Придется привыкать к тому, что люди будут сами решать, как должно проходить мое восстановление.
Губы Брей сжались в тонкую линию.
— Принести вам что-нибудь выпить, пока изучаете меню?
Щеки Патриции покраснели. Ее явно смутило поведение подруги.
— Я бы выпила «Арнольд Палмер». Спасибо, Брей.
Мейзи было совершенно плевать. Она просто постукивала пальцами по столу, не сводя с меня глаз.
— Мне колу. Рада, что с тобой все хорошо, Нова. Наверное, тебе пришлось несладко…
— Отлично, — перебила Брей. — Сейчас принесем напитки.
Я последовала за ней к барной стойке.
— Именно этого я и боялась, — пробормотала она. — Стоит людям узнать, кто ты, и они не дадут тебе прохода.
— Может, придумать себе другое имя? Мне всегда казалось, что из меня вышла бы отличная Шарлин.
— Это не смешно, — огрызнулась Брей.
Я пожала плечами.
— Людям любопытно. Я понимаю. Наверное, мне тоже было бы интересно. А если понадобится, я умею уклоняться от вопросов.
— Желаю удачи с мисс Мейзи, — проворчала Брей.
— Я с ней справлюсь. Дай мне доказать.
Я подошла к краю стойки, предназначенному для официантов, и передала Уайлдеру заказ. Он приготовил напитки за считаные секунды, и я отправилась к столику.
— Прошу, дамы, — сказала я, ставя перед ними стаканы. — Уже решили, что будете заказывать?
Взгляд Мейзи прошелся по мне.
— Давно тебя выписали из больницы?
Смелости ей было не занимать.
— Одно могу сказать точно: здесь кормят намного лучше, чем там. Особенно советую чизбургер с беконом.
Губы Патриции дрогнули. Она прекрасно поняла, что я делаю.
— Знаешь, звучит замечательно. Мне чизбургер с беконом, средней прожарки, и батат фри.
— Конечно. А вам, мисс Мейзи?
Вторая женщина раздраженно фыркнула.
— Мне салат с курицей, беконом и соусом ранч. И спиральную картошку фри.
— Сейчас все будет, — сказала я, забирая меню и направляясь оформлять заказ.
Брей следила за мной. Оставалось надеяться, что со временем она поверит: я способна с этим справиться.
И что в итоге я не окажусь лгуньей.
* * *
Болело все. Прошло всего три часа, а тело ныло так, будто я пробежала марафон. Я была чертовски рада, что выбрала кроссовки, но ноги все равно гудели. Поясница. Руки. Голова. Глаза. Пульсирующей болью отзывалось все.
Но до конца рабочего дня было еще далеко, и я не собиралась показывать, что умираю.
Кора держалась на расстоянии, но я замечала, как она время от времени поглядывает на меня. Проверяет, все ли в порядке? Или просто хочет побольше узнать о женщине, которую ее жених больше года держал в плену. Но теперь она наконец подошла.
— Стельки.
Я нахмурилась.
— Что?
— Стельки для обуви. Они спасают мою спину. После смены или когда станет поспокойнее, покажу, какие заказываю.
Народу оказалось на удивление много. Но уже через час работы с Брей я была готова обслуживать столики самостоятельно. И это стало огромным облегчением — как и этот маленький жест доброты.
— Спасибо, — сказала я, слабо улыбнувшись Коре. — Ты меня спасла.
В ее лице что-то промелькнуло. Боль, поняла я. Захотелось пнуть себя за неудачно выбранные слова.
— Эй, детка! — раздался чей-то голос.
Я поморщилась от этого обращения. Столик с тремя парнями, которые запивали обед пивом, был сегодня моим самым нелюбимым.
— Мне лучше подойти, — пробормотала я.
Кора кивнула и вернулась к своему столику.
Я расправила плечи и повернулась к трем парням в футболках фирмы по благоустройству участков. Мысль о том, что они хлещут пиво, а потом сядут за тяжелую технику, совсем не радовала. Хотя, возможно, сегодня у них короткий день.
— Что вам принести? — спросила я у того, кто меня позвал. Еда стояла перед всеми, стаканы тоже были полными.
Он прошелся по мне взглядом, и я едва подавила дрожь.
— Я соскучился, детка. Ты нас совсем забросила.
Я стиснула зубы.
— Ну вот, я здесь. Вам газировку или воду?
Его приятель хихикнул, ничуть не разряжая обстановку.
— Порцию «Джека», — потребовал первый, наклоняясь ближе. — И не заставляй меня ждать. Не хочу опять по тебе скучать.
Скучать по тебе.
Эти два слова зазвенели в голове, что-то высвобождая.
Горячее дыхание на лице. Руки смыкаются на шее. Сдавливают.
— По тебе никто даже не скучает. Тебя никто не ищет. Всем плевать.
Меня накрыло головокружением вместе с этим воспоминанием. Или его создало мое воображение? Я не знала. И от этого терялась еще сильнее.
— Нова, здесь все в порядке? — глубокий голос Уайлдера вырвал меня из кошмара.
— Все хорошо, — с трудом выдавила я. Голос прозвучал хрипло. — Этот джентльмен хочет порцию «Джека».
Темно-карие глаза Уайлдера сузились. Он посмотрел на пиво и, кажется, что-то мысленно подсчитал.
— Принесу, если позволите вызвать вам такси.
Мысль о такси в таком крошечном городке казалась смешной. Но Брей рассказывала, что здесь есть ровно одна служба, где одновременно работают два-три водителя.
Громогласный парень напрягся.
— Я прекрасно знаю свою меру, Арчер.
— Возможно. Но я обязан соблюдать правила. — Уайлдер повернулся ко мне. — Почему бы тебе не сделать перерыв? Я сам обслужу этот столик.
Черт. Я не хотела, чтобы Уайлдер решил, будто я не умею за себя постоять. Но стоило открыть рот, как меня снова повело.
«По тебе никто даже не скучает».
— Хорошо, — прохрипела я и уже пошла прочь, не обращая внимания на протесты парней.
Я лавировала между столиками, а перед глазами все сильнее плыло. Черт. Черт. Черт. Нужно дышать. Но воздух здесь был неправильный. Слишком теплый. Спертый. Запахи тоже были не те. Мне нужно наружу.
Я почти на ощупь пробиралась по коридору, когда голос заставил меня остановиться.
— Нова.
Два слога, произнесенные хрипло. Как резкий приказ или лассо с колючей проволокой.
Я обернулась, словно больше не владела собственным телом.
И увидела его.
Он часто так делал: появлялся именно тогда, когда был мне нужен. Будто улавливал мои приступы каким-то внутренним радаром.
Он подошел ближе. Ровно настолько, чтобы я почувствовала его запах — сосна, кедр и свежий воздух. Словно горы пропитали его насквозь. Наверное, потому что он практически жил там и редко бывал в помещении.
Я подняла взгляд на мужчину, который меня спас. Кто-то мог бы решить, что его темно-карие глаза ничем не отличаются от глаз четырех братьев. Но это было не так. В них встречались почти черные крапинки и светлые. Золотистые, словно хранящие надежду. В нем самом тоже сочетались свет и тьма.
Кол Арчер. Даже в его имени чувствовался тот же баланс: свет и тьма. В нем все соединялось воедино. Ум и сила. Мягкость и мощь. Неподвижность и движение.
— Ты в порядке?
Он спросил тихо, почти неслышно из-за музыки и голосов. Но для меня этот вопрос прозвучал оглушительно.
Возможно, меня заставило заговорить то мощное сочетание всего, что было в Коле. А может, дело в том, что он вытащил меня из самого ада, и именно там между нами возникла связь. Так или иначе, мои губы сами выдали тайны мужчине с измученным взглядом.
— Все смотрят.
Меня снова накрыло головокружением.
— Я постоянно чувствую на себе чужие взгляды. Стоит мне хоть на секунду дать слабину, как все бросаются помогать и пытаться все исправить. Я знаю, они делают это потому, что им не все равно. И я должна быть благодарна, но я…
Головокружение усилилось.
— Я…
Нужные слова никак не находились.
— Я даже не могу…
— Дышать?
Кол подсказал всего одно слово, но именно оно было правильным.
— Я не могу дышать.
Это было самое откровенное признание, на которое я могла решиться. И признаться в этом я могла только ему. Но такова была правда.
Я не могла дышать.
4
Кол
В тот момент я отдал бы все, чтобы вернуть Нове дыхание. Дать ей воздух. Дышать за нее.
