Вера. Надежда. Любовь - Буренина Кира

- И все же, - на прощание попросила Вера, - что будет со мной и Олегом?

В глазах его заплясали веселые чертики. Как он был похож в этот момент на прежнего, неунывающего студента Пашу!

Могу только сказать, что все будет хорошо, - нежно сказал он Вере. Они поцеловались на прощание и Вера вошла в метро. Слова Паши подбодрили ее. Она готова была вытерпеть любые муки, только бы в конце концов все было хорошо. Хэппи энд.

Но следующие дни казались темными и глухими, словно она жила под водой. Беспокойство не отпускало ее. Переводчица приходила на работу, выполняла необходимые обязанности, четко, организованно, но без прежней радости, автоматически. Это заметил фон Дерзее. Он видел, что с Верой творится что-то, но влезать в чужую личную жизнь без приглашения он считал неприличным. До него дошли слухи, что прежняя секретарша Анна Смирнова успешно сочеталась браком по российским законам с каким-то мелким банковским клерком и что вскоре она уезжает в Германию навсегда. Его это абсолютно не волновало. С тех пор, как Анна призналась в соедянном, она перестала существовать для него.

Вера справлялась с работой, претензий к ней не было, поэтому Вальтер не видел никаких оснований для серьезного разговора с переводчицей. Все-же что-то глодало его внутри, заставляло сжиматься сердце, когда он видел усталые, иногда заплаканные глаза переводчицы, ее бледное лицо. Вера старательно прятала свои душевные муки глубоко внутри. Она терзалась оттого, что личная жизнь так и не налаживается, что мужчина, надевшей ей на палец обручальное кольцо, изменяет с другой. Она часто думала над словами Павла и в мыслях несправедливо обвиняла его в том, что он все "наврал". Разве не он рассказал ей о кармическом друге? Разве Разве не он пообещал ей хэппи-энд? "Как хорошо работать ясновидящим", горестно думала Вера, "можно никогда не ручаться за результат. Прав был Олег - озарения и вещие сны - не более, чем причудливо изогнувшаяся цепочка ДНК". Ей было больно от таких мыслей, но она сознательно причиняла себе боль. По сравнению с мыслями об Олеге эти страдания казались комариным укусом.

В пятницу Вера решила предпринять еще одну попыту найти дом Олега. На улицах ярко горели фонари, на углу, где полагалось свернуть, землекопы окончили свои работы. Путь был открыт. Вера сразу нашла дом Олега, она легко поднялась по ступеням на четвертый этаж, с замиранием сердца позвонила в дверь. Но никто не отозвался на долгую трель звонка. Олега не было дома. "Он у Светланы", первое, что пришло на ум Вере. "Сама судьба разлучает нас", внезапно осенило ее. "Конечно", с жаром подхватила она эту идею, спуская по ступеням вниз. "Во-первых я потеряла органайзер и телефон Олега улетучился у меня из головы. Во-вторых, я второй раз не могу застать его дома. В-третьих карающая рука судьбы в лице Клинковой постоянно напоминает о себе. Нам не суждено быть вместе, как же я раньше не поняла!" Это знание оглушило ее. Все это время она билась как пойманная птица о прозрачное, но крепкое стекло, ломая клюв и крылья в кровь. Возвращаясь домой, она размышляла о том, что люди - странные существа. Они не могут жить без других людей, стремятся к общению, приносящему чаще всего - боль. Почему же мы прижимаем к груди нож, который нанес нам смертельную рану? Почему она не может заставить себя забыть Олега? Самолюбие? Природа? Или просто глупость?

Олег совсем перестал понимать себя. Одна часть его безудержно стремилась к Вере. Ночами он мечтал о ней, о близости ее теплого тела, он обожал смотреть на нее спящую, прислушиваться к ее дыханию, осознавать, что она находится под его защитой. Но одновременно с тягой к Вере, Олег испытывал все большее желание находиться рядом со Светланой. Как все беременные женщины, Светлана стала капризной, плаксивой и абсолютно беспомощной. Новый облик Светы, такой отличный от холодного, расчетливого "Кинжала" импонировал Олегу гораздо больше. Кроме того, он часто раздумывал над тем, что рождение ребенка - величайшее чудо природы. Сидя на переговорах, он ловил себя на мысли, что представляет себе маленький кусочек плоти, еще неоформившийся , связанный неразрывными узами с матерью, но уже принадлежащий ему. Его дочь родится похожей на него внешне, в ней будет заложен кусочек его характера, памяти, прошлого. Она - продолжение Олега, его надежда. Почему бы не назвать дочь "Надеждой" - осенило его. "Прекрасная идея", сказал он себе вслух. "Надя, Наденька. Надо обязательно сообщить Светлане". Но вместо того, чтобы ехать к Клинковой, он резко вывернул руль и направил свою машину в сторону Юго-Запада. Ему безумно захотелось увидеть Веру, однако ее не было дома. Олег недоуменно постоял у запертой двери и задумчиво спустился вниз. Все сомнения и страхи вновь одолели им. "Где-то гуляет со своим фон Дерзее", выругался он про себя. Он сел в машину и приготовился провести в ней весь вечер, ожидая Веру. Через несколько секунд он удивился самому себе - то, что Вера задерживается, не просто беспокоило его. Он ревновал Веру, распаляя воображение, представляя Веру в объятиях другого. Олег неистовстовал, и внезапно понял, что кроме Веры ни одна женщина в мире его не волнует. Если бы он знал, что именно в этот момент Листопадова Вера звонит в дверь его квартиры! Но он сидел, нахохлившись, терзаемый подозрениями, не замечая, как бежит время. В стекло окна постучали. Он открыл глаза - Вера.

- Олег, это ты? - неуверенно спросила она, - Вера не знала, радоваться ей или злиться.

- Извини, что заставил тебя волноваться. Я был безумно занят.

- А я уже было.. - Вера закусила губу. Нет, не станет она признаваться, что второй раз бродит вокруг его дома, раздираемая болью и противоречиями.

- Пригласишь в дом? - голос Олега звучал иронично.

- Заходи, если хочешь, - бесцветно ответила она.

Этот безжизненный тон поразил его.

Она долго открывала дверь, путаясь в новых ключах. Олег нетерпеливо дышал ей в затылок. Как только они вошли в квартиру,он молча схватил ее за плечи и с силой впился в ее губы болезненным поцелуем. Она тут же отозвалась на его грубю ласку. Губы ее раскрылись, дыхание стало прерывистым. Она так стосковалась по нему. Олег без устали покрывал поцелуями ее лицо, шею. Они поспешно освободились от верхней одежды, не размыкая объятий прошли в спальню. Олег возобновил свои поцелуи, распаляя ее чувства до предела. Умопомрачительно едленно он снимал с нее одежду, пробуя на вкус каждый открывающийся участок тела. Вера забыла о своих страхах, о существовании "Кинжала", о том, как она блуждала в потемках в поисках дома Олега. Она словно бы перенеслась в другое измерение - где нет ни злости, ни зависти, ни ревности. Там царствует только любовь во всех ее проявлениях. Олег умело играл ее телом,то доводя ее до самой вершины наслаждения, то заставляя его медленно плавиться в огне любовного желания. Когда Вера немного остывала, он возобновлял сладкую пытку и вновь доводил ее до помешательства. Спустя два часа истерзанная, но счастливая Вера наконец заснула.

В субботу рано утром в ее квартире раздался звонок. Незнакомый мужской голос попросил срочно пригласить к телефону Волкова Олега. Вера взглянула на часы - восемь утра.

- Он еще спит, я не хочу его будить, - уговаривала она незнакомца.

Но человек на другом конце провода был нетерпелив:

- У меня очень важное дело. Это касается бизнеса Олега.

Вера вошла в спальню. Олег спал, широко раскинув руки. Обычная морщинка между бровей, придававшая ему всегда обеспокоенный вид, разгладилась, и лицо его было спокойным и безмятежным. Вера с сожалением потрясла его за плечо. Олег мгновенно открыл глаза.

- Тебя к телефону, - с грустной улыбкой объяснила Вера

Он пружинисто соскочил с кровати и подошел к телефону.