Горько-сладкие воспоминания - Мора Катарина

– Почему это? – возмущенно спрашиваю я.

Он улыбается, и его улыбка мгновенно обезоруживает меня.

– Ты слишком красива, Аланна. Ты слишком мила, тобой легко воспользоваться.

Я скрещиваю руки, и на мгновение его взгляд скользит вниз, к моей груди, затем он быстро отводит глаза.

– Мне кажется, ты меня недооцениваешь, – отвечаю я ему.

Сай качает головой:

– Это не игрушки, Аланна. Я серьезно. Здесь не место для тебя.

Я прикусываю губу, обдумывая его слова, но решение уже принято.

– Это мы еще посмотрим, – отвечаю я, прежде чем направиться к отцу. Скажу папе, что буду здесь волонтерить.

Глава 5. Аланна

Я стою у дверей приюта, полная колебаний и тревог. Без папы я ощущаю себя не в своей тарелке. Раньше я никогда не занималась волонтерством и переживаю, что не справлюсь с этой задачей. Боюсь подвести его.

– Аланна! – подходит ко мне Рикардо, излучая самую искреннюю улыбку, которая мгновенно заставляет меня ответить тем же. Есть люди, способные проецировать позитив и надежду, и Рикардо, безусловно, один из них. – Давай, заходи!

Он проводит меня в небольшой кабинет, расположенный рядом с входом, и предлагает заварить чашку чая. Я отказываюсь.

– Я сделаю все, что в моих силах. Вам не нужно заботиться обо мне или нянчиться со мной. Я здесь не для того, чтобы быть для вас обузой, – обещаю я, как только мы садимся.

Он усмехается и покачивает головой.

– Ты и правда дочь своего отца. Когда он впервые пришел сюда, нуждаясь в жилье, он тоже пообещал мне, что не станет для меня обузой.

Мое сердце сжимается от боли за папу и за все испытания, которые ему пришлось пережить. Я так мало знала о его жизни. Он всегда был для меня героем, я очень его ценю. Когда мы потеряли маму, он с удивительной легкостью взял на себя ее роль и отлично исполнял роль отца. Он всегда был для меня настоящим супергероем.

– Папа так говорил?

Рикардо кивает:

– Ты просто вылитый отец, но улыбка у тебя от матери.

От удивления глаза ползут на лоб, а сердце начинает биться быстрее.

– Вы знали мою маму?

Рикардо кивает:

– Поработай сегодня хорошенько, и я расскажу тебе замечательную историю о твоих родителях, договорились?

Я улыбаюсь:

– Я и так планировала хорошо поработать, но от истории точно не откажусь.

– Пойдем, я покажу тебе, чем ты будешь заниматься. Каждый день у нас разные задачи, поэтому твоя работа никогда не будет однообразной. Сегодня мне нужна твоя помощь с инвентаризацией консервов. К сожалению, в последнее время у нас участились кражи. Мы переходим на более надежную систему хранения и хотим разработать оптимизированную систему заказов, чтобы заранее закупать больше продуктов по лучшим ценам. Для этого нам нужно точно знать, сколько у нас всего осталось после недавних краж.

Я иду за ним, изо всех сил стараясь не глазеть на людей в комнатах. Я не хочу, чтобы кто-то почувствовал себя неловко. Папа сказал мне помнить о том, как часто ему приходилось жертвовать своей гордостью и достоинством, когда он был бездомным, и как это каждый раз причиняло ему боль. Он настоятельно просил меня помнить об этом и быть острожной в своих действиях и выражениях. «Один лишь жалостливый взгляд может ранить, Аланна», – повторял он.

Работа, которую поручил мне Рикардо, довольно простая. Хотя она медленная и скучная, по крайней мере, я ощущаю, что занимаюсь чем-то значимым. Пока я пересчитываю консервные банки, мои мысли неизменно возвращаются к людям, которые живут здесь… особенно к Саю.

Как такой парень, как он, мог здесь оказаться? Я помню, что папа сказал, как легко все потерять, но мне это кажется совершенно невозможным. Да, я была юна, когда мы впервые встретились, но я не слепая. Только одни его часы стоили несколько тысяч долларов, если, конечно, это не подделка. Но Сай не похож на человека, который будет носить паль.

Я все еще думаю о нем, когда закрываю кладовую. Понимаю, что нужно вернуть ключ Рикардо и идти домой, но мне очень любопытно узнать, что делает Сай. Я не сразу замечаю его, сидящего в углу комнаты, с книгой в руках.

Улыбка невольно расползается по лицу, а сердце бешено колотится.

– Сай!

Он поднимает глаза, но вместо ожидаемой улыбки в его хмуром взгляде читается раздражение. Мое сердце замирает, и я непроизвольно расправляю плечи, словно пытаясь защитить себя.

Сажусь рядом, невзирая на то, что он игнорирует меня и продолжает читать книгу. Его нежелание общаться со мной обжигает, но я не позволю ему сломить меня.

– Привет, я… я хотела вернуть тебе это. – Я достаю из кармана носовой платок и протягиваю ему, держа ткань обеими руками, не желая выпускать ее из рук.

Сай удивленно смотрит на него, а затем поднимает взгляд на меня. Лед в его глазах начинает таять, и я вижу в них то заботливое выражение, которое я запомнила с тех пор, как мы впервые встретились.

– Ты хранила его все это время?

Я киваю:

– Не знаю точно почему, но он помогал мне оставаться храброй, когда боль становилась невыносимой. Каждый раз, когда я была на грани срыва, я крепко сжимала его в руках и вспоминала, как ты говорил мне не оставаться наедине с болью. Вместо того чтобы реветь в кровати, я шла к отцу и разговаривала с ним. Не успела оглянуться, как этот платок стал для меня чем-то вроде талисмана, и теперь я повсюду ношу его с собой.

Отчасти я надеялась, что однажды встречу Сая и смогу вернуть ему платок. Он даже не подозревает, что его добрый поступок стал для меня спасательным кругом, который не дал мне утонуть в собственной печали.

Он заключает мою руку в своей, на мгновение замешкавшись, прежде чем смыкает свои пальцы вокруг моих.

– Оставь его себе, – произносит он нежно. – Похоже, для тебя он так же ценен, как и для меня когда-то. Оставь его.

– Ты уверен? – По его взгляду я понимаю, что платок много значит для него. Я удивлена, что он отдал его мне. Думаю, что с этим платком связана какая-то история.

– Уверен.

Я киваю и встаю, хотя уходить не хочу, но и не желаю беспокоить его без необходимости. Ясно, что мое общество не слишком его радует. Мне уже не по себе от всей этой ситуации.

Я улыбаюсь ему на прощание, изо всех сил стараясь не оглядываться, пока иду к двери. Но посреди комнаты он внезапно настигает меня и, обхватывая за запястье, резко притягивает меня к себе. Я утыкаюсь головой в его грудь, и он крепко обнимает меня, но смотрит не на меня.

– Джонатан, – произносит он назидательно. – Может, вернешь ей ключи, а я просто сделаю вид, что не заметил, что ты только что натворил? Ты ведь сам знаешь, что за это тебя вышвырнут из приюта.

Я оборачиваюсь в его объятиях, и Сай с нежностью кладет руку мне на плечо. Он защищает меня, а в его взгляде вспыхивает ярость, от чего мое сердце невольно замирает.

Долговязый светловолосый парень с тяжелым вздохом достает из кармана ключи от кладовой и от моей машины, протягивая руку вверх. Сай стремительно выхватывает у него ключи, качая головой, в то время как Джонатан, с раздражением на лице, стремглав убегает прочь. Я с недоумением наблюдаю за его удаляющейся спиной. Я даже не почувствовала, как он украл у меня ключи.

Сай берет мою руку и крепко сжимает ее в своей, а другой рукой осторожно кладет ключи мне в ладонь и загибает мои пальцы.

– Я же говорил тебе, что это не самое подходящее место для тебя. Не стоит впутываться в опасные ситуации без необходимости, Аланна. Здесь волонтерам не место.

Он делает шаг в сторону и уходит, а я смотрю ему вслед. Мое сердце бешено колотится в груди.

– Спасибо, Саймон! В следующий раз я буду осторожнее!

Он оборачивается ко мне, и его лицо озаряет заигрывающая улыбка. В животе у меня просыпаются бабочки.

– Уж постарайся.

Сай уходит, и я уверена, что с собой он уносит частичку моего сердца.

Глава 6. Сайлас

Не могу поверить, что этот парень заплатил мне двести баксов за то, чтобы я неделю выслеживал его скучную жену. Она настолько душная, что даже трудно представить, где она могла бы кого-то повстречать и изменить ему. Каждое утро она выходит на пробежку, а затем направляется в продуктовый магазин в центре города. Вернувшись домой, она готовит еду у большого кухонного окна, а потом смотрит телевизор, устроившись у того же большого окна. В некоторые дни она даже не утруждает себя походом в магазин и заказывает доставку на дом.