Те самые Сейморы (ЛП) - Роуз Саванна

— Мы не можем позволить им так легко это сойти, — объявила она.

— Кому? — спросила Джоан.

Джулианна фыркнула на нее, словно не могла поверить в ее глупость.

— Чертовым братьям Сеймор, конечно! Кто еще мог это сделать? Синяя краска в бассейне, сверчки и гребаные лягушки повсюду — это вся их почерк. Мы нанесем ответный удар. И мы ударим сильно. Скажите мне, чем эти тупые мальчишки больше всего гордятся? Кто-нибудь?

По моему позвоночнику пробежал холодок страха. Я видела Джулианну злой, но, кажется, никогда не видела ее в такой ярости.

— Эм, Джулианна? Не думаю, что нам стоит. Я хочу сказать, они были не единственными, кого не пригласили на вечеринку, может, кто-то еще разозлился из-за этого. Черт, да это мог сделать и Корбан. Его шоу уже годы проваливается. Ему не помешала бы такая сенсация.

Джулианна сузила на меня глаза так, что волосы на затылке встали дыбом.

— Ты что, защищаешь Сейморов? — прошипела она. — После нашествия сверчков и лягушек, после того, как нас всех выкрасили в синий, ты действительно сидишь и говоришь, что мы не должны давать сдачи?

— Нет, — вздохнула я. — Кто бы это ни сделал, он перешел все границы. Слишком далеко. Они заслуживают того, чтобы понести ответственность. Но давай, Джулианна, они же не оставили свою подпись. И ты должна признать, ты винишь Сейморов буквально во всем. Что, если кто-то другой хотел отомстить тебе за что-то? Они бы знали, что им это сойдет с рук, потому что ты никогда не смотришь дальше Сейморов.

Мэйси нахмурилась на меня.

— А почему ты думаешь, что это не Сейморы?

Я провела рукой по волосам, пытаясь собраться с мыслями.

— Это… все эти розыгрыши за последнюю неделю. Они не очень-то похожи на проделки Сейморов. Они были одновременно и креативными, и дилетантскими, и это заставило меня задуматься. Если бы кто-то хотел нас за что-то достать, или подставить Сейморов, все, что ему нужно было бы сделать, — это провернуть анонимную шутку и наблюдать за фейерверком.

Джулианна усмехнулась.

— Томас, ты слышишь это?

Он пожал плечами, все еще развалясь на ее бледно-розовом покрывале.

— Она не неправа. Ты и правда вечно твердишь «Сейморы, Сейморы». Если бы я не знал лучше, я бы подумал, что они тебе нравятся.

— Как ты смеешь, — ледяным тоном прошипела Джулианна.

— Так, ладно. Не нужно враждовать, — сказал Ренар. — Но, кажется, внизу народ уже разошелся, а мне нужно убираться отсюда, пока я не услышал что-то, что потом не смогу отрицать. Развлекайтесь со своими заговорами и интригами. — Он помахал нам синей рукой и вышел за дверь.

Джулианна проводила его взглядом, затем вздохнула, звуча побежденно.

— Он прав, — сказала она. — Мы слишком торопимся. Нам следует отложить это и вернуться позже. Спасибо, что пришли.

Она отвернулась, ясно давая понять, что аудиенция окончена. Я пожала плечами, помахала остальным и последовала за Ренаром вниз по лестнице.

Остальные гости уже разошлись, и я слышала, как Натали холодно отчитывает дезинсектора. Интересно, знала ли она какие-нибудь другие способы общения с мужчинами? Судя по тому, как Джулианна вела себя с Томасом, я в этом сомневалась. Яблоко от яблони.

Когда я отъезжала, я взглянула на ее окно. Мэйси все еще стояла у окна и смотрела на меня. То, как она сфокусировала на мне свой взгляд, вызывало у меня беспокойство. Я сказала себе, что веду себя глупо, но не могла в этом до конца убедить себя.

ГЛАВА 37

Большую часть воскресенья я провела, возясь в саду. Руди ненадолго заглянул, и мы наверстали упущенное время, но надолго он остаться не смог. Однако в те минуты, пока он был здесь, мои нервы немного успокоились. И я была благодарна за это, потому что, как только он уехал, хаос смятения снова закружился в моей голове.

Чем дольше ты остаешься наедине со своими мыслями, тем больше они становятся, и тишина здорово поднимает громкость, с которой мой разум кричал на меня. Я могла бы встретиться с подругами, но мне было не по себе из-за них вплоть до самого отбоя. И тут Джулианна прислала мне сообщение.

«Ты была права. Подождем доказательств. Мстить не будем».

С облегчением я провалилась в сон, намереваясь проснуться пораньше и на следующий день пробежаться до школы. Когда на следующее утро я вышла из душа и увидела звонящий телефон, мое сердце не упало, как это обычно бывало при виде имени Джулианны на экране.

— Доброе утро! — ответила я, стараясь не звучать слишком уныло, но и не слишком бодро.

— Ты уже завтракала? — спросила она.

— Нет. А что?

— Посмотри в окно.

Я так и сделала. Во дворе во всей своей розовой красе стоял кабриолет Джулианны, а в нем — все три подруги. Мэйси на переднем пассажирском сиденье подняла и потрясла белый бумажный пакет от пончиков. Джоан показала мне лоток с кофе. По моему лицу расплылась широкая улыбка. Им каким-то образом удалось решить проблему с синей краской, и они снова выглядели как обычно. А может, это были лишь мои пустые надежды.

— Сейчас спущусь! — сказала я Джулианне, быстро привела себя в порядок, схватила рюкзак и сбежала вниз, перепрыгивая через ступеньку.

Я не могла вспомнить, когда мы в последний раз все вместе ехали в школу на одной машине. Честно говоря, нам стоило делать это чаще — мы жили так близко друг от друга, что было просто глупо жечь топливо на четырех автомобилях каждый день, — но никто из нас об этом не задумывался. Это был не столько совместная поездка, сколько повод потусоваться и позавтракать вместе до первого звонка. Я сочла это милым. Более того, я подумала, что моя трезвая голова наконец-то возымела правильный эффект на войну между нами и Сейморами. Это был прогресс, а прогресс — это всё.

Было так легко снова влиться в свою роль. Я смеялась над шутками Джулианны, игнорируя язвительные подтексты. Слушала сплетни Джоан, игнорируя явные преувеличения. Соглашалась с комплиментами Мэйси в адрес ее же нарядов и добавляла еще. Я пила сладкий карамельный напиток, который было не отличить от десерта, ела пончик с кленовым беконом и чувствовала себя ценной. Это было опьяняюще. Умиротворяюще. И после тревоги, пожиравшей меня все выходные, это было именно то, что мне нужно.

Всего через несколько минут Джулианна уже заворачивала на школьную парковку. Смех все еще витал в воздухе, болтовня не утихала. Мир внутри машины был таким всепоглощающим, что только выйдя из машины и перекинув рюкзаки через плечо, я заметила толпу, собравшуюся вокруг машины Сейморов. Я бросила на нее любопытный взгляд, но осталась с девчонками, которые, казалось, не обратили внимания на переполох.

Джулианна припарковалась подальше, так что нам в любом случае предстояло пройти мимо толпы. Я шла с краю, на своем обычном месте, ближе всего к собравшимся, — пока Крис не увидел меня и не встал у меня на пути, преградив дорогу.

— Ты хоть представляешь, сколько чертового времени Руди пришлось вкалывать за эту тачку? — прошипел он сквозь зубы. Его глаза пылали яростью. Я заморгала, не понимая.

Толпа обернулась на меня, а затем медленно, очень медленно расступилась, чтобы я увидела самую переднюю часть машины Руди.

— Да, иди посмотри, стерва. Полюбуйся на свою отвратительную работу, — голос Криса дрогнул, отчего он звучал моложе своих лет. Я отстранила его и протиснулась сквозь толпу.

— Блин, Кеннеди. Это жестоко, — сказал кто-то, когда я проходила мимо.

— Не надо было вымещать на тачке, — взныл кто-то другой. Они ныли на меня, будто это я что-то сделала.

Когда я пробилась вперед, у меня чуть не остановилось сердце. Капот темно-синего «Мустанга» Руди был абсолютно уничтожен. Перекрывающиеся круги размером с колбасную нарезку скрывали слова «С любовью, Кеннеди» на капоте, содрав краску до голого металла. Я даже не могла представить, во сколько обойдется починка.