Любовь и клевер - Таммен Анастасия

— Я надеюсь, что ирландский паб, музыка и океан и есть самое лучшее лекарство.

Музыка… Она произнесла это без подтекста, не оглядывая меня особенно пристально, ничего не ожидая. Она правда не знала, что я такой. Где она провела последние семь лет?

Оливия доела овсянку и выскребла до блеска плошку, после чего принялась за яичницу. Я вновь задумался об этом удивительном контрасте: она ела, как оголодавший человек, но носила кардиган от Burberry и серьги-гвоздики от Dior.

— Ты принцесса, которую строгий король держал взаперти в высокой башне под охраной огнедышащего дракона?

Оливия застыла с поднесенной к открытому рту вилкой, на которой был нанизан кусочек яичницы. Желтая капля шлепнулась на тарелку.

— Ты ешь овсянку по-ирландски без овсянки?

— Как день встретишь, так его и проведешь, — улыбнулся я. — Но серьезно, как так получилось, что ты не знаешь «Ocean Blue»?

Растерянный взгляд Оливии скользнул по бутылкам за моей спиной.

— Это какой-то коктейль, да? Если честно, для меня любой алкоголь — это в первую очередь средство для дезинфекции ран. — Немного помолчав, она добавила: — Слушай, с тех пор, как я поступила на медицинский в шестнадцать лет, времени тусоваться и ходить по барам у меня не было. Я сидела в своей комнате, зубрила учебники по анатомии или получала первый практический опыт в «скорой помощи». Я могу перечислить на латинском название всех двухсот шести костей в теле человека, и мне не стыдно.

Я мотнул головой, чтобы прийти в себя.

— Ты поступила в университет в шестнадцать лет? — глупо переспросил я.

— Я перепрыгнула через пару классов. — Оливия пожала плечами, будто это было сущим пустяком. — И второй курс в университете.

Она наверняка знала, что означает «трансцендентный» и без помощи словаря.

Я почувствовал себя невероятно тупым. Примитивным. Я был музыкантом, который в числе прочего написал песню с припевом «Когда ты крутишь своей задницей, мое лицо напоминает смайлик с глазами-звездочками». Стыдно признать, но это песня стала самой популярной на нашем втором альбоме. Мы с Крисом написали её на утро после отпадной вечеринки в клубе Дублина.

— Ты настоящий врач?

— Не знаю, как им быть понарошку, но да. Была… я имею в виду… Я хирург-гинеколог.

— Чтоб тебя! — выдохнул я, чувствуя одновременно восхищение и ужас.

Это восклицание почему-то рассмешило Оливию. Или дело было в моем идиотском выражении лица? Уверен, сейчас оно напоминало тот самый смайлик из песни.

Глава 7. Оливия