Вера. Надежда. Любовь - Буренина Кира

Два последующих дня Вера разрывалась между работой, звонками тети Нади и культурными мероприятиями. Соня с удовольствием побывала в цирке, власть нарыдалась в Ленкоме на спектакле "Сорри". Женя тоже требовал к себе внимания, он стал чаще звонить, подолгу разговаривать с Верой. Приближалась пятница - званый вечер, на котором Вера хотела представить Соню своим приятелям. Тетя Надя без конца уточняла список приглашенных, что-то советовала, обещала испечь пирогов и передать их вместе с Соней - короче, проявляла бурное участие. Веру уже утомила эта суета, но она старалась не подавать вида. Она внимательно слушала советы тетки, нежно и терпеливо разговаривала с Женей, развлекала различными историями Соню. Напряженные дни помогали Вере забыть Олега, а другого она не желала.

Соня освоилась в запутанной системе московского метро и через день появилась в квартире Жени, чтобы сделать ему назначенный укол. Женя чувствовал себя неловко. Чтобы избавиться от этого чувства, он с преувеличенным интересом расспрашивал ее о Бердянске, о ее жизни, увлечениях. Соня перестала стесняться и охотно поведала Жене обо всех своих злоключениях. Возвращаясь назад, она улыбалась. Подобно локатору, направленному на любой радиосигнал, сердце Сони было чутко к любому проявлению симпатии и интереса. Поймав этот сигнал от Жени, Соня ошибочно растолковала его, но она не догадывалась об этом. Она влюбилась в жениха своей троюродной сестры.

Теперь Олег, когда слышал интересную новость, часто ловил себя на мысли о том, что ее непременно следует рассказать Вере, а потом спохватывался - Веры больше нет. Вместо нее осталась зияющая пустота, заполнить которую Светлана не сумела. Каждый вечер Олег садился в своей комнате за стол, доставал пестрый зонтик и глядел невидящими глазами в пустоту. Зонтик еще хранил запах духов "Паломы Пикассо", и именно этот запах тревожил и расстраивал Олега. Он знал, что поступил честно, по совести, чувство долга продиктовало ему правильное решение. Но сердце никак не могло смириться с этим, Олег ничего не мог с собой поделать - он тосковал по Вере и страстно желал ее.

Гости стали собираться около семи часов. Угощение было простым, Вера не стала собирать всех за одним столом, а устроила небольшой фуршет. Все должны чувствовать себя свободно - сами выбирать себе закуску, смешивать коктейли или пить вино. Замысел удался - четверо мужчин и четыре дамы, включая хозяйку, сразу повели себя непринужденно и весело. Соня сначала немного стеснялась, поэтому Женя взял над ней шефство - приносил тарелку с деликатесами, просил попровать тот или иной коктейль. Гости ненавязчиво спрашивали Соню о родном городе, о впечатлениях о Москве. Это были действительно приятные молодые люди - сотрудники отделов экспортных поставок различных предприятий, работники внешнеторговых фирм.

- А теперь - танцы ! - громко объявила хозяйка. Она знала, что в этой области Соня чувствует себя как рыба в воде. Прозвучали первые такты танго - Максим Бородин подошел к Соне и склонил перед ней голову: "Разрешите пригласить?" Соня встала, поправила юбку и приняла руку Максима. Едва она сделала первые скользящие шаги, глаза присутствующих моментально обратились на нее. Соня двигалась легко, изящно и элегантно. Максим не был замечательным танцором, но он хорошо держал ритм, и Соня в его руках казалась живым воплощением танца. Когда музыка окончилась, все зааплодировали. Раскрасневшаяся Соня застенчиво принимала комплименты. С этого момента она уже не сидела на месте. Недостатка в кавалерах не было. Разыгралась нешуточная борьба за право танцевать с ней. Вера была довольна. По крайней мере Соня не скучает. Приглядевшись, она обратила внимание, что Максим озабоченно следит за каждым движением Сони, чему-то улыбается и даже говорит что-то вслух сам себе. "Вот и приятный, романтичный кавалер для нашей Сони", обрадовалась Вера. "Как тетя Надя будет рада!" Женя танцевал только с Верой. Когда же внезапно раздались звуки испанского танца, Соня вскочила с дивана, на котором сидела рядом с Максимом и подбежала к Жене.

- Женя, я тебя приглашаю!

Женя удивился, но послушно поднялся со своего места.

- Ты знаешь, Соня, - смущенно проговорил он, - я такие танцы и танцевать не умею

- Это легко, - заверила его Соня, - и приподнявшись на носочки, изогнулась в грациозной испанской позе. Не хватало только пышной развевающейся юбки и кастаньет. Она порхала вокруг Жени, как легкокрылый эльф, а он неловко топтался посередине комнаты, стараясь соотвествовать образу испанского кабальеро. Вера посмотрела на Максима - подавшись вперед, он наблюдал за Соней горящим взглядом. "Готов", сказала себе Вера, "пошел на дно и не барахтается!"

Когда Женя, отдуваясь, плюхнулся на стул, Вера поднесла ему стакан минеральной воды.

- Ты в порядке, - озабоченно спросила она

- Не волнуйся, - он задержал ее руку в своей и нежно поцеловал, - я же не столетний старик, со мной все отлично.

- А теперь, - объявил Сергей Тарасов, - молодой коммерческий директор одной развивающейся фирмы, - мы попросим нашего Женю спеть.

- Ребята, только не напрягайте Женю, он после больницы, ему нельзя много петь, - предупредила Вера

Все зашумели, уверяя, что и одна песня в исполнении господина Сорвина будет бальзамом для израненных душ присутствующих. О большем они и не смеют просить. Вера рассмеялась. Она словно сбросила тяжкий груз, ей хотелось смеяться, танцевать и шутить.

Женя взял гитару.

- Что же спеть? - задумчиво проговорил он, трогая струны гитары.

Взяв несколько аккордов, Евгений объявил: романс "Две розы"

Вера впервые слышала этот романс в исполнении Жени. Когда он успел разучить его? Соня, трепеща, слушала Женю. "Одна из них белая-белая, как будто попытка несмелая; другая алая-алая, как будто любовь небывалая.", в легким надрывом пел Женя. Соне казалось, что Сорвин поет о ней и о Вере. Две прекрасных розы в синем бокале, совершенно разные, но такие прекрасные, что трудно сделать выбор. Женя закончил петь, гости бурно выразили свое восхищение, потянулсь к Жене с бокалами с предложением чокнуться за прекрасное искусство.

- А у нас появилась еще одна певунья, - лукаво улыбнулся Женя

- Да, и поет она преотлично, - подхватила Вера.

Соня заалела, как мак.

- Она еще и поет? Вера, нельзя прятать такой талант от друзей! Просим, просим, - закричали все

Соня откашлялась, пошепталась о чем-то с Женей и запела. От песни повеяло сладостью южных ветров, запахом цветущих садов, раздольем степей. Все притихли, загрустили. Соня, блестя глазами, задорно крикнула:

- А ну-ка, давайте вместе споем.

"Ты же мине пидманула" - хит многих поколений. Не беда, что гости знали только припев. Зато получилось весело. Расходились все в прекрасном настроении.Вера заметила, как на кухне Максим что-то горячо говорил Соне, а она смущенно отвечала ему. Потом он подошел к Вере и потребовал телефон тети Нади. Вера продиктовала ему цифры. "Смотри, не обижай мою родственницу", с шутливой угрозой проговорила она. Ответом был возмущенный взгляд, и Максим отправился к Соне назначать свидание. Последним ушел Женя. Он настоял, чтобы Вера проводила его до лифта. Там он прижал ее к себе и поцеловал Веру. И в этот раз поцелуй Жени показался ей хозяйским и требовательным. "Наверное, я просто устала", объяснила она себе это странное ощущение.

В комнате уже все было убрано, вещи и мебель стояли на своих местах. Соня сумела быстро и ловко убрать посуду, прибраться на кухне. Пока она была в душе, Вера постелила ей в гостиной. Через полчаса сестры в халатах вновь встретились на кухнях. Обеим захотелось пить. Когда янтарная жидкость была разлита по чашкам, Соня задумчиво попросила Веру рассказать о Жене.

- О Жене?

- Да. Он такой необыкновенный. Так хорошо поет. Ты счастливая, Вера. За таким мужем, как за каменной стеной. Как вы познакомились?