Чек-лист дерзкой девчонки - Веленская Вика

— Мы пойдем посмотрим площадку и вернемся, — вздохнула Алёна. — Не веселитесь особо без меня.

— Вы тоже без нас не веселитесь, — хихикнула Мила.

Марк, Алёна и Серёжа вернулись через полчаса. Я была одна в павильоне, читала книгу. Остальные еще купались.

— Ты уже всё? — стягивая свою длинную тунику, спросила Алёна.

Я подняла глаза и заметила, что Марк медленно осматривает ее с головы до ног. Он поймал мой взгляд, но не смутился, а шагнул к Алёне и поцеловал ее в макушку.

— Да, уже немного поплавала, — кивнула я.

— Крем от загара есть? — спросил Серёжа. — Я еще не был днем на солнце в этом году.

Алёна вытащила из шопера Вики тюбик.

— Спину намажешь мне, Ань? — Серёжа посмотрел на меня, и я замерла. Но всё же справилась с собой и кивнула.

Раньше он наверняка попросил бы Алёну, но теперь всё изменилось.

Алёна медленно втирала крем в плечи Марку, а Серёжа присел на мой лежак.

Я подумала о том, что не должна бояться до него дотрагиваться. Мне же осматривать пациентов. Может, даже уже через пару месяцев…

— Ну че ты там? В шоке от моей красоты и брутальности? — Серёжа посмотрел на меня через плечо. — Не бойся, я хоть и горячий парень, своих девчонок не обжигаю. Давай.

Я засмеялась и выдавила крем ему на спину. В конце концов, я знала его с детского садика…

— Что читаешь? — Серёжа посмотрел на мою книгу.

— «Над пропастью во ржи» Сэлинджера, — я быстро опустила ладонь между его лопаток и начала размазывать крем. — Читал?

— Нет, — он покачал головой. — Про что?

— Про сложность взросления, — сказала я и сразу подумала о том, что Серёжа, скорее всего, повзрослел еще год назад, когда у него погиб папа.

— О том, как розовые очки разбиваются о суровую реальность? — хмыкнул он.

— Да, — кивнула я, передавая ему тюбик, и взяла книгу в руки.

— Ну, может, у кого-то пройдет помягче? — Серёжа кивнул подбородком на Алёну, которая сидела на лежаке лицом к Марку и медленно гладила его грудь, распределяя по ней крем.

Мне стало не по себе.

— Может, я тебе тоже спину намажу и пойдем искупаемся? — предложил Серёжа. — Похоже, тут становится слишком горячо.

— Я слух не потеряла еще, — Алёна посмотрела на нас. — Мы тоже идем купаться, пожара не будет. По крайней мере, пока.

Серёжа выдавил крем на пальцы и вопросительно посмотрел на меня. И я подумала, почему бы не поплавать еще…

К двенадцати все вернулись в шатер, там нас ждали два подноса с фруктами. Мы опустили спинки лежаков и составили их вместе неровным кругом.

— Вот если бы вам нужно было придумать действие для своего «дерзкого» чек-листа… что бы это было? — откусывая яблоко, спросила у всех Мила.

— Что-нибудь, что поможет преодолеть себя… — задумчиво произнесла Алёна.

— Так сразу и не придумаешь, — ответила Марго.

— Может, какую-нибудь свою фобию, — сказал Андрей. — Как в «Триггере». Там психолог за один сеанс от них избавлял. Типа просто берешь и делаешь то, чего боишься.

— И освобождаешься… — добавила Мила. — Но только… что это должно быть?

— Не обязательно же что-то очень серьезное. У Ани будет несколько пунктов… — вздохнула Марго.

— Ну, если говорить про серьезное, — Алёна покрутила в пальцах виноградинку, — то мне нужно решить, что делать после школы… Задать себе все эти неудобные и дурацкие вопросы… Определиться до конца лета.

Марк аккуратно накрыл ее руку своей.

— А ты? — Алёна посмотрела на него. — Что бы ты добавил в свой чек-лист?

Он пожал плечами.

— Прыгнуть с парашютом? — предположила Алёна.

— Я уже прыгал.

— Прикольно, — хмыкнул Серёжа.

— Мне, я думаю, надо честно поговорить со Стёпой, — вздохнула Марго. — И сказать ему, что между нами ничего никогда не будет…

— А мне — спеть свои песни на публике… — тихо проговорила Мила.

— Ты пишешь песни? — удивленно спросила я.

— Тексты уже давно, да. С музыкой сложно… я же на скрипке училась. Ну и… мне не нравится. Кажется, что они плохие.

— Спой нам как-нибудь, и мы тебе честно скажем… — Вика с улыбкой посмотрела на нее.

— Я пока не готова… Надо поработать над словами…

— А я боюсь остаться здесь, — сказал Серёжа. — Загнуться в нашем поселке. Ничего не добиться.

— Я тоже, — тихо добавил Андрей. — И так уже в Москву не поступил… А Света вот поступила… Учусь на какой-то дурацкой заочке…

— Ну так переведись. — Марк посмотрел на него.

— Легко говорить, — вздохнул Андрей. — Ты даже не можешь сказать, чего боишься.

— Я уже преодолеваю то, чего боюсь, — серьезно произнес Марк, и мы все повернулись к нему.

Он молчал.

— Ты можешь не рассказывать, если не хочешь. — Алёна прижалась плечом к его плечу.

— Встречаться с тобой — это эйфория с постоянным привкусом тревоги, паранойи и ревности, — Марк взял с подноса яблоко и сжал в кулаке. — Так что страшно пипец. Но каждая секунда того стоит.

Мы с Викой украдкой переглянулись. Казалось, ему можно вообще ни о чем не переживать. Но, видимо, не всё так, как выглядит со стороны.

— Я рада, что ты это преодолеваешь, — Алёна отобрала у Марка яблоко и откусила. — С эйфорией только не борись, пожалуйста.

Он усмехнулся и поцеловал ее в плечо.

— А мне нужно смириться с тем, что тот, кто мне нравится, никогда не обратит на меня внимания, — проговорила Вика.

— Или сказать ему о том, что он тебе нравится, — покачала головой Алёна.

— Прямо взять и сказать? — Мила поморгала.

— А почему нет? — Алёна повернулась к ней. — То есть смириться и опустить руки лучше, чем получить отказ? Так хотя бы есть шанс… Разве нет?

— Он тебя знает, Вик? — спросил Серёжа. — Вы общаетесь?

— Ну… мы знакомы… — Она пожала плечами.

— Вообще, парни не сильно скрывают, когда им кто-то нравится, — сказал Серёжа. — Так что если он не проявляет абсолютно никакого интереса, вдруг огорошить его признанием в любви… ну такое себе…

— Может, он просто не смеет представить, что интересен Вике? — Алёна скрестила руки на груди. — Даже мы не знаем, кто этот парень. Она же ничего не показывает.

— Алёна, девушка либо нравится, либо нет, — возразил Марк.

— Парень тоже либо нравится, либо нет, — хмыкнула она. — Знаешь, кто мне очень сильно не нравился месяц назад?

— Думаю, тот, кому ты сказала, что никогда не будешь с ним встречаться, — ответил Марк.

— Вот-вот, — кивнула Алёна. — Так что я бы не была так категорична. Всё возможно. Но надо что-то делать. Зачем же сдаваться…

— Я не могу больше переживать, — грустно проговорила Вика, и я обняла ее.

— Вот что значит безалкогольная вечеринка, — вздохнул Андрей. — Время — час дня, мы в шикарном отеле и, вместо того чтобы веселиться, рассказываем друг другу свои страхи и секреты… Нормально так заморочились, блин…

— Ну… все поделились, — Мила хитро посмотрела на меня, — кроме Ани… А ведь мы для тебя старались.

— Я боюсь этого чек-листа, — выпалила я. — Боюсь стать видимой. Боюсь выйти из вашей тени… Боюсь делать то… что не умею.

— Все чего-то боятся, Аня, — сказала Марго. — Мы тоже живые люди. Со своими страхами и тараканами.

— Как там говорят? Бойся, но делай? — посмотрела на меня Алёна.

— Just do it^[1], — напомнил Марк слоган Nike.

— О нет, Анечка у нас предпочитает Adidas, — хитро улыбнулась Алёна. — А что говорит Adidas?

Я подняла на нее глаза и не смогла сдержать улыбку:

— Impossible is nothing^[2].

И девочки произнесли это хором со мной.

Глава пятая

Лёша

Почти всю среду мы с Петькой просидели дома. Испекли сосиски в тесте, сварили суп и картошку. Убрались в квартире. Посмотрели фильм.

Как бы мне ни хотелось послать подальше дядю Сашу с мамой, нужно было держать себя в руках, чтобы нормально провести лето с Петькой. Поэтому в девять вечера я спустился в магазин к бабе Люде и купил торт.