Я думал, она пошла к вам.

Я рычу.

— Когда она ушла?

— Минут десять назад? Она была в порядке. Сказала, что ненадолго.

— С ней кто-то был?

Он хмурится.

— Нет. Конечно, нет.

Я отталкиваю его и звоню Люку, пока бегу к лифту.

— Да, босс?

— В мой кабинет. ЖИВО!

Люк уже бежит ко мне.

— Элоиза ушла, — говорю и быстро печатаю на компьютере, открывая камеры наблюдения. — Она была вся в крови. Я не знаю, куда она пошла.

— Она тебе не сказала… понял, — осекается он, когда я бросаю на него испепеляющий взгляд.

Мы оба наблюдаем за тем, как Элоиза идет по зданию. Она выглядит уставшей. Как будто ей плохо. В какой-то момент она прижимает руку к животу, но каждому охраннику, которого встречает, улыбается и говорит, что скоро вернется.

— Куда она, блядь, пошла?

В ужасе я наблюдаю, как она, чёрт возьми, выходит через парадную дверь.

— Каждый из этих людей умрет.

— Босс...

Я бью ладонью по столу и встаю.

— Почему с ней не было охраны из четырех человек? — спрашиваю, нависнув над Люком.

— Потому что мы не знали, что она куда-то собирается, — спокойно отвечает он. — Она должна была написать, и ребята встретили бы ее у двери. Она знает, что так надо. Что это ее порядок действий. Хотя нам еще ни разу не приходилось его применять, потому что она никуда не ходит.

— Хочу, чтобы все, кто у нас есть, собрались в пентхаусе. Я дам распоряжения. Я буду там на случай, если она вернется.

Люк кивает и начинает звонить. Не проходит и пяти минут, как я уже стою в холле своего дома и отдаю приказы.

Каждый охранник, который позволил ей выйти, стоит с позеленевшим лицом.

И правильно.

Это их последнее задание.

— Ее нет уже двадцать минут, — говорю, расхаживая взад-вперед. Я не могу думать о крови наверху, иначе сойду с ума. Господи, с ней все должно быть в порядке. — Она ранена. Я не знаю, насколько всё серьезно.

— Ей кто-то звонил? — хмурится Люк. — Зачем ей уходить, если она ранена?

Я смотрю на него, а потом бегу наверх за ее телефоном. Почему я об этом не подумал?

Разблокировав телефон, я просматриваю журнал вызовов и сообщений, но там только я и Скарлетт. В папке «Удаленные» ничего нет.

Черт.

Покачав головой, спускаюсь вниз и засовываю её телефон в карман — мне нужно хоть что-то её при себе.

Она мне нужна. Я схожу с ума. Никогда в жизни не чувствовал себя таким беспомощным и таким чертовски напуганным.

— Никаких звонков, — говорю Люку, который выглядит таким же мрачным, как и я. — Я хочу, чтобы вы все прочесали окрестности. Она не могла уйти далеко.

— Если только не села в такси, — говорит один из мужчин, и я провожу рукой по губам.

Господи.

Куда, черт возьми, она делась?

Я уже на грани срыва, когда замок на входной двери щёлкает. Дверь открывается, и Элоиза заходит внутрь.

Увидев мужчин, она замирает на месте. Ее глаза расширяются, она ищет меня взглядом, и, когда находит, с облегчением вздыхает.

— О, хорошо, ты в порядке, — говорит она.

Я стискиваю зубы.

— Вон! — кричу я, не сводя с нее глаз, пока мои люди выходят из комнаты. Последним уходит Люк. Он закрывает за собой дверь, и мы с Элоизой остаемся наедине.