Мужья и жены - Потапова Татьяна

Никакой мозговой атаки у них давным-давно не случалось, по было приятно посидеть на нейтральной территории со старыми подругами, предаться воспоминаниям, похвастаться успехами мужей, детьми, пожаловаться и получить совет. Конечно, Наташа с удовольствием придет на эту встречу.

Послышался шум машины. Наконец-то! Наташа быстро расправила покрывало и спустилась на первый этаж, где были гостиная с кухней, кабинет мужа и вторая ванная. Она бросила взгляд на накрытый стол и осталась довольна.

В дверь позвонили. Странно. Обычно Андрей пользовался своим ключом. Наташа быстро открыла замок.

На пороге стоял Слава и держал за пояс ее супруга.

Начата даже испугалась в первый момент. В голове пронеслись жуткие картины, виденные по телевизору, — нападения, заказные убийства, аварии…

— Прив-вет, — еле выдавил Андрей, подняв на жену совершенно мутные глаза.

И тут она догадалась — да он просто пьян!

— Куда его положить? деловито спросил Слава.

— Ведите в кабинет. — Пропустив их вперед, Наташа так и осталась стоять на месте как приклеенная.

Слава вместе с Андреем скрылись за кабинетной дверью из красного дерева. Послышалась какая-то возня, бормотание Андрея, но Наташа не могла шевельнуться. Однажды, когда она плавала в море, у нее свело ноги. Она на всю жизнь запомнила этот ужас полной беспомощности. Сейчас ощущения были похожими — Наташа не владела своим телом. Почему-то ей стало страшно обидно. Как в детстве, когда отбирали любимую игрушку.

Из кабинета вышел Слава. Своей медвежьей походкой он дотопал до Наташи и доложил:

— Заснул.

Потом, с минуту поразмыслив, добавил:

— Бывает, не расстраивайтесь. Это он в самолете расслабился. А пока багаж ждал — его совсем развезло. Сейчас я сумку его занесу.

Слова водителя вывели Наташу из ступора. Надо же, даже в угрюмом Славе может проснуться что-то человеческое, и он способен к сочувствию.

Она проводила его до дверей, подождала, пока он занесет вещи мужа, и вернулась в гостиную.

Может быть, поесть? Наташа подцепила вилкой тонкий ломтик осетрины. Какого черта! Она открыла бутылку французского вина и выпила сначала одни фужер, лотом другой.

Из кабинета доносился храп, от которого с непривычки стыла в жилах кровь. Таким Наташа видела Андрея от силы раз пять за всю их совместную жизнь. Он всегда контролировал себя.

Вино оказалось вкусным, и Наташа налила себе еще. А что случилось? Муж пришел домой пьяным — эка невидаль. Да, обидно, что ее старания не оценены, что романтического вечера не получилось. Но это ведь не смертельно. Зато завтра он будет белым и пушистым — чувство вины замучает. И наконец-то выслушает ее, а не перебьет на нервом же слове, как это часто происходило в последнее время.

Наташа убрала со стола. И прекрасно, завтра можно ничего не готовить.

Она подумала о встрече с подругами. Надо поискать фотографии дома, показать им — они ведь ни разу здесь не были. И еще она купит для них маленькие подарочки. Недорогие, чисто символические, но девчонкам будет приятно. Что-нибудь из косметики. Или из бижутерии. Лене можно подобрать зажигалку — она их обожает. А Маша не курит, так что тут надо будет подумать.

Немного успокоившись, Наташа решила посмотреть, как там муж. На цыпочках, стараясь не шуметь, она открыла дверь в кабинет. Свет был выключен, и только узкая полоска из гостиной падала на ту часть дивана, где спал Андрей.

Наташа подошла поближе.

Рот его был открыт, но дышал он уже равнее — без резких всхрапываний, которых она всегда так боялась. В свое время она начиталась специальной литературы на эту тему и знала, что это опасный симптом.

Летний кремовый пиджак валялся на стуле. Наташи принесла из спальни одеяло и осторожно накрыла его. Когда она решила аккуратно повесить пиджак, чтобы не мялся, из него что-то выпало. В темноте было не видно, и она, подобрав это что-то, вышла, все так же тихо закрыв за собой дверь.

В руках оказался тонкий ежедневник — черный, из натуральной кожи. Андрей предпочитал только такие. Однажды Наташа подарила ему для разнообразия коричневый, но муж ни разу им не воспользовался. Так он и валялся в кабинете, мозоля глаза, пока куда-то не пропал.

В книжку были вложены какие-то квитанции. Вытащив одну из них, Наташа увидела счет на пять тысяч долларов. Ее поразила не столько сумма, сколько название фирмы, где были потрачены эти деньги.

Бутик женской одежды в Столешниковом переулке был ей хорошо известен. Когда только входили в моду презентации, они с Андреем искали для нее вечернее платье и случайно забрели туда. Им повезло — нашлось именно то, что требовалось. С тех пор бутик стал любимым.

Муж поначалу ходил вместе с ней, выступая в качестве консультанта: он опасался, что жена выберет себе что-нибудь несоответствующее.

— Женщины одеваются исключительно для женщин. — уверял он Наташу. — А потому покупают совсем не то, что нравится мужчинам.

Ему хотелось, чтобы Наташа блистала, а все умирали от зависти, увидев его жену.

Потом он как-то охладел к подобным походам, и Наташа изредка ездила в Столешников одна. В бутике ее хорошо знали, ценили как клиентку, часто звонили, сообщая о новых поступлениях или распродажах.

Что означает этот счет? Если решить, что он тайно приобрел для нее подарок, то Андрей никогда не сделает подобного без примерки. Значит… Нетрудно догадаться. что покупка предназначалась другой женщине.

Опа судорожно вытащила еще две бумажки. Одна из них оказалась счетом из лас-вегасского отеля. Поездив но миру, Наташа прекрасно знала, что представляют собой эти компьютерные отчеты. Она углубилась в английский текст. Номер на две персоны, обслуживание на пляже, бары, ресторан, еще ресторан… Почему Лac-Bеrac? Он ни разу даже не упомянул об этом. Андрей улетал в командировку в Лос-Анджелес, говорил, что хочет выйти на международный уровень, что там в это время проводится бизнес-семинар, где можно наладить отношения, завязать знакомства. Конечно, оттуда до Лас-Вегаса недалеко, всего несколько часов на машине. Когда-то они мечтали съездить туда и тщательно изучали маршрут. Может быть, кто-то из участников семинара предложил развлечься, глупо не посмотреть на такое чудо, если находишься рядом.

Ну что у нее за манера — накручивать себя, создавать проблемы на пустом месте. От безделья все. И продолжается это уже семь лет, с тех пор когда она оставила должность технолога на молочном комбинате, потому что Андрей считал, что его жене работать на таком месте неприлично. Ему, как он говорил, стыдно объяснять в своем кругу, кто такой технолог и зачем ради каких-то грошей его жене нужно каждый день ходить на работу. Андрей предложил ей сидеть дома, создавать уют и помогать ему, когда потребуется.

Она помнит, как тяжело ей было уйти с работы. И дело совсем не в том, что Наташа обожала молочное производство. Просто она привыкла отвечать за что-то, каждый день принимать решения, быть среди людей, которые хорошо к ней относились. А когда приходила домой, то ей всегда было что рассказать Андрею.

И вот теперь вечерние эти разговоры сошли на нет. Мужу было неинтересно слушать ее отчеты о проделанной домашней работе. Он даже не взглянул на связанный ею свитер, над которым Наташа фантазировала целый месяц. На тюльпаны, которые она высадила на двух клумбах, Андрей отреагировал и вовсе странно:

— Ты что, торговать ими собралась?

А Наташа так гордилась этими цветами, ведь никогда раньше она не занималась работами, связанны ми с землей. Так получилось, что и ее родители, и родители мужа не имели дач. А когда они приезжали к друзьям и знакомым, то только развлекались, жарили и, лыки, рвали с кустов ягоды. До того как у них появился дом, она понятия не имела ни о семенах, ни об удобрениях. Тюльпаны сразу прижились, росли и цвели как сумасшедшие, хотя луковицы были импортными — голландскими. неприспособленными к местным условиях.

Наташа вспомнила про счет. А может быть, это взятка? Надо было сделать кому-то дорогой подарок? В бизнесе это сплошь и рядом. Он не обязан ей обо всем докладывать.