- Разве так важно в любви, кто первым стал оказывать знаки внимания?
- Так это в любви. Она как наваждение или болезнь. При ней не требуется проявлять каких-то особых знаков или уловок, вроде построенных глазок, придёт - и уж об этом сразу поймут двое. Разве ты не знаешь об этом из литературы, русалочка? – голос парня стал нежным и хриплым.
- А я уж думала ты на своём опыте рассуждаешь так красиво! – Тинка взглянула на новенького испытующе и с откровенным любопытством, при этом чуть приблизилась к нему.
Заглянув в её глаза, Вадим неожиданно отметил, какие они тёплые и светлые, как летнее небо, и тут же смутился, словно она подслушала его мысли, вспыхнул краской и глухо пробормотал:
- Не удосужился ещё пока такой чести, ориентируюсь на опыт Ромео и Джульетты, Ассоль и её капитана с алыми парусами…
- Это всё книжные мудрости, - перебила его Тинка, - а в жизни всё проще. Когда красивая девочка, как ты сказал, глазки строит, очень трудно мальчику устоять.
- А когда наоборот? – почему-то волнуясь, спросил Вадим, на щеках его появились приятные ямочки. Но Тинка вдруг почувствовала раздражение, ей захотелось наговорить новенькому колкостей.
- Красивые мальчики слишком о себе воображают, - резко бросила она. – Но сами ничего не стоят. Им кажется, все влюбляются в них, они любуются собой, как Нарциссы, и не видят, что смешны, и умные девочки над ними хихикают.
- Слава Богу, мне это не грозит. Я не красавец. А вот тебе, русалочка, с твоими чудными небесными глазками стоит задуматься, потому что многие захотят тебя обольстить, так что нарциссизмом запросто можешь заболеть.
Вадим едва не прикусил язык – так сильно толкнула его Тинка в бок. Пробормотав «дурак», она сорвалась с места, словно ужаленная. Вот ещё издевается, как будто не видит, что глаза у неё самые обычные, небольшие, и лоб в следах от прыщей, а нос покраснел на осеннем солнце и шелушится. Вилька сразу это заметил и не упустил случая посмеяться: «Нос у Маслятины как капуста в ста одёжках».
Когда Вадим вернулся в лесок, называемый школьниками «едальней», там уже вовсю плескалась в котле уха. Тинка вместе с другими девчонками хлопотала над ней, на него и бровью не повела. Но Вадиму всё равно было весело, почему-то хотелось хихикать, дурачиться, шутить. Внутри всё так и пело. Всё-таки странные у этой девчонки глаза: то похожи на тёплое чистое небо, то сверкают как грозная морская волна, то превращаются в холодные льдинки, как в замерзающих лужах.
Глава V
Жизнь надо принимать такой, какая она есть, и не враждовать по пустякам – сколько раз это Тинка твердила себе, но никак не могла удержаться, чтобы не столкнуться с кем-нибудь, особенно с Вилькой Ахметовым. А ведь часто ссорилась с ним из-за «дохлого жука», как в любимой поговорке бабы Мани: «Две вороны из-за дохлого жука передрались».
Хотя сама по себе Валентина Маслова была неконфликтным человеком, наоборот, даже доброжелательным, как считали многие, кто её знал поближе, но иногда в неё словно вселялся бес, становилась резкой и неуступчивой, особенно в последнее время. Она просто не могла спокойно терпеть обиды и рвалась защищаться, когда её обижали, тут уж противникам приходилось несладко от её острого язычка.
Впрочем, мало кто в классе догадывался, что сама Тинка жутко страдала от враждебности Вильки. Он презирал её с лютой ненавистью и не упускал случая, чтобы не задеть грубостью.
