Ответишь (СИ) - Стужева Инна

Но…вдруг понимаю, что так, наоборот, все будет выглядеть, будто бы Волков до сих пор мне небезразличен. Раз сообщение о его любви к невесте так задевает.

Поэтому самым лучшим решением будет, наоборот, остаться. Показать делом, насколько мне безразлично все, о чем идет речь.

— Я за заказом, — бодро произношу, потому что Волков пока я провертывала в голове все эти мысли, уже успел заметить мой порыв сбежать.

По крайней мере, он успевает подняться, и…кажется перекрыл бы мне проход, ели бы я попыталась осуществить свой первоначальный план.

Но ловко вывертываюсь тем, что я совсем не за этим встала.

От моей инициативы Волков, кажется, не в восторге. Но сам виноват.

— Я принесу. Сиди, — говорит.

— Нет, я сама. Настаиваю. Или я прямо во всем обязана слушаться тебя? Тогда будем и дальше тут стоять и спорить. А я хочу есть.

Эффектно, по крайней мере стараюсь, чтобы это было так, выгибаю брови.

Артем ее пару секунд на меня смотрит, затем отступает. Я бодро спешу по направлению к стойке выдач заказов.

Подбородок повыше, широкая улыбка на губах.

Артем, как неотрывно наблюдаю боковым зрением, следит за моими движениями. Точно также пристально.

Ага.

Ну, пусть.

Специально толкусь у стоек немного дольше положенного. Ещё улыбаюсь какому-то проходящему мимо парню. Не слишком, чтобы не вызвать конфликта, но и не расстроена.

Я возвращаюсь, с улыбкой от уха до уха и сразу же делаю большой глоток капучино.

— Ничего кофе, — восклицаю якобы радостно.

Артем продолжает всматриваться. А ещё достает зажигалку и принимается крутить ее в пальцах.

Хмм, значит, не показалось, и он действительно курит теперь? Очко мне за наблюдательность.

— Хочешь попробовать? — спрашиваю и подвигаю к Артему стакан с трубочкой.

— Нет, спасибо.

— Как хочешь.

Жму плечами и с не меньшим рвением, чем за кофе, принимаюсь за пиццу.

Все, чтобы Артем не подумал, что я пребываю просто в бешенстве. В отчаянии. И в панике от его слов, что уж скрывать.

— Я отойду на минуту? — спрашивает он, ещё немного за мной понаблюдав.

Перестает вертеть зажигалку и теперь просто зажимает ее в кулаке.

— Конечно, — киваю, не переставая жевать.

Снова делано безразлично пожимаю плечами.

Артем поднимается и идет в противоположенную от выхода сторону. Там стеклянные двери и, как я понимаю, дополнительный выход на воздух. Что-то наподобие балкона.

Надо бы отвернуться, но без зрителей пицца становится безвкусной, а кофе просто обычным чуть горьковатым напитком. Я не могу отвести взгляда от стеклянных дверей.

Наблюдаю за тем, как Артем останавливается у перил, и правда, закуривает.

Затягивается. Один раз, но глубоко. А потом просто стоит, без движения, уставившись куда-то в точку.

Мне не сидится, конечно.

Сейчас же оставляю пиццу и кофе, сползаю со стула и смело шагаю на балкон к Артему.

В полумраке его черты кажутся резче и четче.

Какой же он всё-таки красивый, думаю я непроизвольно, пока Артем, наблюдает за моим приближением, выпуская из легких дым.

Подхожу поближе и останавливаюсь.

— Дай и мне, я тоже хочу, — нахально произношу и киваю на сигарету, прочь отгоняя видение, как его губы вдруг касаются моих.

Ни разу ещё не курила, да и не собиралась, если честно, но…что ещё делать.

— Я тебе соврал, — вдруг произносит Артем, вместо того, чтобы протянуть мне сигарету и прикурить, или хотя быть дать затянуться своей.

— Да?

Я в ступоре и не знаю пока, как реагировать.

То ли слушать, что он ещё скажет, то ли продолжить настаивать на сигарете.

Дерзить и укалывать его — это пожалуйста, но вот к разговорам о чем-то более значимом, я, кажется, не приспособлена.

Артем тем временем снова затягивается и снова выпускает дым.

— Я не люблю ее. И не любил никогда.

— Да?

Блин. Кажется, у меня заело пластинку.

— Слушай…Так получилось…Сейчас я не могу тебе многого предложить…По финансам…И вообще, но…

Тут Артем отбрасывает сигарету, шагает ко мне.

— Все, что я говорил при нашей последней встрече — это правда.

— Да?

Черт, надо уже сменить бы пластинку, но…меня будто бы заедает. Заклинивает.

Потому что…он много чего говорил.

Например, что любит меня.

Прямо при наших родителях так и заявил.

А ещё просил у моей мамы согласия нам официально встречаться, в котором она, конечно же, жестко ему отказала. После чего вообще заперла меня дома и отняла телефон.

Иначе и быть не могло.

Хотя я сто раз объясняла ей, что ничего не было, мы просто заснули в обнимку после просмотра фильма, только и всего.

С тех пор мы не виделись.

Теперь же…

Я в ступоре и не знаю, как реагировать на все, на что неожиданно намекает мне Артем.

Вначале он окунул меня в ледяную прорубь, а сейчас будто вытащил. Рывком. И теперь поджаривает на медленном огне.

Без предварительной обработки и приготовлений.

— Отлично, — всё-таки кое-как выдавливаю из себя. — Ты, Волков, случайно не страдаешь биполяркой? Вначале одно, потом сразу другое.

— Нет.

— Да? А мне вот не кажется так…

— Я хочу, чтобы ты была со мной, — перебивает.

Сглатывает. Его точеные острые скулы становятся ещё острее.

Смотрит, продолжая просверливать взглядом.

От этого всего внутри живота сейчас же закручивается вихрь. Там тяжелеет и будто бы даже загорается.

Зачем он это все говорит и смотрит так?

Хватает наглости.

Надеюсь, он не рассчитывает, что я отвечу ему сейчас согласием?

Глава 8

Он не рассчитывает же…

Артем тем временем приближается.

Ещё полшага и он практически нависает надо мной.

— Очень смешно, — бормочу, пытаясь разбавить серьёзность ситуации.

Потому что мне отчего-то кажется, он хочет меня поцеловать.

— Волков, не смей! — восклицаю.

Он улыбается. И снова лишь только уголками губ.

Ему не смешно, я вижу. Да и мне.

— Чего не сметь?

— Ничего! Если ты сейчас что-нибудь сделаешь, то я…я…

— Если бы хотел, уже бы сделал. Я помню, как ты любишь.

— А вот и нет!

По крайней мере, в наш первый поцелуй я прокусила ему губу. Она кровила потом. Надеюсь, это он помнит тоже.

Прищуриваюсь.

Хотя, дается это с трудом. Ведь голова снова кругом, а тело делается мягким и ватным под его давлением.

И в этот момент у меня звонит телефон.

Ни разу я ещё не была так рада неожиданному звонку.

Я отвлекаюсь, принимаюсь доставать, Волков немного отступает.

Дима.

Какая удача!

— Дим, привет, — провозглашаю.

Отступаю на шаг, Артема из поля зрения, конечно, все равно не выпускаю.

— Фима, как у тебя дела? — интересуется Дима.

Это его обычный дежурный вопрос.

— Спасибо, все хорошо, — преувеличенно бодро восклицаю.

Артем тем временем достает сигарету и снова закуривает.

Я чувствую себя дурой под его внимательным и кажущимся даже спокойным взглядом.

Он не суетится. Не пытается выхватить у меня телефон.

Предоставляет мне право спокойно общаться с Димой. Но…

От этой-то его дурацкой реакции как раз и не хочется общаться, а как будто бы, наоборот, хочется поскорее завершить разговор.

— Дим, я тебе попозже перезвоню. Сейчас не могу разговаривать. Хорошо? — скороговоркой выпаливаю, пока Артем медленно выпускает дым, просверливая на мне дыру.

Дима мне что-то отвечает, но я не вслушиваюсь и быстренько отключаю вызов.

Ладно, очко не в мою пользу, конечно, нормального разговора не получилось. И Волкова подразнить не удалось. Не стоило даже начинать.

— Я теперь с Димой, ясно? — зачем-то все же произношу. — У меня теперь парень есть.

Вторая часть фразы здесь явно лишняя, но я не могу молчать, слишком уж высок для меня градус напряжения.

И, прямо скажем, не только Волкова пытаюсь в этом убедить.