Прости меня, отец (ЛП) - Джейден Эрика

Она была совершенством, воплощением всего, чего я когда-либо желал и чего боялся. На мгновение наши взгляды встретились, и я увидел в её глазах нерешительность, борьбу за самообладание. Она с трудом сглотнула, словно пытаясь подавить страх, грозивший вырваться наружу. Если бы она могла развернуться и убежать, я уверен, она бы сделала это, не раздумывая. Но вместо этого она продолжала идти, шаг за шагом, и её решимость была почти осязаемой.

Она остановилась рядом со мной, и на мгновение в комнате повисла тяжёлая тишина.

Голос священника нарушил молчание, начав церемонию. Она была милой и короткой.

— Сегодня вы собрались здесь, чтобы отдать друг другу свои сердца, доверие и будущее. Вы видите друг друга целиком и выбираете друг друга целиком. Пусть вы всегда будете находить утешение в объятиях друг друга, силу в духе друг друга и покой в любви друг друга. А когда грянут бури, пусть ваша любовь станет якорем, который удержит вас на месте, и огнём, который вернёт вас домой. А теперь, пожалуйста, повторяйте за мной.

— Альфонсо Маттео Энрики Понтиселло, — сказал священник, и Камилла ахнула.

Едва сдерживаемая улыбка тронула уголки моих губ. В нашем имени была сила.

Имя Понтиселло.

Голос священника прорвался сквозь напряжение, ровный и официальный.

— Берешь ли ты Камиллу Элизабет Катарину Санторе в законные жены? Любить и оберегать, в богатстве и бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас?

— Беру.

Он спросил Камиллу о том же, и она на мгновение заколебалась. Воцарилось молчание. Я посмотрел на нее. Она казалась застывшей.

— Камилла, — прошептал я. Она пришла в себя.

— Конечно, беру.

Мои губы снова изогнулись в улыбке, и священник сказал, что я могу поцеловать свою невесту.

Я повернулся к ней, и ее взгляд медленно поднялся, чтобы встретиться с моим. Мне пришлось наклониться, так как она едва доставала мне до груди. Камилла была почти на голову ниже меня. Тёплое дыхание коснулось меня, когда мои губы оказались совсем рядом с её губами. От такой близости воздух между нами словно наэлектризовался, и ни один из нас не мог этого не заметить.

Мне нравилось дразнить её, это была моя любимая игра, а потом, когда я уже не мог сдерживать свой голод, мои губы прижались к её. Мой язык проник в её рот, погладил её язык, и через несколько движений её язык ожил. Она обхватила меня за шею и стала повторять движения моего языка. Она придвинулась ко мне ближе, словно её тело жаждало этой близости. Что-то подсказывало мне, что ей нужен секс больше, чем мне.

В голове у меня помутилось, и священник откашлялся. Он вывел меня из оцепенения, и мы прервали поцелуй. Она дышала часто и неровно, а её широко раскрытые и неуверенные глаза были прикованы к моим и полны дикой, необузданной энергии. Она отпустила мою шею, и я почувствовал лёгкое напряжение в спине.

Что это было, чёрт возьми?

Я коротко улыбнулся священнику и поблагодарил его за уделенное время.

Мы подписали свидетельство о браке, и Нико проводил священника до двери.

— Почему ты не сказал мне, что ты Понтиселло?

— А это что-то изменило бы?

Она задумалась, а потом покачала головой.

— Хорошо. Церемонии консумации сегодня не будет. Самое раннее, что я мог бы организовать, — это завтрашний вечер.

Она с трудом сглотнула, когда ее щеки снова вспыхнули. Но не произнесла ни слова.

— Есть ли какой-то конкретный человек, которого ты хотела бы видеть там?

— Это не имеет значения, — пробормотала она.

— Я распоряжусь, чтобы тебе принесли какую-нибудь одежду, и попрошу «Картье» принести несколько обручальных колец на выбор.

Мы не делали этого с кольцами. Это была скучная церемония. Наверное, совсем не такая, как она хотела. То, что она провела свою свадьбу в «Отеле Де Анна», многое мне сказало.

— Мне жаль, что это была не свадьба твоей мечты, — добавил я, когда эта мысль оформилась в моей голове.

— Это уже не имеет значения.

Она выглядела грустной и отстранённой. На её лице отразилось чувство предательства. Я коснулся её подбородка и мягко заставил посмотреть на меня. Её глаза блестели.

— Если ты дашь мне шанс, посмотришь за пределы моих меток, я заставлю тебя забыть его имя в своё время.

Её слёзы тут же высохли, и на щеках снова появился румянец. Она отвела взгляд и с трудом сглотнула.

— А пока мне нужно сделать много телефонных звонков. Закажи на кухне всё, что хочешь, и попроси Нико позвонить мне, когда приедут от «Картье».

Она кивнула, и я ушёл, вернувшись в свой кабинет. Я не мог дождаться завтрашнего вечера, чтобы узнать, насколько она сладкая на вкус.

СЕМЬ

МАЛЕНЬКАЯ БЕГЛЯНКА

Имя Понтиселло было монументальным. Они были силой, стоящей за троном, теми, кто контролировал весь мир мафии. Даже сейчас я все еще пыталась осознать реальность того, что я замужем за Понтиселло.

Ни мой отец, ни моя мать не собирались мне верить. Но потом он спросила, кому он мог бы разослать приглашения на завтрашнюю церемонию. Это означало, что в первую брачную ночь я буду одна.

Насколько это было фантастично?

Мои щёки залились румянцем, когда я вспомнила его слова о том, что он заставит меня забыть Филипа, если я дам ему шанс.

Почему-то я не могла избавиться от ощущения, что он даже не представляет, насколько он красив на самом деле. Каждый раз, когда я оказывалась рядом с ним, что-то внутри меня менялось, словно меня тянуло к нему, и я не могла сопротивляться. А когда мы поцеловались...

Что это было?

Мне показалось, что мир вокруг меня исчез, остался только он. В тот момент я могла видеть только его, могла чувствовать только его, как будто он существовал в каждом сантиметре воздуха вокруг меня.

Я знала, что он не был прямым наследником Понтиселло. У Рико было два сына, и Альфонсо не был одним из них. Может быть, он был дальним родственником, троюродным братом, у них был один дедушка. Но, несмотря на это, он всё равно был на высоте, наравне с остальными.

В дверь постучали, и она открылась. Нико вошёл в комнату, держа в руках пакеты с одеждой. Он тоже ходил по магазинам?

— Это тебе. Надеюсь, подойдёт.

Я кивнула.

— Ты голодна?

В животе заурчало.

— Умираю с голоду.

— Тогда возьми телефон и закажи что-нибудь поесть, Камилла.

Я снова кивнула. Мне начало казаться, что это всё, на что я способна. Стресс, накопившийся за день, давал о себе знать, и я с трудом справлялась с собственными эмоциями. Но я знала, что мне нужно сохранять самообладание.

Он закрыл дверь, и я сделала то же самое. Меню в этой комнате отличалось от меню в наших номерах. На нём не было цен, и у меня слюнки потекли, когда я прочитала описание блюд. Я набрала номер, и мне ответила женщина.

— Отель Де Анна. Чем я могу вам помочь?

— Здравствуйте, я не знаю, в каком номере нахожусь.

— Не волнуйтесь, мисс. Это люкс Понтиселло, пентхаус. Чем я могу вам помочь сегодня?

— О, — я усмехнулась, — не могли бы вы принести мне бургер с сыром и беконом и картофель фри? С бутылкой шампанского.

— Конечно. Что-нибудь ещё?

— Нет, этого будет достаточно.

— Еда будет готова через двадцать минут.

— Спасибо.

Я положила трубку и задумалась, не стоило ли мне заказать что-нибудь и для Альфонсо. Я хотела перезвонить, но потом поняла, что понятия не имею, что он предпочитает. Я знала мужа не лучше, чем того, за кого должна была выйти замуж.

На глаза навернулись новые слёзы, и я возненавидела их. Я ненавидела себя за то, что не могла избавиться от этого всепоглощающего чувства предательства. И всё же оно привело меня к самому значимому и успешному слиянию, которое так и не удалось организовать моему отцу. Я почти чувствовала одобрение дедушки, как будто он улыбался мне с небес. Я бы хотела, чтобы он был жив и увидел это, узнал, что это сделала я.

Не мой отец. Не мой дядя или брат. А я.