Очень на это надеюсь, потому что еще немного — и я пошлю к черту этот сюрприз и сама сорву повязку.
Сегодня я ожидала чего угодно, только не этого, особенно учитывая, что Дева вообще не должно было быть в городе. Мы договорились провести двухнедельный перерыв между гонками порознь — не потому, что нам нужен отдых друг от друга, а потому, что наши графики не совпадали. Мне нужно было остаться в Нью-Йорке с Ридом, пока он участвует в небольшом пресс-туре, а Дев должен был быть в Великобритании, в штаб-квартире Mascort, и тестировать на симуляторе обновления машины.
Так что одно его появление уже стало сюрпризом. А когда он приехал, чтобы похитить меня ради какого-то свидания, я удивилась еще сильнее.
— Еще пять шагов, — объявляет он. — И… стой.
Когда открывается дверь, меня обдает прохладой кондиционера, а над головой звякают колокольчики. Мне хватает одного шага внутрь, чтобы понять, где мы. Запах выдает все сразу.
— Ты привел меня в «Стелла Марго»? — спрашиваю я со смехом. — Ради этого можно было и не завязывать мне глаза.
— Возможно, — соглашается Дев, развязывая узел у меня на затылке. — Но я хотел, чтобы вот эта часть все-таки стала сюрпризом.
Прежде чем он снимает шелк с моих глаз, я вдруг замечаю, насколько здесь тихо, а такого почти никогда не бывает. Я-то знаю — с тех пор как приехала три дня назад, я заходила сюда каждый день. И каждый раз очередь растягивалась по улице и заворачивала за угол. Мои подозрения подтверждаются, когда повязка падает и я вижу, что во всем магазине, кроме нас с Девом, находится только мужчина в белой поварской форме.
Широко раскрыв глаза и чувствуя, как внутри все переворачивается от волнения, я поворачиваюсь к Деву.
— Ты арендовал все заведение?
— Ага.
Он ухмыляется и самодовольно покачивается с пятки на носок.
— Решил, что тебе не захочется свидетелей, когда ты снова попытаешься приготовить макаруны.
Я стону, но восторг быстро вытесняет все остальное. Свидание, на котором мы будем печь макаруны, — настолько идеально в моем стиле, что лучше он и придумать не мог.
— Я всей душой жалею, что когда-то рассказала тебе о своих неудачах с выпечкой.
— Мы позаботимся о том, чтобы в этот раз все получилось идеально, — обещает повар.
— Не стоит ее недооценивать, — говорит Дев и тут же получает от меня локтем в живот.
Он только улыбается еще шире.
Мужчина подходит ближе и протягивает руку.
— Я Антуан. Стелла просила извиниться, что не смогла приехать, но сказала, что увидится с вами в паддоке на следующей неделе. Готовы печь?
Я киваю и пожимаю ему руку.
— Пожалуйста, научите меня всем своим секретам. Я уже много лет пытаюсь повторить ваши макаруны.
Не могу поверить, что этому я радуюсь даже больше, чем встрече со Стеллой на следующей неделе. Но если у отношений с пилотом «Формулы-1» и есть особое преимущество, то это возможность знакомиться со знаменитостями, о встрече с которыми я раньше могла только мечтать.
Антуан жестом приглашает нас пройти на кухню.
— Идемте. Я раскрою вам все наши тайны.
Час спустя мне удается невозможное.
Я приготовила идеальный макарун.
Вообще-то, несколько. Передо мной лежит целая россыпь ванильно-персиковых шедевров, и, кажется, я горжусь ими сильнее, чем всем, что когда-либо делала.
И в подтверждение потрясающих преподавательских способностей Антуана даже Дев приготовил целый противень красивых, одинаковых макарунов. Готовит он неплохо, но я понятия не имела, что и выпечка ему дается. Клянусь, нет ничего, чего этот мужчина не умеет. Еще одна причина любить его всем сердцем.
— Держи, — говорит Дев, протягивая мне классическую коробку «Стелла Марго». — Сложи свои вместе с моими.
Я беру коробку, сосредоточившись на том, чтобы выбрать самые идеальные макаруны и забрать их домой. Отобрав десять штук, я снимаю закатно-оранжевую крышку и беру первый макарун, чтобы осторожно положить его рядом с Девовыми.
И замираю.
Макарун выскальзывает из пальцев и падает на пол.
Между двумя безупречными клубничными макарунами лежит кольцо.
Кольцо с бриллиантом.
С самым огромным, сверкающим и красивым бриллиантом, какой я когда-либо видела.
Когда я снова поднимаю взгляд, сердце уже застряло где-то в горле, а губы приоткрылись от шока, но Дева передо мной больше нет. Он стоит на одном колене и смотрит на меня снизу вверх.
— Уиллоу Уильямс, — начинает он.
Он явно пытается выглядеть серьезно, но изо всех сил сдерживает улыбку, которая, кажется, вот-вот станет самой широкой в мире.
— Моя солнечная девочка. Моя помешанная на макарунах беда. Главная любовь всей моей жизни. Ты выйдешь за меня?
Господи боже, это происходит.
Это действительно происходит.
Мы вместе уже больше года, и я не представляю своей жизни ни с кем другим, но все равно нахожусь в полном шоке.
— О боже, — вырывается у меня, пока взгляд мечется между его ожидающим лицом и огромным бриллиантом. — О боже, Дев, да. Да, да, да!
Коробка с грохотом падает на стальную рабочую поверхность, а смех Дева становится саундтреком к тому, как я бросаюсь ему на шею.
— Так вот почему Шанталь сказала, что у меня ужасные ногти, и заставила сегодня идти на маникюр? — рыдаю я, прижимаясь к нему.
Я настолько счастлива, что могу взорваться.
— Она знала?
Он крепко обнимает меня своими сильными, теплыми руками.
— Ага, я заранее предупредил ее и Грейс. Мне все равно нужно было получить их одобрение.
— А Окли поэтому звонил утром? — требую я, когда все кусочки наконец начинают складываться. Господи, как я вообще ничего не заподозрила? — Он был таким милым и сентиментальным! Я думала, просто подлизывается, чтобы выпросить пропуска в гараж D’Ambrosi!
— Чудо, что он вообще ничего не выдал, — говорит Дев. — Я рассказал ему о плане еще несколько недель назад и заставил пообещать, что он не испортит сюрприз. Никогда не видел, чтобы человек так нервничал из-за необходимости хранить тайну.
Удивительно, насколько далеко мы продвинулись с того дня, когда Окли узнал о нас. Тогда я боялась, что он никогда с этим не смирится, а теперь он один из самых ярых сторонников наших отношений. Дев и Окли снова соучастники во всех безумствах, только теперь есть одно отличие: я больше не лишняя девчонка, которая таскается за ними. Я часть их компании. Никогда не думала, что доживу до такого дня.
Я прижимаюсь лицом к груди Дева, не заботясь о том, что слезы испортят макияж и оставят пятна на его рубашке.
— Не могу поверить, что ты это устроил!
— Решил, что уже пора, — бормочет он мне в макушку. — Я бы сделал это раньше, но мы все время, блядь, так заняты.
Я снова отстраняюсь, и до меня доходит еще кое-что.
— Подожди, Рид тоже знал? Поэтому он так настаивал, чтобы сегодня я взяла выходной? Кто вообще не знал?
Дев хитро ухмыляется.
— Скажем так, посвященных было довольно много. — Он снова наклоняется ко мне и шепчет на ухо: — Кстати, Рид не ждет тебя на работе и завтра. И вообще до тех пор, пока мы снова не отправимся в поездки. Ты полностью моя, Уиллоу.
Я смотрю на него снизу вверх, чувствуя, что сердце вот-вот лопнет от счастья.
Он прав. Я полностью его. Точно так же, как он полностью мой.
Вот что значит судьба.
КОНЕЦ
