Должно быть, это судьба (ЛП) - Хара Кай

— Я думаю, он живет исключительно для того, чтобы найти способы вызвать улыбку на твоем лице.

— Он очень хорош в этом, — признает она, и на ее губах расцветает улыбка, которую ее муж так любит вызывать.

Я смотрю в сторону, где стоят парни, и вижу, как Феникс горячо смотрит на свою жену. Она еще не заметила этого, слишком занятая рассказом о том, что они не торопятся с усыновлением и «поймут», когда появится подходящий ребенок. Феникс следит за каждым движением ее губ, пока она говорит. Он находится слишком далеко, чтобы слышать ее слова или даже читать по губам, но все равно смотрит на нее, не отрывая взгляда. Роуг, Тристан и Рис оживленно разговаривают вокруг него, но он не обращает на них внимания.

Когда он замечает, что я смотрю на него, он кивает мне подбородком, прося привлечь внимание его жены. 

— Эм, Сикстайн, — говорю я, прочищая горло. Интенсивность его взгляда на нее заставляет меня покраснеть от вторичного контакта.

— Да?

— Я думаю, Феникс готов к шестому раунду.

— Что? — Она поднимает голову и оглядывается, пока ее взгляд не встречается с его. Он медленно наклоняет голову в сторону, его лицо принимает спокойное выражение, но глаза горят властным желанием. 

— Да, он определенно готов к шестому раунду.

Краска постепенно поднимается по ее шее.

— О.

— Иди, пока он не устроил сцену. Поговорим позже, — добавляю я со смехом.

— Пока, — отвечает она рассеянно, и ее ноги уже несут ее через комнату к нему. 

Феникс не позволяет ей делать всю работу — он оставляет троих и встречает ее на полпути. Он берет ее руку в свою и тянет за собой, несомненно, чтобы найти ближайшую комнату с запирающейся дверью. Это пятизвездочный отель, поэтому здесь в избытке именно кроватей, но что-то подсказывает мне, что Феникс не будет терпеливо ждать, пока его зарегистрируют в номер, прежде чем он займется Сикс.

— Я рад, что твоя подругу наконец ушла, — раздается голос позади меня.

Я поворачиваюсь и вижу перед собой привлекательного мужчину со светлыми волосами и голубыми глазами, худощавого телосложения, одетого в дорогой смокинг. Он улыбается мне очаровательной улыбкой.

— Я всю ночь ждал возможности побыть с тобой наедине. — Его глаза лениво скользят по моему телу и возвращаются обратно. Он одобрительно хмыкает. — Очень красивое платье.

На мне дизайнерское платье цвета жженого апельсина с украшенным лифом. Верх в стиле пеплум увенчан вырезом в форме сердца. Он сужается в талии и расширяется на бедрах, а затем переходит в прямую юбку до пола. С моими черными как смоль волосами, зачесанными назад и уложенными в блестящую гриву по спине, я знаю, что выгляжу элегантно и красиво.

— Спасибо, — говорю я, и, поскольку я не в настроении продолжать этот разговор дольше, чем это абсолютно необходимо, добавляю с явным отсутствием такта: — Мой муж сорвет его с меня позже сегодня вечером. Готова поспорить, что он сделает это зубами.

Мне доставляет настоящее удовольствие наблюдать, как мужчина давится глотком шампанского. Он опускает бокал от губ, кашляет и вытирает рот тыльной стороной ладони.

— Ну, это, безусловно, один из способов сказать мне, что ты не заинтересована.

— Хочешь услышать еще один? — спрашивает темный голос за моей спиной.

Грудь прижимается ко мне сзади и самым легким прикосновением зажигает огонь внизу живота. Тепло его тела обволакивает мое и заставляет мое сердце сильно сжиматься в ответ на его присутствие. Я не удивлена; Тристан никогда не отходит от меня на таких мероприятиях, как бы то ни выглядело. Он скрывается поблизости, даже когда мы разлучены, всегда готовый вмешаться, если понадобится.

И, очевидно, сейчас он чувствует, что это необходимо.

Мой пульс учащается, когда я чувствую его доминирующее прикосновение руки к моей талии. Волна возбуждения прокатывается по моей коже, заставляя мои соски напрячься и вызывая острую боль в моей киске. 

Он прижимает меня к себе, как свою территорию, и я не могу сдержать тихого стона, чувствуя его рядом с собой, чувствуя, как он захватывает мои чувства.

Подобно мне, Тристан тихонько издает звук чистого мужского удовлетворения, когда я наклоняюсь еще ближе и нежно кладу свою руку на его левую руку, лежащую на моей талии.

Глаза мужчины снова опускаются, на этот раз замечая большой бриллиантовый кольцо, теперь видимое на моем четвертом пальце. 

— Прошу прощения, — он склоняет голову в примирительном жесте, его тон дружелюбен. — Я не знал, что она занята.

— Моя жена очень занята, — отвечает Тристан, не без язвительности. — Теперь вы знаете, так что уходите.

Мужчина поднимает руки в знак капитуляции и отступает, в конце концов исчезая в толпе. 

Тристан дожидается, пока тот уйдет, и только тогда поворачивает меня в своих объятиях. Его руки находят мою попку способом, совершенно неподобающим для вежливого общества, но он и так никогда не заботился о правилах приличия.

— Хорошая девочка. — Он массирует мою кожу, наслаждаясь тем, как я вздрагиваю от боли. — Ты такая хорошая девочка, — одобрительно мурлычет он. 

Низкий тон его голоса вызывает дрожь по всему моему телу.

— Почему?

— Ты так креативно послала его на хрен.

Он ухмыляется, и эта высокомерная улыбка говорит мне, что позже он не будет торопиться со мной, затем отпускает мою попку и отступает назад. Он протягивает мне руку, улыбаясь так, что выглядит чертовски красивым.

— Можно пригласить тебя на танец?

— Всегда. — Я кладу ладонь в его руку, и он тянет меня к центру танцпола. Его руки обнимают мою талию, а мои — его шею, и мы кружимся по залу, глядя друг другу в глаза.

— В одном он был прав. — Волчьи глаза Тристана медленно скользят с моего лица по моему телу, прежде чем вернуться к моим глазам. — Это прекрасное платье. Могу я потом его с тебя сорвать?

Я прижимаюсь к нему, пока каждый сантиметр моего тела не сливается с его.

— Я надела его для тебя.

Он резко шлепает меня по попе посреди танцпола.

— Веди себя прилично, — приказывает он. — Мы должны остаться, пока не закончатся речи.

Я смотрю на него из-под ресниц.

— Да, шеф.

Он стонет, вращается, а затем наклоняет меня, вызывая у меня вздох.

— Знаешь, о чем это мне напоминает?

— О чем?

Он поднимает меня и вращает. Когда я снова оказываюсь в его объятиях, он говорит:

— Платье, которое ты надевала на торжественное открытие библиотеки Макли много лет назад.

Я открываю рот от удивления.

— Как ты это до сих пор помнишь?

— Это был незабываемый вечер, — отвечает он. — Платье. Лес. Погоня. — В мгновение его глаза становятся дымчатыми от возбуждения. — Момент, когда я поймал тебя.

Температура в комнате, кажется, поднимается на десять невыносимых градусов.

— Веди себя прилично, — шепчу я.

— Это невозможно, когда ты в моих объятиях, в этом платье, а в моей голове в режиме повтора крутится фильм о той ночи.

Звук остановившейся музыки и звон металла о стекло спасают меня от необходимости отвечать или искать кладовую, куда ушли Феникс и Сикстайн, чтобы мы могли занять их место.

Охлаждая лицо рукой, я поворачиваюсь в объятиях Тристана и смотрю на импровизированную сцену в дальнем конце бального зала. 

Роуг держит микрофон в одной руке и бокал шампанского в другой, пока в комнате постепенно наступает тишина. Беллами стоит рядом с ним, улыбаясь толпе. Ее глаза ищут мои и сверкают, когда находят их.

— Мы что-то пропустили? — спрашивает Сикс, появляясь рядом со мной с волосами, явно более растрепанными, чем в последний раз, когда я ее видела. Феникс стоит с другой стороны, властно обнимая ее за талию.

— Нет, — отвечаю я, смачивая большой палец и проводя им под ее глазом, чтобы стереть следы туши.

— Спасибо, — говорит она со смехом.

— Прости, — говорит Тайер, задыхаясь. — Айви хотела, чтобы я... Сикс, что с тобой случилось? — Ее взгляд переходит с помятого вида нашей подруги на гордо ухмыляющегося мужа, стоящего рядом с ней, и она складывает два и два. — Неважно. Шесть раз? — спрашивает она, поднимая столько пальцев.