Старшая жена. Любовь после измены - Султан Лия

– До свидания, – улыбаюсь. – И спасибо за шоколадку.

Я поднимаюсь со скамейки, делаю несколько шагов, и в спину прилетает вопрос:

– Как вас зовут?

Я оборачиваюсь и ловлю его добродушную улыбку.

– Это тайна исповеди, святой отец, – шучу я.

Мужчина слегка смеется и, опустив взгляд на землю, качает головой.

– Да, вы правы. Я же сам это предложил, – поднимает взгляд. – Тогда вы будете для меня прекрасной незнакомкой.

– Годится. А вы тогда мистер Икс, – говорю с улыбкой. – Хорошего дня.

Он молча кивает. Я разворачиваюсь и быстро иду домой. По дороге все-таки включаю дисплей и вижу больше двадцати пропущенных от мужа. В этот момент на экране появляется фото Софьи, и я принимаю вызов.

– Твой припадочный ищет тебя по всему городу. Думал, что я тебя прячу! – бодренько вещает подружка. – А ты вообще где?

– Гуляла.

– М-м-м, и как… нагулялась? – ухмыляется она.

– Вполне.

– Ну давай, сейчас тебе муженек устроит. Если что, звони. Будем вместе прятать тело. Диану брать не будем. Она расколется на первом же допросе.

– Софа, не шути так, – смеюсь я в голос и чувствую, как из глаз льются слезы. Как ей это удается? Каждый ее прикол бьет точно в цель. Она хотела меня подбодрить, и у нее это получилось. Представляю, как сейчас выгляжу со стороны – просто ржу, как лошадь. Но это сейчас то, что мне нужно.

– Софа, ты доведешь меня до инфаркта. Но я уже дошла, поэтому перезвоню.

– Давай. И не раскисай!

Вхожу в ворота и вижу, что водитель Рустама Улан уже на посту. Хмурится, проводя тряпкой по сверкающему черному «Мерседесу». У меня к нему много вопросов, но сейчас интересует главный.

– Улан, доброе утро! – подхожу к нему и здороваюсь.

– Доброе утро, Айлин Талгатовна! – приветствует он и откладывает тряпку.

– Как дела? Как дома? – Улан так давно у нас работает, что я хорошо знаю его жену и детей. Мы всегда поздравляем их с Новым годом, и я лично выбираю подарки для сына и дочки.

– Слава Всевышнему, всё хорошо, – кивает он. – Вас Рустам Мухтарович ищет. Что-то не в духе.

– Угу, не в духе, – глухо повторяю я. – Улан, скажите, как давно вы знаете?

Мужчина на секунду теряется. Ему неловко, он пытается спрятать глаза и занять чем-то руки. Берет с капота тряпку и сильно ее сжимает. Улан – простой работящий мужик, верный моему мужу. Но я вижу, как он жалеет меня в данный момент.

– Айлин Талгатовна, это моя работа.

– Я знаю, Улан. Я не злюсь. Я всё понимаю. Просто скажите, как давно.

– Давно, – признается он. – Почти три года.

– Вы ее куда-то возили?

– Да. Первое время. Потом Рустам Мухтарович купил ей машину.

– Какую?  – продолжаю я допрос.

– «Лексус». Из салона.

– У Айбека, что ли, покупал? – называю имя нашего общего друга.

– Да.

– Понятно, – кутаюсь в кардиган, хотя уже печет. Но мне почему-то холодно. – Улан, мне нужен адрес.

– Простите, Айлин Талгатовна. Я не могу. Если Рустам Мухтарович узнает, я потеряю работу.

– Он не узнает, поверьте мне.

Несколько секунд жду хоть каких-то действий Улана, но он только стоит и крутит в руках эту многострадальную тряпицу. И тогда я решаюсь на грязную игру. Знаю, что поступаю плохо, но это сильнее меня.

– Улан, а как Марьям? Как ее здоровье?

Водитель поднимает глаза и смотрит на меня ошарашенно. Мне плохо от того, что я превращаюсь в стерву, но я хочу получить ответы на вопросы. Поэтому ударяю по больному. Марьям – младшая дочь Улана. Прекрасный, милый ребенок восьми лет. Когда ей было шесть, у нее обнаружили лейкоз. Бесплатные лекарства, которые использовали в лечении, вызвали у нее аллергическую реакцию. Об этом я узнала от его жены, когда просто позвонила узнать, как у них дела. Улан не хотел никого грузить своими проблемами, а его супруга цеплялась за любую возможность, только бы спасти дочь.

О том, что девочке срочно нужны дорогие немецкие препараты, я рассказала Рустаму, и он через своих друзей за границей их достал. А потом мой муж полностью оплатил реабилитацию Марьям. При том что всё это можно сделать бесплатно, но когда у тебя есть деньги, то и отношение к тебе совершенно другое. К сожалению. Меня тогда восхитило благородство Рустама. Ради детей он всегда был готов на всё. Как и у любого человека, у него тоже есть светлые и темные стороны.

– Спасибо, Айлин Талгатовна, у Марьям всё хорошо. Вот скоро снова в санаторий поедет.

– Молодец. Передайте привет супруге, – по его глазам я понимаю, что он уже всё для себя решил. – А что насчет моей просьбы…

– Я вас понял. Я отправлю вам данные на телефон.

– Спасибо. Я вас не подведу, – обещаю я, прекрасно понимаю, что, если Рустам узнает об этом договоре, он уволит Улана.

Захожу в дом, снимаю на ходу кардиган и перекидываю его через локоть. Не дохожу до лестницы буквально двух шагов, как вдруг слышу голос мужа со стороны кухни:

– Где ты была? – чуть не рычит он.

– И тебе доброе утро, – поворачиваюсь и с вызовом смотрю на него.

– Я спросил, где ты была?

– Гуляла, – твердо отвечаю я.

– Одна?

– Нет, с любовником, – дразню я его.

Два широких шага, и он оказывается в миллиметре от меня. Больно сжимает запястье и смотрит в глаза.

– Не шути так, Айлин.

– Расслабься и отпусти меня. Есть разговор.

– Какой?

– Я хочу развод. Как можно быстрее.

Глава 6

Рустам

Последние 24 часа Айлин его бесила, выводила из себя, заставляла ревновать и пробуждала в нем давно забытые ощущения. Он не помнил, когда так хотел собственную жену, с которой прожил 17 лет. За это время они так хорошо друг друга узнали, что уже не могли ничем удивить. Страсть растворилась, любовь преобразовалась в дружбу, а трагедия отдалила.

То, что в благородном семействе не всё гладко, никто не хотел признавать, потому что всех всё устраивало. Несколько лет назад Айлин потеряла ребенка на большом сроке. Ее депрессия растянулась на несколько месяцев, она винила во всём себя и боялась снова забеременеть. Когда Рустам сказал жене, что у них еще будут дети, она ответила, что им уже хватит.

Рустаму было искренне ее жаль, но в какой-то момент он поймал себя на мысли, что ее состояние раздражает. Хотелось встряхнуть супругу и сказать ей: «Посмотри, в кого ты превратилась? Где та 20-летняя девчонка, в которую я влюбился?»

Да, он помнил их первую встречу на каком-то приеме. Рустам как раз проходил мимо, когда услышал, как совсем еще девчонка бегло говорит по-испански ни с кем-нибудь, а с консулом Испании. Потом оказалось, что отцы Рустама и Айлин давно знают друг друга. 23-летний парень пригласил ее на танец, и Айлин восторженно расспрашивала его об Америке, откуда он только вернулся. Ее утонченная красота и пытливый ум сразили его наповал. А еще то, как беззаветно она его любила. Их отцы были только рады породниться, потому что у отца Рустама был большой бизнес, а у папы Айлин – связи там, где принимаются самые важные решения. Просто так удачно совпало.

Первые годы совместной жизни были прекрасными. Айлин родила дочерей, занималась их воспитанием и образованием. А еще сопровождала мужа на светских мероприятиях, где блистала не только красотой, но и знанием языков. В мире богатых и влиятельных она чувствовала себя как рыба в воде. Рустам пять лет жил в Америке и отвык от казахстанских реалий. Но Айлин выросла в этой среде и знала тонкости ведения дел по-казахски, потому что дома дедушка, бабушка и папа часто это обсуждали.

Рустам и Айлин были идеальной парой, пока их жизнь не перевернула трагедия. Айлин просто сломалась и морально, и физически. Жена то ходила к психологу, то уезжала в зарубежные санатории, то занималась девочками. Сильно похудела, перестала интересоваться чем-то, кроме уроков, репетиторов, и подолгу уходила в себя. Когда врач, наконец, разрешил возобновить половую жизнь, это чуть ли не привело к нервному срыву. Из-за выкидыша и последующего лечения гормональный фон нарушился, и у Айлин диагностировали сухость влагалища. Правда, сам Рустам об этом диагнозе не знал. Просто когда он захотел близости с женой, она оказалась совершенно не готова, несмотря на внешнее возбуждение. Внизу была Сахара, и казалось, будто он во второй раз лишает ее невинности. В самый ответственный момент она закричала от боли и убежала рыдать в ванную. Рустам разозлился и выместил всю злость на подушке. Позже они решили, что можно использовать лубрикант, но суррогат не приносил должных ощущений ни ей, ни ему. Врач успокоила Айлин, сказав, что даже после родов такое бывает, но скоро всё придет в норму.