Даже через Алену выпытать не получилось. Она лишь рассказывала, что у отца Марата серьезные проблемы со здоровьем. Поэтому он так резко уехал. Уехал и вычеркнул меня из жизни.
Иногда мне и правда кажется, что та наша совместная неделя мне приснилась. Почудилась, как плод больного воображения.
Разговоры, поцелуи, объятия, прикосновения - ничего не было.
- Валид Тагирович, а Темиров в курсе моего увольнения?
Я написала заявление почти сразу, после отъезда Марата. Это не было взвешенным и взрослым решением. Это было порывом. Желанием хоть как-то заставить его поговорить со мной.
- Разумеется, - отвечает Валид, после короткой заминки.
На том конце повисает тишина. А у меня в салоне слышно лишь бешеный стук моего сердца.
Вызов обрывается. Или кто-то просто его сбрасывает.
Не в силах больше держать лицо, прижимаюсь к обочине. За окном - дождь. Хотя нет. Вовсе не за окном. Всего лишь внутри меня.
Слезы катятся градом.
Почему мне так больно, черт возьми?
Так больно… Будто кто-то голыми руками выдирает внутренности. А я… Я не сопротивляюсь. Просто плачу, сидя в машине где-то посреди города, как не плакала уже давно.
Прихожу в себя от очередного звонка Сергея. Он ждет. Он выкроил время и наверняка будет жаловаться, что опоздала.
Правда, когда мой Ровер паркуется рядом с его черным Лексусом, он спокойно выбирается из машины, а затем помогает и мне. Открывает дверь. Подает руку.
- Выглядишь не очень, - констатирует, задержав взгляд на моем лице.
- Спасибо, свет мой зеркальце. Я и чувствую себя так же.
- Так сильно нервничаешь? Доктор Мейер сказала, что это стандартная процедура.
Нервничаю, да. Но вовсе не из-за того, о чем думает Сергей.
Сегодня мы делаем ДНК-тест.
Две недели назад я узнала, что беременна.
Я. Беременна.
До сих пор не могу осознать.
Это ли не волшебство? То, что самый обычный и дешевый тест, валяющийся в моей прикроватной тумбочке больше года, вдруг показал две желанные полоски.
Внутри меня целая новая жизнь. Маленькая горошинка, которую я уже видела на экране в кабинете УЗИ. Мой смысл.
Сережа, разумеется, в курсе, что отцом может быть не он. Я все ему рассказала еще тогда… Когда вернулась домой совершенно разбитая и дезориентированная.
На удивление, он не стал выбрасывать мои вещи и меня вслед за ними. Сергей ушел сам. Точнее, трижды в неделю он ночует не дома. Где именно, не особо меня интересует. В скором будущем я все же собираюсь съехать и подать на развод.
- Уже думала, что делать, если ребенок окажется Его?
Сергей кривит губы, намекая, что сама мысль такого исхода ему неприятна. А я молча качаю головой, не желая развивать тему.
Мой пока еще муж не из тех, кто станет воспитывать чужого ребенка. Да я и не стану просить его об этом. Как и не признаюсь, что в моей дурной голове результат давно известен.
Я мечтаю, чтобы вероятность отцовства Сережи составила 0,00%. Я просила об этом сегодня утром, глядя на маленькую иконку, лежащую в моем кошельке.
Глупо? Возможно. Но как объяснить это женщине, которая впервые по-настоящему влюбилась? Ей наивно хочется верить в чудо.
Даже если это бессмысленно. Даже если психолог во мне с десяток раз разложил по полочкам, что у нас с Маратом все равно ничего бы не вышло.
Но, почему-то именно в этот момент, я готова отдать все деньги мира, лишь бы это проверить.
