Развод под новый год (СИ) - Ильская Юлия

Я не тороплюсь. Спокойно встаю, достаю телефон, включаю камеру и следую за ней.

В прихожей стоит Эля. Красивая, молодая, лет двадцати пяти. В руках коробка, которую я так хорошо знаю. Лицо красное, злое, глаза блестят от слез и туши, которая потекла.

Слава стоит рядом, держится за щеку. Красное пятно расползается по коже. Ну что, получил свою благодарность?

Эля замечает Ларису Петровну, потом меня. Смотрит на нас с недоумением.

— А это еще кто?! — спрашивает она, показывая на нас рукой.

Слава бледнеет еще сильнее.

— Это... это моя мать, — бормочет он. — И... жена.

Тишина. Эля смотрит на него, на меня, на свекровь. Рот открывается.

— Что?! — вопит она. — Ты пригласил меня сюда, чтобы я познакомилась с твоей женой и матерью?! Ты больной извращенец! Ты псих! Ты сказал, что любишь меня! Обещал уйти от жены! Забирай свое дерьмо!

Она швыряет коробку ему под ноги. Коробка открывается, на пол высыпается дешевое колье с синими стразами. Блестит под светом гирлянд как елочная игрушка.

Лариса Петровна смотрит на Славу, на девушку, на колье.

— Что здесь происходит?! — рявкает она.

Я включаю запись на телефоне, держу его так, чтобы попадали все. Это будет лучше любого новогоднего "Огонька".

— Лариса Петровна, — говорю я спокойно, даже улыбаюсь чуть, — это Эля. Любовница вашего сына. Они встречаются три месяца. Такой вот новогодний сюрприз для всей семьи.

Тишина. Слава бледнеет еще больше, если это вообще возможно. Открывает рот, но ничего не говорит.

— Слава снял для нее квартиру, — продолжаю я ровным голосом. — Водит ее в дорогие рестораны. Возит отдыхать. На Новый год купил ей золотое колье от Картье. А мне всегда говорил, что у нас финансовые проблемы. Что денег нет даже на мандарины к столу. Ему зарплату повысили в два раза, и премию новогоднюю дали, только до дома он ее не донес…

Лариса Петровна поворачивается к сыну. Лицо багровеет, как елочный шар.

— Это правда? — шипит она.

— Мам, я могу объяснить... — начинает Слава жалким голосом.

— Объяснить?! — Эля вмешивается, тыкает пальцем в сторону коробки на полу. — Он мне прислал дешевку! Обещал золото, а прислал пластмассу за тысячу рублей! Обманул меня! Какой Новый год, какое счастье?!

Я молчу. Пусть говорят.

— Золотое колье?! — взрывается Лариса Петровна. — Вячеслав! Ты мне полгода обещал холодильник купить! Говорил, денег нет! А сам на шлюх тратишь?!

— Мам, это не так... — Слава пытается оправдаться, но голос срывается. За окном залпом бахает салют. В тему.

— Еще и сюда позвал, чтобы поиздеваться! - снова вопит глупая девка.

Слава смотрит на нее с ужасом.

— Я тебя не приглашал! — говорит он отчаянно. — Ты сама пришла! Я не просил тебя приходить!

— Врешь! — она трясет телефоном. — Ты написал мне адрес! Сказал приходить в восемь!

Я делаю шаг вперед.

— Это я пригласила, — говорю спокойно, улыбаясь. — Я написала ей от твоего имени, Слава. Дала адрес. Попросила прийти. И подарочек этот тоже от меня. Решила устроить тебе новогодний сюрприз. Сюрприз удался, как думаешь?

Все замирают. Слава смотрит на меня широко открытыми глазами, как олень в свете фар.

— Ты... что?

— Я все знаю, Слава. Давно. И уже подала на развод. И скрины твоей переписки не забыла приложить, чтобы суд посчитал сколько ты на нее потратил. С наступающим, дорогой!

Достаю из кармана платья его телефон. Протягиваю ему.

— Держи.

Он берет телефон дрожащими руками. Лицо серое.

— Катя... я...

— Ничего не говори, — обрываю я. — Мне не интересно. По телевизору скоро куранты, а ты мне портишь настроение.

Лариса Петровна смотрит на сына с отвращением.

— Вячеслав, ты опозорил семью, — говорит она ледяным тоном. — Ты предал жену. Врал родителям. Тратил деньги на шлюх. С таким Новым годом нас поздравил!

— Мам, пожалуйста...

— Не смей! — кричит она. — Петр! Собирайся. Мы уходим. Не могу находиться рядом с этим... этим... позором семьи!

Она не договаривает. Разворачивается, идет в зал за мужем.

Эля стоит, смотрит на Славу, на меня, на коробку с дешевым колье на полу.

— Ты жалкий, — выплевывает она с презрением. — Тебя твоя жена столько времени за нос водила. Слабак. С Новым годом тебя, неудачник.

Разворачивается и уходит. Дверь хлопает.

Лариса Петровна и Петр Семенович выходят из зала в верхней одежде и демонстративно не глядя на нас уходят.

Дверь закрывается.

Слава стоит в прихожей. Смотрит на меня.

— Катя... — начинает он.

— Уходи, — говорю я тихо. — Прямо сейчас. Бери куртку и уходи. И захвати свое дешевое колье с пола, может, кому подаришь еще.

— Но...

— Уходи, — повторяю громче.

Его лицо меняется, в глазах злоба.

— Да и уйду, нужна ты мне, старая кошелка! Ты что же думаешь, Эля единственная?! Да я всю жизнь гулял от тебя, потому что ты только о детях и кредитах думаешь! И бабы у меня были в сто раз красивее тебя, и моложе! Ты что же думаешь мне идти некуда?! Да любая с распростертыми объятиями…

Еще один удар бьет под дых, получается я всю жизнь слепая и глухая была, жила в этой грязи и ничего не замечала. Получается, пока я как могла тянула семейный бюджет, чтобы детей поднять, дома чтобы уют и порядок был, он развлекался на стороне. Я еще больше вздергиваю подбородок, ну уж нет! Не увидит он моих слез!

Он стоит еще мгновение, ожидая реакции, потом открывает дверь и уходит.

Я стою в прихожей одна. По телевизору в зале начинается обратный отсчет до Нового года. Пять, четыре, три, два, один...

Бой курантов.

За окном салюты бабахают, гирлянды мигают разноцветными огнями, соседи сверху топают и кричат "Ура!".

Я иду в зал. Стол накрыт, салаты стоят нетронутые, бокалы пустые. Елка в углу мигает разноцветными лампочками, как будто подмигивает мне.

— С Новым годом, Катя, — говорю я сама себе. — С новым счастьем. Без придурка.

Заплакать что ли? Все таки семья рухнула. Но почему-то не плачется, не из-за чего.

Да. Все будет хорошо.

Беру вилку, накладываю себе оливье. Хрен с ним, что одна. Хрен с ним, что Новый год встретила в пустой квартире.

Зато теперь я свободна от вранья.

И это лучший новогодний подарок, который я могла себе сделать.

Телефон негромко звякает, и я машинально открываю сообщение.

Глава 14

Катя

Смотрю на экран. Островский.

"С Новым годом, Катя. Как встретила? Все в порядке?"

Улыбаюсь. Пишу ответ:

"С Новым годом, Максим. План удался. Все получилось даже лучше, чем я думала."

Ответ приходит через несколько секунд:

"Рад слышать. Расскажешь подробнее?"

"Да. Я сейчас одна.”

"Тогда выходи на улицу, я сейчас подъеду. Нельзя встречать Новый год в одиночестве. На центральной площади салют будет еще час."

Смотрю на сообщение. Выйти? Сейчас? В красном платье и на каблуках? На мороз?

Но сидеть одной в пустой квартире тоже скучно.

"Хорошо.”

Встаю из-за стола. Иду в спальню, накидываю пальто поверх платья, завязываю шарф. Поправляю макияж, подкрашиваю губы. В зеркале смотрит на меня красивая женщина. Я почти не узнаю себя.

Выхожу из квартиры. На улице мороз, но не сильный. Снег хрустит под каблуками. Везде гирлянды, музыка, смех. Люди обнимаются, целуются, поздравляют друг друга.

Максим уже ждет.

— С Новым годом, Катя— говорит он.

— С Новым годом, Максим.

Мы едем на площадь, там толпа, елка огромная сверкает огнями, над головами взрываются салюты. Красиво. Праздник. Мы веселимся со всеми, и я как будто новый мир для себя открываю, радужный, блестящий, дружелюбный.

— Пойдем, погреемся. Кафе рядом открыто. - предлагает Максим.