Змей. Скромница для мажора (СИ) - Княжина Ника

— Так. Вер, побудь здесь.

Лиза отпускает меня и решительно идёт на выход. На ходу достаёт свой телефон. Что-то там нажимает.

— Миш, подержи, пожалуйста, телефон. Зафиксируй торжественный момент.

Я удивлённо смотрю вслед Лизе и Гирсу. Несколько мгновений анализирую ситуацию. Что сестра Димы задумала?

Хочет что-то заснять на камеру телефона? Вот теперь я точно не готова ждать тут. Я срываюсь с места, выбираюсь из кабинета. Подхожу к перилам и смотрю вниз на первый этаж. Замечаю Полину. К ней как раз уверенной походкой приближается Лиза.

Внизу происходит какой-то недолгий диалог.

Одно мгновение, и Лиза подозрительно профессиональным ударом бьёт Полину в нос. Девчонка отшатывается и падает на пол.

Чёрт побери! Со всех ног бегу вниз.

Глава 62. Правда Истоминой

— Лиза! — выдыхаю я удивлённо.

Оказываюсь на первом этаже в считанные мгновения. Полина уже поднимается на ноги и держится за нос. В её глазах шок и отчаяние. Девушка явно не ожидала, что её ждёт такой приём тут.

Ох, Лиза, вот это да.

И я не знаю, как мне реагировать на всё это. С одной стороны, мне приятно, что за меня вступилась сестра Димы, а с другой… Ну она же девочка. Как же так получилось? Полезла драться…

Я точно бы никогда в жизни так не поступила. Даже представить себе не могу, насколько меня вывести из себя надо, чтобы я с кулаками полетела на кого-то.

Краем глаза замечаю на губах Гирса довольную улыбку. Лиза как раз поворачивается к нему и с разбега прыгает в его объятия. Парень подхватывает её под пятую точку и вжимает в себя.

Я на пару мгновений зависаю на странной картине.

— Я хорошая ученица, да? — спрашивает Лиза.

— Просто тебе достался отличный учитель, мелкая.

Парочка начинает целоваться. На них смотрят. Замечаю, что и та официантка, которая мне подсказала путь к Гирсу, смотрит, открыв рот. Так… кажется, секретные отношения только что перестали быть таковыми.

Отворачиваюсь от них и фокусируюсь на Полине.

— Дрянь ты! Змеюка подлючая! Ты будешь следующей, поняла, тварь?! — запоздало взвизгивает Полина и делает шаг к Лизе с Гирсом.

Я как раз стою на полпути между двумя огнями. Как бы драка не продолжилась. Выставляю руку, пытаясь задержать Полину, и ловлю её ошалевшей взгляд.

— Подожди! Надо обработать нос. Я же учусь на врача… Могу посмотреть, есть перелом или нет, — говорю спокойно, хотя внутри всё сжимается и переворачивается от нервов.

Последнее дело оказывать помощь этой девушке. Но… меня так учили. Я должна быть готова помочь любому. Для меня все должны быть равны. Даже врага не смогу оставить без помощи…

Лиза, конечно, не оставляет комментарий Полины без внимания. Спрыгивает с рук Гирса и пытается вернуться. Настроена она решительно. Но парень удерживает её на месте. Твёрдо держит за талию.

— Ещё слово, Истомина, и покажу тебе апперкот. Останешься без зубов!

Полина оценивает обстановку. И тушуется. Отступает. Переводит на меня взгляд и кивает. Сдаётся! Неужели боится Лизу? Так странно… Но рефлексировать об этом я буду позже. Нужно развести девушек по разным концам ринга. В смысле, конечно, клуба.

Я хватаю Полину за локоть и тяну в сторону общественного туалета.

Внутри, к счастью, немноголюдно. Никто не задерживается, все настроены на танцы, поэтому текучка в туалете постоянная. Полина промывает нос у раковины. Я стою рядом и смотрю на кровавые струйки, что улетают вниз с водой. Думаю о том, что этот вечер ещё принесёт мне.

Я вымотана. В душе полный раздрай. И впереди ещё разговор с Димой. Я не знаю, поверит ли он в те фотографии с Андреем. Какие сделает выводы. Но почти на сто процентов уверена, что он их уже получил.

Это ведь дело рук этой девушки, которой я подаю бумажные салфетки сейчас.

За что она так с нами? Почему решила разрушить мои отношения с Димой? Он ей нравится?

Полина вытирает нос. Держит бумагу у ноздрей. И салфетки тут же пропитываются красным. Кровотечение не останавливается.

— Давай я прощупаю нос?

Полина снова кивает и прикрывает глаза. Так-то визуально кажется, будто всё в порядке, но это может быть обманчивое представление. И гематома девушке обеспечена. Будет ходить «красивой» несколько недель.

— Ай, больно, — хнычет Полина, когда я аккуратно провожу пальцами по носу.

— Лучше ехать в травмпункт, — заключаю я. — Сделать рентген или томографию. На снимке будет всё сразу понятно.

— Вот Лиза зараза.

Полина вздыхает и начинает плакать. И поток слёз только усиливается. Я смотрю на неё и теряюсь. Не знаю, что делать. Сочувствовать ей? С чего бы вдруг?

Она мне чуть жизнь не испортила. Ещё неизвестно чем вся эта история закончится.

Доверие подорвано. Мы с Димой не поговорили ещё. А вдруг всё на этом и закончится? Вдруг мы расстанемся. Сердце сжимается так, что дышать становится тяжело. И я делаю то, что и всегда. Просто сосредотачиваюсь на вдохах-выдохах.

Рано паниковать. Рано.

— Грёбаная жизнь! — со злостью произносит Полина, отвлекая меня от моих переживаний. Она облокачивается поясницей на столешницу с раковиной. — Всё не так. И с каждым днём всё только хуже и хуже.

Девушка растирает слёзы по лицу. Косметика потекла. Больше она не выглядит как красавица. Красно-фиолетовый нос. Чёрные разводы под глазами. Жалкая картина. И у меня внутри шевелится сочувствие.

А зря ведь. Меня она вовсе не жалела, когда втягивала в свои игры.

Я упорно продолжаю молчать, а Полина вдруг решает, что я неплохой собеседник, на которого можно вывалить свои мысли. Сквозь слёзы и дрожание в голосе, она выдаёт мне свою историю.

От которой у меня волосы встают дыбом.

— Что я такого сделала? Я ведь просто хотела быть счастливой… Был один парень… Не из нашего круга, мы с ним познакомились случайно в городе… Мотоциклист… Единственный, кого я любила… Забеременела от него. И я реально хотела с ним жить… А родители узнали и заставили аборт сделать. И… у меня были осложнения. Не могу я больше детей иметь.

Я сглатываю. Невольно втягиваюсь в этот печальный рассказ.

— А парень?..

— Он разбился. Нет его больше в живых.

Полина прикрывает лицо руками. Её плечи продолжают содрогаться. Я борюсь с собой, чтобы не обнять её. Это всё ужасно. Конечно, она думала, что её жизнь разрушена, если любимый умер, и в этот момент она ещё и теряет то, что их связывало. Лучше бы родила, конечно. Но не мне судить её поступок и действия её родителей.

Наверное, они желали лучшего своей дочери.

— И тогда ты решила, что и другим должно быть плохо? — выдыхаю я.

— И тогда я решила, что пусть всё горит синим пламенем… Пущусь во все тяжкие. Мне ведь уже терять нечего, да? Я уже на самом дне, Вера…

— Но при чём тут другие? Ты ведь… тянешь за собой и тех, кто может ещё жить счастливо.

Полина вытирает слёзы и усмехается. И её усмешка меня пугает похлеще её рассказа. Болезненная. Боже. Да ей надо с психологом поработать. Или тут всё серьёзней. К психотерапевту дорога.

Такие вещи ведь не проходят бесследно. Она не справилась. Не смогла пережить того, что случилось с ней. Тут нужна помощь. Серьёзная.

— Потому что я думала, что смогу ещё что-то хорошее вернуть в свою жизнь. Мне понравился Шип. Впервые после смерти Артура… Но я выбрала неправильную стратегию. Он решил, что мной можно просто воспользоваться. А я… не смогла простить такое.

— А Дима?

Полина пожимает плечами.

— Он ведь любит меня. Точнее… любил. Если я не могу больше ни в кого влюбиться, то почему тогда не позволить кому-то любить себя?

Её слова отзываются во мне болью. Любил… И мог попасть в такую ситуацию, когда им бы воспользовались. Ужасно. И мне противно думать, что вместо меня в руках Димы могла бы нежиться эта девушка. Как же это… неприятно.

— Но мы с Димой уже вместе. Ты поступила очень некрасиво.

— Да, блядь, Вера. Нельзя ведь быть такой правильной, — закатывает глаза Полина. — И, к слову сказать, в тот момент я вообще про тебя не знала. Когда позвала его к себе домой, он побежал моментально без оглядки на то, что у него какие-то отношения.