Дикая для Тихого (СИ) - Нова Яна

Дойдя до ручки, позвонил парням. Больше было не кому. Можно было, конечно бате с тетей Ларисой, но они в санатории отдыхают. Итак, с трудом уговорили их ехать. Хотели остаться помогать с внуком. Ещё сорвутся и приедут.

Вот у них было удивление, когда мы сообщили им новость. Они внучку ждали с нетерпением, а тут сразу полный комплект. Отец полностью поддержал нашу идею забрать ребенка.

Батя всё-таки решился и предложил тете Ларисе жить вместе. А четыре месяца назад, они переехали в наш город. Продали обе квартиры, дачу и купили хороший коттедж загородом. Большая территория, огород, сад и свежий воздух. Всё о чем отец всю жизнь мечтал.

Егор с Вованом и с женами сразу приехали. До приезда ребят сын продолжал плакать, но уже не так активно, видимо сам устал. Хрен знает, может и зря я панику навёл, но что-то как-то растерялся не на шутку.

Ребята приехали быстро. Девчонки занялись Климом. А я … а я просто отключился. У меня в последнее время вообще со сном туго. Поэтому не удивительно, что мне было достаточно присесть и расслабиться. Я в миг улетел.

Где-то через час, немного пришёл в себя. Ника с Настей провели для меня полный инструктаж, как ухаживать за малышом. Дали указания, кое-что даже написали на стикеры и приклеили на холодильник.

Странно, но после того, как ребята уехали, сын вел себя как ангелок. И не скажешь, что это он включал голосовую сирену чуть ли не на весь день.

Ночь прошла более-менее. Вставал кормить по часам, как наказали девчонки. Попутно писал Элле, она отвечала, что пока обрадовать не чем. После последнего кормления вырубился вместе с Климом, проснулся от вибрации телефона под подушкой.

— Да? — ответил, не открывая глаз.

— Тихон, у нас родилась дочь. 3450, 52 сантиметра, — услышал взволнованный голос своей малышки.

— Как уже? — подскочил с кровати. — То есть... Уже? Отлично! Это же хорошо, любимая. Спасибо за дочь, — начал собирать всё, что первое приходило в голову.

— Тиша, успокойся. Всё хорошо. Как вчера день прошел? Как ночь?

— Всё хорошо, — отвечаю её же словами. — Не переживай, я справляюсь.

И действительно постепенно всё как-то выровнялось. С последующими днями, стало в разы легче. Я начал подмечать некоторые нюансы и делать выводы.

Например: засыпал Клим только у меня на руках. Стоило попытаться укачать в кроватке — он заливался плачем. Громким, пронзительным, что я сразу же бросал это дело и брал его обратно на руки. И только когда он крепко засыпал, начиная смешно посапывать, перекладывал в кроватку. Поэтому после нескольких таких эпизодов перестал экспериментировать и пошёл на поводу у маленького манипулятора изначально укачивая на руках.

Через неделю Эллу с малышкой выписали.

Встречать своих родных поехал вместе с Климом. Пристегнул сынишку в авто-люльке. Быстро, не теряя ни секунды, полез в сумку за пустышкой, когда понял, что он готов разреветься. И только когда она оказалась у него во рту, облегчённо выдохнул. Так, отлично. Мне жирный плюс в карму, раз мы уже не на грани слёз. Фууух.

Пока ехал, поймал себя на мысли, что снова веду машину крайне аккуратно. Я, конечно, обычно и не лихачил особо, но сейчас просто эталон правильной езды. Причём происходит это неосознанно, словно на уровне инстинктов.

Шары, цветы, фотограф, друзья, родители. Всё было, как полагается.

Когда приехали домой, я с облегчением выдохнул. Наконец-то вся семья в сборе. Впереди у нас новый этап жизни!

Глава 72: Лиза

... Выбежала из подъезда захлебываясь слезами. Такое ощущение, что я на весеннем тонком льду. Вроде удерживает, но трескается, постепенно заполняя все ледяной водой. Но я ведь сама зашла на этот лёд. Сама ступила на эту хрупкую дорожку, несмотря на сотни знаков и предупреждений.

Прекрасно знала, что Тихон мне изменяет. Что грезит другой. Шепчет ее имя во сне и во время секса. Как часто я от него это слышала, как часто ревела потом в подушку. А потом надеялась, надеялась, надеялась.

Никогда бы не подумала, что смогу простить измену. Когда слышала подобное от подруг или знакомых, только удивлялась, говоря про себя, что девки дуры. Изменщик никогда не изменится.

Измена — это грязь, ложь, унижение и боль. И я приняла эту грязь.

А спрашивается, зачем?

Что бы он вот так, в один прекрасный момент указал мне на дверь.

Ему плевать на меня. Ему даже на нашего будущего ребенка плевать, он весь в этой сопливой девчонке.

Когда узнала о беременности, на какое-то время даже подумала, что всё ещё может получиться. Он порядочным, такой никогда не бросит своего ребенка. Он бы женился на мне. А я окружила бы его любовью, уютом, теплом. Он бы и думать забыл о другой.

Я так думала, до того момента, пока не увидела его в постели с другой, внезапно нагрянув, чтобы сообщить радостную новость.

Никогда его таким не видела, озлобленным, пропитанным ненавистью. Неужели несколько месяцев отношений стёрты по одному щелчку.

А мне что делать?

МНЕ ЧТО ДЕЛАТЬ С МОИМИ ПЛАНАМИ?!!! С РЕБЕНКОМ?!!!

Я так не хотела повторить судьбу своей матери-кукушки, которая оставила меня на воспитание тетки и укатила в неизвестном направлении. Я так хотела быть любимой! Ждала... Ждала... Ждала...

Как же больно осознавать, что тебя выкинули, как использованный презерватив. Только перед этим наполнив хорошенько. Да, так, что там зародилась новая жизнь. И это ведь случайно получилось. До сих пор не пойму, как? Мы всегда предохранялись. Но видимо, так Богу было угодно.

Как же больно, будто зуб вырвали без анестезии. Боль словно яд, течет по моим венам, рождая в моей голове огромное желание отомстить. И первое, что я сделала, перевела новость о беременности с шутку.

А теперь земля уходит из-под ног, потому что понимаю — помощи ждать не придется. Неоткуда...

Следующий день хожу сама не своя, делаю работу быстро, словно робот. Не то, чтобы отключила эмоции, просто они на глубине, как зубастые, уродливые рыбины, выхватывают из моего сердца куски и рвут на части сомнениями.

Что делать?

Что мне делать?

Пытаюсь думать рационально днём, а вечерами плачу без остановки. Всё идёт к тому, что ребёнка оставлять не нужно. Никак нельзя! Куда мне ребёнка? Не замужней, на съемной квартире, без родственников. Тетка помогать не будет. Она дождаться не могла когда мне исполнилось восемнадцать, чтобы отправить в самостоятельное плавание. Но деньги принимать от меня не гнушается. А как я работать буду, когда ребенок родится? На что жить-то?!

С такими невеселыми мыслями я плетусь в больницу, чтобы избавиться от ребенка. Потому что у меня никак не выйдет самой справиться. Иду знакомой дорожкой едва сдерживая слезы, а к ногам словно гири привязаны.

Я ведь также шла сюда несколько лет назад. С такими же чувствами, с такой же проблемой. Почему судьба опять решила окунуть меня в то же болото из которого я чудом выбралась...

Комлева Елизавета Михайловна — 25 лет.

Вот так вот, неожиданно даже для самой себя и наверняка для вас, дорогие друзья, я решила немного рассказать о Лизе. Её историю рассказываю не для того, чтобы как-то оправдать ее. Делать этого не буду, потому что считаю, что она поступила не правильно. Даже несмотря на то, что ей пришлось пережить, она не должна была так поступать. Но что сделано, то сделано...

Жизнь — бумеранг. Все и всем по заслугам. Пусть даже в моем выдуманном мире, но ей придется отвечать за свой поступок.

Глава 73

— Вы же знаете, что вам нельзя делать аборт, — посмотрев мои анализы, заявляет врач-гинеколог, глядя на меня пристально.

— Знаю, — отвечаю сухо. — Мне то же самое говорили в первый раз, но я забеременела.

Это у меня второй аборт. Первый раз я забеременела в восемнадцать лет, когда меня изнасиловал клиент, для которого я танцевала приватный танец.