Она тут же закивала и кинулась ко мне с поцелуями, а я подхватил ее на полпути и прижался к самым чарующим и сладким губами на свете.
Где-то за кадром всхлипывала Вика. Хлопал в ладоши Саша. Жужжал над нами квадрокоптер, записывая для потомков то, как я все-таки сделал это — стал счастливым. Теперь осталось только Снежану не подвести и быть для нее таким, чтобы она ни одного дня в своей жизни не пожалела, что сказала мне «да».
А дальше мы громко праздновали. Взрывали в темные выси бутылки с шампанским, но не замечали, что наши женщины совсем не притрагиваются к выпивке. Да, так сдурели от любви, что окончательно и бесповоротно ослепли.
И только много позже, уже лежа в своей каюте на шелковых простынях, проглотив друг друга без остатка, мне наконец-то открыли веки. А затем и зашвырнули в рай.
— Владь, — потянула Нежа, вырисовывая ноготком мудреные вензеля на моей груди.
— М-м?
— А ты бы когда-нибудь хотел маленького?
— А ты? — встрепенулся я, удивленный, что она задает этот вопрос.
— Я первая спросила, — смущенно прошептала моя будущая жена, а я не стал скрывать того, о чем безумно мечтал.
— Блин, да я бы почку отдал за то, чтобы ты прямо сейчас носила под сердцем моего ребенка!
— А кого хочешь? Мальчика или девочку?
— И мальчика, и девочку, — улыбнулся я. — А ты?
— Тоже...
Минута в сладком киселе раздумий о возможном маленьком комочке счастья пролетела незаметно, а затем меня разорвали слова Снежаны.
— Не надо отдавать никакие почки, Влад.
Я понял смысл сказанного ею не сразу. А когда до меня наконец-то дошло, то я аж на кровати подскочил и неверующе уставился на свою женщину.
— Неж, пожалуйста, скажи, что ты не шутишь.
— Не шучу, — покачала она головой и смущенно улыбнулась, а через мгновение пискнула, потому что я кинулся к ней, как одержимый, целуя и тиская. Благодаря ее! И любя всем сердцем!
А спустя вечность мы услышали ликующий рев Вельцина, которого, очевидно, порвало от радости, сплющило и не отпускало.
— Вика! Серьезно? Ну нихрена ж себе! А-а-а...
— Что случилось? — всполошился я.
— Спокойно, — тут же осадила меня Нежка, — просто трусы выстрелили дважды. Причем сразу и в яблочко!
— Какие трусы? — нахмурился я.
— Те самые, священные и волшебные, Владь. И да, все-таки бабушка была права...
