Неистовые. Меж трёх огней (СИ) - Перова Алиса

– Мерси, мадам, – благодарю за подаренный танец и целую прекрасной даме ручку.

Вот это я кайфанул!

Хочется верить, что не я один, но замечаю опасный прищур Фила и от души надеюсь, что в моём сегодняшнем расписании не предусмотрено метание колюще-режущих предметов.

19-40

Звоню Максу, Кирюхе, Жеке… и с удовольствием делюсь новостями. Уж мне есть, о чём рассказать – тренируюсь, танцую, плаваю, успешно осваиваю язык (редкий француз не признает во мне своего!).

– А ну-ка, исполни что-нибудь по-французски! – не поверил Жека.

Ну и пожелал я ему «бассейн» в обе руки при первой же его попытке свернуть от жены налево.

20-00

Поздновато у них тут ужин начинается. Мне кажется, что я уже похудел. Надо бы договориться с доброй поварихой и организовать себе перекусы.

А пока, наслаждаясь едой и пользуясь отсутствием за столом Шапокляк, я интересуюсь у Дианы, какими ещё сюрпризами меня порадует сегодняшний день.

– Ничего такого, что было бы тебе не по силам, – уходит она от прямого ответа.

Откровенно говоря, больше всего я опасаюсь очередного урока, но, поглядывая на глумливо хмыкающего Одиссея, признаваться в этом не собираюсь.

А после ужина слышу, что Диана собирается сменить мадам Жаме, которая сейчас гуляет с Эйлен. А я уж и забыл, что Шапокляк у нас мадам Жаме… и почему, интересно, её следует срочно освободить от прогулки – неужто для урока со мной?

– А можно я погуляю с Эйлен? – выпаливаю неожиданно для самого себя.

21-00

Гулять с малышкой, смирно сидящей в коляске, одно удовольствие, и я готов заниматься этим до глубокой ночи. Я уже несколько раз пробубнил моей внимательной слушательнице весь французский алфавит и, воодушевлённый отсутствием замечаний, начал рассказывать о себе. И о друзьях рассказал, и о Сонечке, и о том, как сложно человеку на чужбине не поддаваться соблазнам. Эйлен меня понимает.

А, кстати, о Сонечке… Я открыл в телефоне сообщения и углубился в переписку. Ведь точно помню, что написал ей вчера какую-то хрень, но ничего нет… а где?

С неприятным предчувствием я нырнул в другие переписки… и нашёл.

«Твои сладкие персики пахнут грехом».

Уй, идиот!

Стефания получила и даже прочитала моё признание. И ничего удивительного, что она не ответила. А ведь подобные откровения могли её испугать. Откуда этой невинной девочке знать, что написавший ей извращенец подразумевает под словом «персики»? Сладкие! Твою ж мать, ну что за мудак?! Я ж их даже не дегустировал!

И почему я не написал всё это Сонечке? Может, потому что у неё нет персиков?

Морщась и нещадно матеря себя за тупость, я снова разглядываю своё послание … а потом сообщения выше… Понятно, почему и оно тоже осталось без ответа.

«Я тебе не изменил!» – перечитываю уже в который раз и мне хочется постучаться лбом о чей-нибудь жёсткий кулак, чтобы это развидеть. Об Кирюхин, например. Узнай он о моих откровениях – точно приложился бы.

Чёрт, я сам себе противен, но ещё неприятнее осознавать, как разочарована во мне Стефания. Мне хочется хоть как-то реабилитироваться, но написать, что перепутал адресата, – это, наверное, ещё хуже.

Привлечённый возмущённым попискиванием, я вспоминаю о малышке Эйлен. Похоже, кроха устала сидеть на одном месте и наблюдать за моим приступом самобичевания.

– Пардон, мадемуазель, – каюсь перед младшей дракошей и упавшим голосом спрашиваю: – И что теперь делать, не знаешь?

22-00

В спортзале я вымещаю свою злость на боксёрской груше. Жак держится в стороне – вот и правильно. До звёзд в глазах отжимаюсь на пальцах, на кулаках… и до предела выжатый уползаю в свою спальню.

23-30

Лёжа в постели, я таращусь на тёмное парижское небо и считаю редкие звёзды… а, бэ, сэ, дэ, ё, эф, же…

День второй

7-00

А, бэ, сэ, дэ, ё, эф, же…

Аш, и, жи, ка, эль, эм, эн…

О, пе, кю, эр, эс, тэ, ю...

Чёрт, как там дальше-то?

Путеводные булочки Драконихи вызывают нездоровые фантазии. Уверен, если пошарить между ними, то можно обнаружить перпетуум мобиле.

А Стефания мне так ничего и не ответила… Как же паршиво!

Задумавшись, я едва не затоптал притормозившую Диану.

– Ты чего встала-то?

– Как твоя нога? – задаёт она встречный вопрос.

Нога?.. Я неопределённо пожимаю плечами. С годами я уже так привык к этой боли, что легко научился отвлекаться.

– Ясно. Завтра покажем твоё колено хирургу, а пока пробежки отменяются.

Хм… уж лучше бы отменили Шапокляк.

***

Второй и последующие несколько дней похожи один на другой, но есть и прогресс – Шапокляк больше не кривится от моего приветствия, а в тире в качестве поощрительных призов появились сдобные булочки.

День шестой

В полку домочадцев прибыло. Пару дней назад в Ла-Шер вернулся из отпуска и приступил к своим обязанностям дворецкий Клод, он же садовник, сантехник, механик и чистильщик бассейна. А также любимый мужчина поварихи и вообще всесторонне замечательный дед.

Но, полагаю, что это вовсе не в его честь замок уже второй день стоит на ушах. Штат прислуги раздуло втрое и все с раннего утра носятся, как безумные, – натирают паркет, лестницу, мебель, дверные ручки и вообще всё, что только можно натереть. Замок благоухает цветами – букеты повсюду. А ещё говорили, что французы с цветами не заморачиваются. Конкретно эти французы наглухо замороченные, и разве что флаги повсюду не развесили.

А главное событие случилось аккурат к обеду – хозяин вернулся!

Глава 73 Ла-Шер

Убийственно прекрасный и агрессивный чёрный Maybach купе пролетел по подъездной дорожке и остановился перед входом в замок. За время, что я провёл здесь, меня уже перестали удивлять до неприличия дорогие тачки, а конкретно этот глянцевый зверь подходит Её Огнедышеству, как никакой другой.

Заняв наблюдательный пункт в сторонке от встречающей делегации, но так, чтобы всё видеть и слышать, я смотрю, как старина Клод резво метнулся к водительской двери и протянул руку Диане, а с пассажирской стороны показался властитель здешних земель.

Так вот ты какой, Реми-Александр Шеро… наследник Демона.

Не то чтобы я заранее пытался мысленно визуализировать пацана… я вообще старался о нём не думать. И всё же невольно в моей голове соткался некий образ Шеро-младшего – такой себе благообразный напомаженный хлюпик с прямым проборчиком на прилизанных волосах и тонкими нервными пальцами. Почему именно такой – а я знаю? Представилось мне так!

Однако в реале всё сложилось не совсем так… чёрт, совсем не так. Да у меня взрыв шаблона!

Довольно рослый и смуглый парняга в кожаной куртке и потёртых джинсах оказался настолько же далёк от нарисованного мной образа, как я – от милашки Джоконды. Что-то неуловимо знакомое промелькнуло в его чертах, но разительного сходства с Дианой я не заметил. Разве что принадлежность к одной расе… вот и в племени вольных охотников прибыло – плюс ещё один Чингачгук!

Окинув беглым взглядом свои владения, малый ленивой походкой двинулся навстречу старику Клоду и, улыбнувшись, первым протянул тому ладонь для рукопожатия и заговорил вполне дружелюбным тоном. А Клод не слишком нежно похлопал молодого господина по плечам. А может, это вовсе и не он – не наследник?

– Слышь, Оди, а это точно тот, о ком я думаю? – поинтересовался я на всякий случай.

К моему удивлению, адвоката отчего-то не затронуло всеобщее радостное возбуждение, и он предпочёл держаться подальше от большого кипиша и поближе ко мне.

– Это Реми, – буркнул Одиссей, гася мои сомнения и удивляя меня ещё больше своим хмурым видом. Да неужто наш гений попал к мальчишке в немилость?

– А сколько ему лет?

– Через месяц семнадцать будет, – пробухтел Оди.

– М-да? – я недоверчиво разглядываю юного буржуя, а в голове никак не увязывается, что это и есть тот самый младший дракончик. – Охренеть! А выглядит на все… пф!.. да он старше Дианки выглядит! Во всяком случае они вполне сошли бы за парочку.