Не дай мне уйти - Рей Келси

К черту его.

– И это плохо? – парирую я. – Что я целуюсь как невинная маленькая девочка?

Он пожимает плечом:

– Да нет. Хотя это немного все усложняет.

– Что именно?

– Секс, – поясняет он с дьявольской ухмылкой. – Смотреть, как невинная малышка неуклюже пытается разобраться, что к чему, – нравится не всем.

Он это всерьез?

Он собирается притвориться, будто его это не задело?

Будто ему не понравился наш поцелуй?

Не поймите неправильно – я не думаю, что я какая-то богиня поцелуев, но нет такого, чтобы одному было так хорошо, а другому – никак.

Чушь.

Сухо усмехнувшись, я решаю проверить его. Скользнув рукой вниз по его телу, я задеваю то, о чем и так знала – реакцию, которую он пытается скрыть.

– Забавно. Если бы я не знала тебя так хорошо, то подумала бы, что тебе понравилось. У тебя слабость к невинным девочкам, Тедди?

– А ты – невинная девочка, Блэйк? – парирует он.

– Не твое дело.

– Когда твоя рука у меня в штанах – это уже мое дело. Я прикусываю губу, едва сдерживая улыбку, глядя на то, как раздраженно выглядит парень в свете ванной.

Сексуальный. Заведенный. Будто я наконец проникла под его кожу так же глубоко, как он под мою.

– Ты прав, – шепчу я. – Я девственница. Невинная.

Маленькая. Девственница.

Я снова сжимаю его член сквозь джинсы.

Не знаю, то ли это алкоголь говорит за меня, то ли годы накопленного напряжения, но я не собираюсь останавливаться. Не сейчас, когда я наконец попробовала, чего так хотела.

– Вопрос в другом… Что ты собираешься с этим делать? Я не должна провоцировать его. Не сейчас, когда он вот-вот сорвется. Но я не могу остановиться.

Мы всегда были такими. Толкали друг друга. Соревновались. Разоблачали, когда кто-то вел себя как идиот. И если он думает, что может просто так соврать мне в лицо, будто ему не понравился этот поцелуй, – он сошел с ума. И я не постесняюсь ткнуть его в это носом.

Тео резко хватает меня за запястье и отдергивает руку от своей ширинки, выкручивая ее за спину, прижимая меня к себе.

– Если бы ты была такой невинной, не трогала бы меня вот так.

– Значит, теперь я уже не такая невинная девочка? – спрашиваю я, склонив голову набок. – Определись уже, Тедди.

– И ты не забывай, что я – лучший друг твоего брата. Если бы он знал, где только что была твоя рука, он бы нас убил.

– Но ведь это был бы достойный конец, не так ли? – усмехаюсь я.

Его ноздри раздуваются, и он снова смотрит на мои губы. Опять.

У меня все сжимается внутри, но я не двигаюсь. Жду.

Свали все на алкоголь. На пустой коридор, отделяющий нас от всего остального мира.

Или на это чертово платье, что так облегает мои бедра.

Неважно, на что именно. Я не собираюсь это останавливать.

Я только что поцеловала Тео Тейлора. Почувствовала его возбуждение на своей ладони, пока он не отдернул мою руку. Я все еще ощущаю, как его грудь касается моих чувствительных сосков, когда он тяжело дышит.

И это… затягивает. Поглощает.

Он отступает.

– Ты становишься невыносимой, когда пьяна.

Я моргаю, как будто меня ударили.

– Что?

– Тебе бы поспать.

– Кто сказал, что я еще пьяна? Может, подшофе. Но пьяна? – я фыркаю. – Преувеличиваешь, Тедди.

Он не отвечает. Просто берет меня за руку и ведет в сторону выхода.

– Пошли. Ляжешь на мою кровать.

– А ты где будешь спать?

– На диване.

– Или можешь спать со мной, – предлагаю я.

– Я не собираюсь с тобой спать, Блэйк.

– А кто сказал, что я этого хочу? – резко парирую я, пряча обиду под раздражением и вырываясь. – Я сказала – спать. А не то, о чем ты подумал. Это разные вещи.

– Я не сплю с девушками.

– Особенно с невинными, да? Дай угадаю, ты даже не целуешь таких.

Он стиснул зубы и развернулся.

– Я хотел доказать кое-что.

– Что именно? – смеюсь я, но в этом смехе нет веселья. Я зла. И слишком возбуждена, чтобы наслаждаться нашей игрой. Честно? Я хочу врезать ему.

– Я о том, что такая девушка, как ты, не должна быть с таким парнем, как я. Или с любым другим, кого ты встретишь на таких вечеринках. Тебе не стоит приходить сюда снова.

– Почему? Чтобы ты спокойно развлекался и не нянчил меня?

– Именно.

– Отлично, – я прохожу мимо него к входной двери, не в силах больше находиться с ним рядом.

Наверняка где-то поблизости есть такси. Сейчас пятница, и мы в студенческом городке. Если нет – позвоню Кольту.

Или просто пойду пешком.

Может, прохладный воздух наконец остудит меня. Честно? Не знаю. Но мне нужно выбраться отсюда.

Я ненавижу эти американские горки. Такое ощущение, что я катаюсь на них с Тео с тех пор, как мне исполнилось пятнадцать и он впервые увидел меня в платье на день рождения. В настоящем платье.

Первом с тех пор, как я в детстве решила, что одежда из мужского отдела гораздо веселее всего розового и кружевного.

Но это дурацкое платье все изменило, и с тех пор – до сегодняшнего вечера – я больше ни разу его не надевала.

В тот день он посмотрел на меня по-другому. Будто лопнул мыльный пузырь «своя в доску», в котором я пряталась много лет.

А ведь я думала, что именно этого и хотела.

Может, не совсем… но хотя бы немного.

Увы, все получилось, наоборот. Вместо того, чтобы увидеть во мне девушку, он стал воспринимать меня как младшую сестру Кольта, а не как Блэйкли Торн – ту самую девчонку с соседней улицы. И каким бы образом я ни старалась избавиться от этого ярлыка – ничего не получалось.

Похоже, сегодняшний вечер – не исключение.

Я слышу его тяжелые шаги за собой в коридоре. Он хватает меня за плечо и разворачивает.

Парень молчит, но в этой тишине больше смысла, чем в любых словах. Во взгляде – раздражение и глухая решимость. Его стены теперь выше, чем когда-либо, и он смотрит на меня так, будто это я – проблема.

Та, кто испортила ему вечер.

Та, кто заставила его поцеловать меня.

Но на самом деле – это он первым наклонился. Он перешел черту.

Он. А не я.

– Чего ты хочешь, Тедди? – требовательно спрашиваю я, стараясь не обращать внимания на тепло его руки и на то, как его шершавые пальцы касаются внутренней стороны моего предплечья, вызывая мурашки по всей коже.

– Хочу, чтобы ты перестала называть меня Тедди и доволокла свою задницу на второй этаж, чтобы мы оба могли поспать.

– А я хочу, чтобы ты отвез меня домой, – огрызаюсь я. Он отпускает меня и с усталостью потирает переносицу.

– Я знал, что так и будет. Знал, что ты станешь занозой в заднице, если поступишь в Университет Лос-Анджелеса. Я, черт возьми, знал это.

Скрестив руки, я бросаю:

– Хочешь поговорить о занозах? Все, чего я хочу – нормальная студенческая жизнь, без того, чтобы ты вечно за мной следил. Потому что, угадай что? Это не твоя работа. Я имею право напиться. Я имею право потерять девственность и заниматься сексом с кем угодно. Даже с хоккеистами, между прочим. И это не твое дело, – я тыкаю пальцем ему в грудь. – Не. Твое. Дело. Понял?

– Отлично.

– Отлично.

Он смотрит на меня, плотно сжав челюсть.

– А теперь поднимай свою задницу наверх и ложись спать, пока я тебя сам туда не отнес.

Он серьезен. Я вижу это в его глазах. Чувствую в напряженном теле. Черт, это ощущается даже в воздухе – он стал тяжелым, липким, почти без кислорода, и у меня кружится голова.

Молча я разворачиваюсь и поднимаюсь по лестнице в его комнату.

Ни слова не говорю, когда забираюсь под одеяло.

Ни звука, когда его запах окутывает меня, щекоча обоняние и вызывая слюну во рту.

Я не говорю ни слова.

Потому что он не заслуживает этого.

Ни моего голоса. Ни моих мыслей. Ни моих чувств.

Сегодня он дал понять только одно – он не заслуживает ни одной части меня. Больше никогда.