Как детей увозят, я тоже уезжаю отсюда.
Пожарные ещё остаются, моя помощь больше никому не нужна. Мужчину, к сожалению, спасти не удалось. Но мертвые - это уже не мой профиль.
На работе переодеваюсь и - домой. Только теперь с приятным теплом внутри. Пока мы здесь работаем, мы как одна команда. Без слов, без обещаний, без обид. Просто каждый делает то, что должен.
Вечером не знаю, чем себя занять. Хочется его увидеть, поговорить, но он на смене. Если бы позвонил, я бы ответила… но телефон молчит.
Скидываю подушки на кресло, снимаю простынь. Перестилаю новое постельное. Простынь, наволочки, пододеяльник.
Как будто новый этап какой-то нужен.
Взмахиваю одеялом, распределяя ткань. Оно мягко ложится на матрас.
И вдруг - резкий спазм.
Как ножом. Внизу живота.
Я цепляюсь рукой за край кровати, наклоняюсь, выдыхая сквозь зубы.
Боль не сильная, но тупая пульсирует в животе.
Глубоко. Неприятно.
- Спокойно… спокойно.… - шепчу себе. Ладонь - на живот, пытаюсь дышать ровно.
Сажусь на край кровати.
Дышу.
Смотрю на стены, на окно.
Не проходит.
Надо держаться. Не паниковать. Не истерить.
Но иногда эмоции сдержать невозможно. Слёзы текут сами. Прошлое, когда был тот выкидыш, всплывает так ярко перед глазами.
Ложусь, скручиваюсь в клубок и вызываю скорую.
Пытаюсь держаться, не паниковать, не делать резких движений, но я помню уже эти ощущения… помню, что проживала это и не хочу. Не хочу терять того, кто уже живет во мне.
Глава 49. Слов не хватает, чтобы ее описать
Алексей
- Пап! - Лада с порога бросает рюкзак на комод, скидывает обувь так, что она летит на середину коридора.
- Чего буянишь? - потягиваюсь в кровати.
- Пап, ты знал? - заглядывает ко мне.
Беру в руки телефон. На часах уже пять вечера. Пора заканчивать отсыпной.
- Отдерни шторы, Лада, буду вставать. Что знал?
- Про Софью.
Если бы я был сейчас ежом, то все иголки бы уже распушил. Про ребенка, что ли, узнала?! Откуда? Не Софья же рассказала.
- Это тебя не касается.
Убираю телефон и разминаю шею.
- Не касается? - отдергивает шторы и заливает солнечным светом комнату, - то есть вы меня обманывали все время, а меня это не касается? Спасибо, пап. Вот от тебя я такого не ожидала.
- Ну тебе какая разница?! - закидываю руку за голову.
- Мне не нравится, когда все думают, что я маленькая и обманывают меня!
- Лад..
- И как это меня не касается? То есть она меня лечит, а меня это не касается?
- Кто тебя лечит?
- Софья.
Опять Софья. И мне с одной стороны не хочется про нее говорить, с другой хочется опять ее вспомнить.
- Давай ещё раз, сначала. Что она не так сделала?
- Не она, а вы. Я Кристину на маникюре встретила, мы разговорились и оказалось, что Софья работает у вас в части психологом!
Серьёзно?! Это самая большая проблема?
- И что, Лад?
- Вы, знали, что психологов не переношу и поэтому обманули меня, чтобы залезть ко мне в душу?
- Да. Была попытка. Больше она не полезет к тебе в душу. Так пойдет? - ведет бровью и берется рукой за косяк. - И вообще маникюры твои педикюры пора прекращать.
Может, грубовато, но пока меня ещё не отпускает. Настоящее наложилось на прошлое и кто бы мне раскрыл, что все это сейчас значит…
- А что случилось? Вы поссорились с Софьей?
- Ты же, кажется, сама на нее злишься, что тебя обманули.
- Ну да… Но мне надо знать!
- Какая тебе разница?
- Ну, она мне нравилась.
- Лад. Так она плохая, что обманула тебя или она тебе нравится?
- Она мне нравится, но не нравится, что обманула.
- Софья хотела тебе помочь, спрашивала у меня разрешения, поэтому, если сейчас тебе что-то не нравится, то можешь с ней не общаться больше.
- А может получилось… - пожимает плечами Лада и подпирает дверной косяк, - я пока не поняла. Но я делала, как она говорит и пока не повторялось. Хотя тут дней немного прошло.
- Лада, реши сама этот вопрос.
- Пап, - идет ко мне и ложится рядом, - а что у вас случилось?
Поворачиваюсь и целую ее в лоб.
- Не важно.
- Она больше не будет к нам приходить?
- Нет.
- Почему? Не представляю, что она может такого сделать, чтобы вы поссорились.
- Она тебя обманула, Лад. Ну как я могу с таким человеком общаться?
- Так она с твоего разрешения обманула же!
- Лада, все, давай вопрос с Софьей закроем. Да, мы скрыли от тебя, потому что ты закрылась бы сразу. А она хотела помочь. Ну, так было бы?
- Да.
- Все, не встречайся с ней больше и не общайся, с обманщицей такой.
- А если я наоборот хочу, можно?
- Нет.
- Так а что случилось, пап?
Снова садится на кровати.
Сейчас я ей начну, она же поймет, что отсылка к матери. Опять приступ может быть.
- Всё нормально у меня, Лада, не переживай.
- Нормально… как же, - поднимается, - пойду бабушке позвоню.
- Лада! Не лезь во взрослые дела!
- Я так хочу, чтобы ты счастливый был.
- У меня есть ты и я счастлив.
- Ты пока с Софьей дружил, был более веселый и счастливый.
- Закрыли этот вопрос, Лада.
- И что не расскажешь, что случилось?
- Закрыли вопрос.
Задумывается и уходит, оставляя меня одного в кровати.
Усмехаюсь сам себе.
Открываю верхнюю полку тумбочки и достаю шишку.
Что-то в Софье такое есть. Вроде серьёзная, но с ней легко. Психолог, но эксперименты и тесты на мне проводит. Скромная с виду, но если этот вид раскрыть…
Сентиментальность какую-то во мне вывернула наружу, что даже шишку эту чертову выкинуть не могу.
Вчера так детям помогала этим. И правда жалко, что не успел заделать ей ребенка. Это был бы точно счастливый малыш, которого бы точно любили. А не как вчерашних девчонок..
У меня могла быть ещё одна дочь. Или сын.
И наверное, я бы хотел об этом знать. И в его жизни хотел бы участвовать.
Хотя если там у нее другой мужик…
Я готовлю макароны по-флотски, чтобы отвлечься. Лада все ходит и бурчит.
Блин.
Вот вроде все так, как я увидел.
Не вяжется только с Софьей. Ну она не похожа на ту, кто будет и с одним, и с другим. Она такая глубокая, внимательная, не поверхностная, кто бы просто и нашим, и вашим.
Если только вариант, что она его простила.
Может же такое быть…
Или, может, всё-таки поговорить с ней ещё раз? Посмотреть на ее реакцию. Я же зачем-то рассказывал ей про себя, она мне - про себя.
Ну для чего это все было? Я и так под ее правила подстраивался, меня не надо было заставлять. Это не входило в наш договор.
Нет, надо все же спокойно с ней поговорить. И закончить все по-человечески.
И набираю ее.
Лучше, конечно, было бы встретиться. Но не хочется приехать и оказаться третьим лишним.
Пропускаю несколько гудков.
Она не отвечает.
Увидит, перезвонит. Или напишет.
Вечером повторяю инструкцию, готовлюсь к сдаче экзамена.
Периодически на телефон - молчит. Не перезванивает.
Вот заноза!
Утром первым делом проверяю телефон.
От нее ничего. Ни звонка, ни сообщения.
Вообще супер! Коза-дереза.
Ладно.
Магомеду не упадет, подойдет сам к горе.
Ладке ко второму уроку, поэтому встаю раньше и опять еду к Софье. Машины этого ее Виктора нет. Уже легче.
Сложнее подняться на этаж, позвонить и вдруг тебе открывает… не она.
Набираю опять Софью. Молчит. Гудки.
- Алло, это Алексей?
Номер Сонин. Голос не ее.
Меня аж студенкой обдает и триста нездоровых мыслей. Все, что видел за годы работы страшного. Все сейчас как фильмом.
- Да… А где Софья?
- Алексей… она… она не обрадуется, конечно, но я вам расскажу.
- Что с ней?
- Она в больнице.
И это я придурок всю ночь думал, где она, а она в больнице?
