Сводные. Любовь на грани (СИ) - Риччи Ева

Выбираю темные джинсы, такого же цвета толстовку с белым черепом, прыгаю в свои любимые кроссы. Смотрю на себя в зеркало, во всём чёрном, прям как моё настроение, выхожу из дома. Цвет настроения — Черный! Тьма уходит сегодня в отрыв!

Сверяюсь с адресом, сегодня Харрингтон снял загородный дом на территории заповедника, чего его потянуло за тридевять земель? Паркуюсь на стоянке, знакомые тачки, половина из команды, несколько однокурсников. Шагаю по тропинке, ребята стоят небольшими группами по двору, отыскав мангальную зону, направляюсь туда.

— Пришёл, — тушит окурок Дэн, буравя меня взглядом.

— Кретин, — осуждающе выдаёт Тим.

— Смотрю, вы капец рады меня видеть! — зло режу их взглядом.

— Вау, — визжат за спиной и прикрывают мне глаза ладонями, в душе не знаю, кто это, но подыгрываю.

— Детка, неужто ты? — стебусь над глупой тёлкой.

— Узнал, — ликующе вскрикивает и, оббежав меня, хлопает в ладоши.

— Ну конечно, — тщетно стараюсь не заржать.

Бросается ко мне и в буквальном смысле, виснет на шее, радостно болтает, не вслушиваюсь, трёп мне мало интересен, другое дело — навыки в постели. Силюсь припомнить с ней секс, и у меня чистый лист. Зато подробности недавнего всплывают без разрешения.

— Принеси мне виски, — убираю удушающий захват с шеи и улыбаюсь.

— Сейчас, — соглашается и спешит выполнить просьбу, шлепаю ее по заднице, на что она томно охает.

Нет, детка, кастинг только начался и ты точно не в лидерах.

— Чем помочь? — смотрю на друзей.

— Ничего не надо. Отдыхай, — серьёзно кидает Тимофей. — Девки ждут, — кивает на группу размалёванных и практически не одетых тёлок.

— Тогда я на охоту, — лыблюсь и потираю руки.

— Ой, бл@, — вздыхает Дэн.

Пофигу, что они напридумывали, только я знаю, как оно на самом деле, нет у меня привязанности ни к кому! Гулял, гуляю и буду гулять… с кем хочу!

В моей руке появляется тумблер с виски. Делаю глоток, расслабляет, настраивая на релакс. За первым — второй, чувствую, как напряжение последних недель смывается вкусом алкоголя, опрокидываю остатки в себя одним махом, допиваю.

Подходит Игнат, успеваем кратко обсудить финишную прямую ремонта, наливаю себе еще порцию виски. Я сегодня хорошенько накидаюсь.

— Царь, ты бы закусывал! — в руку пихают тарелку с мясом.

— Спасибо, мамочка, — подкалываю Дэна.

— Жри давай, — бьет шутя подзатыльник друг.

— Угостишь? — произносит девочка вибрирующим голосом справа от меня.

Перемещаю взгляд, сканирую обладательницу порноформ, зависаю на блестящих губах, которые она призывно облизывает. Киваю и плюхаюсь в плетёное кресло.

— Прыгай на колени, детка, покормлю…

Опускатся игриво проезжая задницей вверх-вниз, член дергается, улавливая сексуальный подтекст игрищ.

— Давай ещё раз, — шепчу ей в ухо.

Раздвигает ноги и седлает меня, уперев руки в мои колени, проезжается по эрекции, имитируя половой акт.

Беру кусочек шашлыка и отправляю в рот, пытаясь охладить свой пыл: я не весь товар, представленный на вечеринке, просмотрел. Надо бы не торопиться. Пихаю ей тарелку, у нас самообслуживание, пусть сама берёт мясо. Разворачивается и пересаживается лицом ко мне. Строит из себя обиженную, надувая губы. Мдааа, детка, ухаживаний не будет. Смирись! Не ведусь на манипуляции — берет маленький кусочек в рот и стонет, призывно взирает на меня. По её подбородку течет сок мяса, вытираю большим пальцем. Не успеваю убрать руку, хватает ее и смачно облизывает палец погружая в рот, заигрывающе смотря. Член реагирует мгновенно, упираясь и давя в ширинку. Недолго раздумывая, решаю дать ей в рот, раз выпрашивает.

— Пошли, дам что-то посущественнее пососать… — подталкиваю чтобы встала и поднимаюсь следом сам.

— Пошляк, — хихикает и берётся за руку, следуя за мной.

Заходим в первую закрытую дверь в доме и попадаем в кабинет. Падаю на диван, расстёгивая ремень и молнию ширинки, спускаю боксёры и берусь за эрекцию рукой.

— Так и будешь стоять? Или тебе персональное приглашение необходимо? — иронически поднимаю одну бровь, глядя на неё.

Подбегает и резко падает со всего маху на колени промеж моих ног, с рвением обхватывает рукой член. В шоке от поведения. Давненько секса не было? Или просто любит сосать? Сразу приступает к делу, наклоняется и обводит языком головку, смачно смачивая слюной. Смотрю на макушку, и меня грызёт чувство гадливости: рыжая… Надо было брюнетку брать…

В голове пролетает совсем другой образ: пухлые дьявольские губы, шкодные глаза, пикантный жест язычком по губам…

Опускаю глаза на тёлку, пробуя переключить мозг, слышу ужасные причмокивающие звуки. Передёргивает от отвращения.

— Стоп! — говорю громко.

Она не реагирует на мои слова и упорно продолжает пожирать мой член. Отрываю от себя и встряхиваю.

— Хватит, я сказал! — рявкаю на неё.

— Не понравилось? Я умею по-другому…

— Не надо по-другому! Свободна! — киваю ей на дверь.

— Что? — вскрикивает удивлённо.

— Пошла вон! — кричу для эффекта.

— Придурок, — взлетает на ноги и несётся из комнаты прочь.

Достаю телефон и вызываю такси, сам иду в ванную, мою член под краном, бл@ть, что же так мерзко?! Умываюсь холодной водой и растираю остатки по голове и шее, надеясь прийти в себя и развеять алкогольные пары.

Выхожу из дома на улицу, мне нужен свежий воздух, необходимо остудить мозги. Зачем я приехал? Дебил, бл@ть, бросил мелкую. Вдруг ей хуже, а она одна, да и зачем кого-то искать и трахать, пока я могу трахать Арину! Натрахаюсь и успокоюсь. Её приятнее иметь, чем непонятно каких девок. Ухожу в тень веранды, сторонясь сейчас общения: на меня наваливается ответственность за свой безалаберный поступок. Это надо же было ее оставить одну… Злюсь и психую, в мыслях матеря медленное такси. Выкуриваю третью сигарету и слышу вибрацию телефона, смотрю на смс и направляюсь к выходу с территории коттеджа.

— Мот, отрыв и телки на сегодня всё? — угорает Тимофей, откровенно под@бывая.

Не оборачиваясь, шлю ему фак и молча выхожу за ворота.

Поездка в такси тянулась медленно, накинул двойной счётчик водителю, чтобы вспомнил, где педаль газа. Захожу во двор, узнаю у охраны, как дела, и торопливым шагом направляюсь в дом. Пролетаю ступени, перепрыгивая через две, в груди давит от беспокойства. Вламываюсь в комнату мелкой, темнота, с кровати доносятся хрипы и болезненные стоны, включаю фонарик на телефоне, подлетаю к кровати, наклоняясь губами, трогаю лоб Арины. Огненная и мокрая, подсвечивая, вижу крупные капли пота на лице и влажные волосы. Подхожу к столу, смотрю по новой назначения, обдумывая какую таблетку дать. Включаю ночники по всей комнате и с лекарствами и градусником подхожу к котёнку. Измеряю температуру и, глядя на цифры, скриплю зубами. Присаживаюсь возле её головы и приподнимаю за плечи.

— Давай, Арин, надо выпить, — подношу стакан с лекарством к губам и аккуратно пою.

— Скотина, от тебя несёт женскими духами, — сипит Арина.

— Да тебе кажется, это всё температура, — тихо смеюсь, девочки, такие девочки, даже без сознания чуют присутствие другой.

— Не ври, — обиженно выдаёт. Любуюсь, такая она милая.

— Пей, — целую в лоб, по отношению к ней прёт нежность, мне несвойственная.

Допивает, даю ещё стакан с водой и тоже убедительно прошу выпить. Укрываю её и выхожу из комнаты мелкой, направляясь к себе. Надо смыть с себя все запахи. Я прекрасно понимаю, что я сделаю дальше. В гардеробной беру свою майку с длинным рукавом, нахожу упаковку тёплых носков, которые всегда беру на горнолыжный курорт, прикидывая, что на Аринке это будет, как платье и гольфы. Приняв душ, возвращаюсь к мелкой с полотенцем, полусонную начинаю обтирать и переодевать. Хнычет и просит не мешать спать, ноет, что ей плохо. Шепча ласковые и успокаивающие слова, занимаясь делом. Сидящую подхватываю одной рукой за попку, а второй рукой направляю её руки, чтобы обняла, прижимаю к себе, закидывая ноги за свою спину. Несу ношу к себе.