Арабский кофе со сливками (СИ) - Романенко Евгения Павловна

Понаблюдав за Светой и её «мужем», он пришёл к выводу, что она не любит этого мужчину. Тот жаркий, почти откровенный взгляд, который она бросила на него, сказал без слов: «Я люблю тебя». Постепенно в нём зрел план, и даже то, что ему придётся задержаться в городе, теперь казалось удачным поворотом. Фархан слабо улыбнулся. Он непременно найдёт ответы на все вопросы.

— Ты?! — удивлённо выдохнул Али, увидев старшего брата на пороге своей квартиры.

— Я, — лаконично ответил Фархан и сдержанно улыбнулся. — Вижу, не ждал.

Его чёрные глаза оставались холодными и проницательными, в упор глядя на ошалевшего брата. Али был уже не совсем трезв и изо всех сил старался не выдать, насколько ему плохо.

— Я думал, ты уехал, — на удивление ровным голосом проговорил парень. — Почему ничего не сказал, что у тебя всё сорвалось?

— Али! — предостерегающе прошептал Фархан, а потом жёстко добавил, разделяя паузами каждое слово: — Запомни: ничего не сорвалось. Просто возникли трудности.

— Ладно, ладно, я понял, — примирительно пробормотал Али.

«Да что с ним такое? Стал каким-то нервным, почти бешеным», — мрачно подумал Али, сверля брата недовольным взглядом.

Цепкий взгляд Фархана выхватил в тёмной прихожей съёмной квартиры смутные фигуры, тонущие в сизых клубах сигаретного дыма. До него долетали обрывки модных саундтреков, разговоров и визгливого женского смеха.

— Что празднуем? — как можно спокойнее спросил Фархан, разглядывая расхристанного брата.

Али развязно улыбнулся и неожиданно твёрдым голосом ответил:

— Не твоё дело, братец. У меня праздник. Остальное тебя не касается.

— Али, не зарывайся, — предупреждающе проговорил Фархан.

— Что сразу «Али»?! — визгливо закричал парень, уже не обращая внимания на то, что они стоят на лестничной площадке. — Ты же меня ни во что не посвящаешь! Вот что вы задумали с отцом, а?

Брат сильно изменился за эти три года: стал крупнее, мощнее. Ещё в первый день, когда Фархан торопливо переодевался, Али мельком увидел его накачанную грудь и рельефный пресс — будто брат всю эту энергию сгонял в качалке.

— Не лезь не в своё дело!

— Ах, не моё?! — снова взорвался Али. — С каких пор семейные дела — не моё дело? Да ты хоть знаешь, что я тебя в прошлый раз спас от позора со Светланой?!

Агатовые глаза Фархана гневно блеснули. Он словно не узнавал младшего брата: где привычное уважение к старшим? И при чём тут Света? Интуиция тонко подсказала, что в этих словах есть какой-то скрытый смысл. Али проговорился.

Ярость медленно поднималась из глубины души, заволакивая сознание красным туманом. Мгновение — и Фархан метнулся к брату, мощно прижав его к стене подъезда.

Али наконец понял, что сболтнул лишнее, и мгновенно затих, пробормотав что-то невнятное.

— Порвёшь рубашку, — сдавленно прошептал Али, жестами умоляя отпустить его плечо. Шёлковая ткань с синим отливом предупреждающе треснула.

Фархан не обратил на это внимания. Легко, словно котёнка, он втащил брата за грудки в квартиру и захлопнул дверь.

— Отпусти-и-и… — взмолился Али, и его губы задрожали от страха. В полутьме прокуренной прихожей мерцали белки его глаз.

— Отвечай: от чего ты меня «спас»? — ровным, обманчиво спокойным голосом проговорил Фархан.

Али скорчил загадочную физиономию и с неожиданным вызовом бросил:

— Из-за твоей шлюшки Светы мы едва не лишились поддержки семьи Гульзар.

В тот же миг Фархан ощутимо стукнул Али о стену и прошипел ему на ухо:

— Ещё раз назовёшь Светку шлюхой — голову разобью. Усёк?

По ярости, полыхавшей в глазах старшего брата, Али понял, что лучше вообще не произносить ничего в адрес Светланы. Он попытался отцепить мощные руки от воротника дорогущей рубашки, но ткань не выдержала и жалобно треснула.

— Ты порвал мою… — заныл было Али.

Ещё один толчок перекрыл доступ воздуха, и парень захлопал губами, ловя ртом воздух.

— Перестань паясничать и отвечай, — прорычал Фархан, теряя терпение.

— Горло… — прохрипел Али, указывая пальцем на руку брата.

Фархан, не дурак, убрал ладонь. Воздух со свистом ворвался в лёгкие, и Али сделал несколько жадных вдохов.

— Хорошо, хорошо, — капитулировал он. — Я всё расскажу. Всё, что знаю.

— Я слушаю, — скрестив руки на груди, проговорил Фархан.

Али со вздохом покосился на мощную грудную клетку брата и обречённо выдохнул:

— В тот день, когда ты уезжал, приходила Света. Вы разминулись буквально на пять минут. Она тебя искала. Было видно, что плакала. Даже хотела поехать за тобой в аэропорт, но я сказал, что ты уже улетел и тебя не вернуть.

— Что она хотела? — обманчиво спокойно спросил Фархан. Он чувствовал, как в груди гулко колотится сердце, а мысли лихорадочно кружатся вокруг загадки, которую она словно загадала ему ещё вчера в кафе.

Он внутренне поморщился: нельзя так себя вести. Он будто мальчишка снова влюбился в эту светловолосую бестию. Думал, что за три года любовь выгорела, но ошибся: стоило увидеть её зелёные глаза — и всё вспыхнуло заново.

— Не знаю, — равнодушно пожал плечами Али. — Она не говорила. Но по её виду было понятно, что Света чем-то потрясена. С чего ты ей понадобился так срочно?

— Это я у тебя спрашиваю, — мрачно проговорил Фархан, пронзая брата долгим, сканирующим взглядом. — Дальше.

Али задрожал и пролепетал:

— Что дальше? Я всё сказал!

Вокруг этой изящной, тонконогой, как газель, девушки всегда крутились одни тайны, и Фархан был обязан их разгадать.

— Дальше, — повторил он, глядя на Али тяжёлым, непроницаемым взглядом.

— А потом… — продолжил Али. — Неожиданно она стала жить со своим женихом, и выяснилось, что беременна. Точно не знаю, но Аська — её подруга — знает про Светку лучше всех.

— Кто это? — заинтересовался Фархан, прищурив чёрные глаза. — Где её найти?

— Она здесь, — проговорил Али и кивнул на закрытые двери комнаты, откуда гремела музыка. — Там вся наша группа. Отмечаем конец сессии.

— Хорошо. Допустим, я тебе поверил, — отчеканил Фархан и ухмыльнулся, глядя на перепуганного брата. — Не трясись! — рявкнул он и хлопнул Али по плечу.

— И ты не будешь ругаться? — поморщившись от удара, пролепетал Али, мечтая только об одном — убраться с дороги этого бешеного брата.

— Конечно, буду, — с улыбкой, похожей на оскал, проговорил Фархан. — Ты мразь, лживая сволочь и подонок, но, думаю, ты и сам это знаешь.

«Он словно обезумел! Где мой спокойный, рассудительный брат? Аллах, куда он подевался? И главное — опять всё крутится вокруг Светы», — думал Али, привалившись к стене.

— Ну, я пойду, надо переодеться, — пискнул он, съёжившись.

— Без проблем, — Фархан отступил, давая ему дорогу. Али юркнул за дверь бывшей спальни брата, даже не представляя, каких масштабов злость и обиду носит в себе старший брат.

Фархан застыл посреди коридора, решая, что делать дальше. Надо найти Аську. Он помнил эту кудрявую шатенку с умными карими глазами: они с Светой были совсем не похожи, но он всегда чувствовал, что рядом с Асей его любимая в безопасности. Ася — верный друг, она никогда не предаст. Фархан был уверен: она в курсе их отношений и может стать бесценным источником информации — если подойти к этому правильно.

За его спиной хлопнула дверь, и Фархан обернулся. В очередной раз он удивился причудливой игре судьбы: в коридор вошла Ася собственной персоной.

Девушка, ничего не подозревая, неторопливо шла в ванную комнату, напевая под нос прилипчивый припев песни популярной арабской певицы:

— Хабиби, хабиби, азизи, азизи… [2]

«На ловца и зверь бежит!» — радостно подумал Фархан, потирая руки, и едва заметно улыбнулся.

— Интересно, что значат эти слова? — задумчиво пробормотала девушка и медленно подняла слегка затуманенный взгляд на Фархана.

Ася вдруг увидела огромную тёмную фигуру, нависшую над ней. Испуганно отпрянув назад, она тихо пискнула и попыталась сбежать от страшного мужчины, застывшего на её пути.