Ядовитое влечение (ЛП) - Смит Т. Л.

— Ладно, что здесь происходит? — вмешивается Делани.

— Он просто проходил мимо, — отвечаю ей, а затем обращаюсь к Арло: — Рада встрече. Договор будет у тебя завтра. Хорошего вечера. — Я машу ему рукой.

Он переводит взгляд с Делани на меня. Видимо, алкоголь, и правда ударил мне в голову, потому что в следующую секунду я хватаю его за руку и крепко сжимаю, глядя снизу вверх. Не отпуская, маню его пальцем ближе, и когда он наклоняется, подаюсь вперёд, почти касаясь губами его уха.

— Мне нужна услуга, — шепчу.

Он поворачивается и мы оказываемся лицом к лицу, так близко, что между нашими губами почти не остаётся расстояния.

Затем приподнимает тёмную бровь.

— Услуга? — переспрашивает он, его взгляд скользит к моим губам и возвращается ко мне.

— Да. У Делани день рождения, и мне нужен торт. Я знаю, ты знаком с шефом, — я подмигиваю, потому что мы оба прекрасно понимаем, что он владелец этого места.

— Разумеется.

Арло опускает взгляд на мою руку, всё ещё сжимающую его предплечье, и я тут же отпускаю его. Он снова улыбается, затем разворачивается и уходит. Я невольно смотрю ему вслед.

— У него отличная задница, — говорю Делани, не отрывая взгляда от этого идеального вида. Вдруг Арло останавливается. Я поднимаю глаза и вижу, что мужчина смотрит прямо на меня.

— Можешь трогать её в любое время, — говорит он, подмигивает и уходит.

— Охренеть, вот это химия! Что это, чёрт возьми, было? И кто это, чёрт возьми, такой? И почему, чёрт возьми, он смотрел на тебя так, будто хотел съесть?

— Слишком много чертей, — отвечаю я. — Возможно, именно к ним я и отправлюсь, если свяжусь с этим мужчиной, — смеюсь, потягивая вино.

Не то чтобы я что-то скрывала от неё. Просто это её вечер, и мне хотелось услышать во всех подробностях, как у неё дела. Но сейчас, когда она сидит напротив — сытая, довольная, с любопытством в красивых глазах, — я уже понимаю: вопросов будет много. А рассказывать, по сути, нечего. Да, между нами есть притяжение — отрицать это бессмысленно. Но одно лишь притяжение ещё не повод действовать. Даже если Арло так не считает.

— Он правда знаком с шефом? — спрашивает она.

— Да. Этот ресторан принадлежит ему.

Её глаза округляются.

— Подожди… ты уже была здесь?

— Да, но я тогда ничего не ела. Он привёл меня сюда на обед, и я ушла почти сразу.

— Они ведь не работают днём, — говорит она, ошарашенная.

— Я знаю. Мы были здесь вдвоём.

— Как романтично.

— Ничего подобного, — отрезаю резче, чем следовало. — Он грубый и холодный. И явно хочет меня только из-за моего тела. Иногда мне кажется, что он даже не слушает, когда я говорю.

Я вздрагиваю, когда Арло останавливается у нашего столика с небольшим тортом в руках.

— Я слушаю, когда ты говоришь. Я слышу всё, что ты мне говоришь, Кора. И даже те слова, которые ты не решаешься сказать вслух.

Когда он аккуратно ставит торт на стол, мой взгляд снова падает на его руки. Грубые, с выступающими венами — руки человека, который привык работать ими и умеет это делать. Я едва сдерживаю желание облизать губы. Его движения мужские, сдержанные и неоспоримо сексуальные: он просто ставит торт, подмигивает и отходит.

— Ты его спугнула, — обвиняет Делани.

— Брось. Не думаю, что этот мужчина вообще чего-то боится.

Делани снова начинает говорить, а я оглядываюсь через плечо и вижу Арло за столиком неподалёку от нашего. Я даже не заметила, что он остался. Наверное, потому что мне было слишком весело с Делани, и я перестала обращать внимание на всё вокруг.

Я фотографирую её с тортом. Она улыбается своей самой яркой улыбкой, и я знаю, что позже выложу этот снимок. В этом городе у меня есть и другие друзья, но никого из них я не люблю так, как люблю её.

— С днём рождения, красавица. Я так горжусь тем, что все эти годы была твоей подругой, видела, как ты меняешься, и была рядом. — Поднимаю бокал, и она чокается со мной.

Мы остаёмся ещё как минимум на час — просто разговариваем и делимся всем, что происходит в наших жизнях. Она рассказывает мне больше о мужчине, с которым встречается, и говорит, что хотела бы, чтобы я с ним познакомилась, если их совместные выходные пройдут хорошо. Я для неё почти что семья, так что, конечно, я соглашаюсь: мне хочется убедиться, что этот мужчина достаточно хорош для неё. Хотя, если честно, я сомневаюсь, что кто-то вообще может быть достоин её доброго сердца.

Мы уже поднимаемся, когда Делани бросает взгляд мне за спину, и я понимаю: она видит Арло, сидящего неподалёку. Последний час я старалась не оглядываться, и у меня это неплохо получалось. Запуская руку в сумку, я нащупываю кошелек. Из-за появления Арло я совсем о нём забыла. Но теперь я в замешательстве, потому что клянусь, его там раньше не было.

К нам подходит официантка и сообщает, что ужин уже оплачен.

Делани издаёт тихое «О!», а я закатываю глаза, потому что знаю, кто оплатил счёт.

Наконец я решаюсь взглянуть в его сторону. Он сидит один, перед ним полный бокал — похоже, виски, — и смотрит прямо на меня.

— Ты должна поблагодарить его, — настаивает Делани.

— Нет, нам пора. Кино и попкорн. У нас каждый год один и тот же план.

Она отмахивается:

— Не ворчи и не говори, что я старею, но мне очень хочется забраться в кровать и уснуть. Так что я ухожу, а ты пойдёшь и поблагодаришь того потрясающего мужчину за наш ужин. Хотя бы от моего имени. — Она тянется и сжимает мою руку. — Иди. И спасибо тебе за вечер. Это было здорово.

Я предлагаю проводить её, но она отказывается и уходит, не дав мне сказать больше ни слова.

Как только Делани выходит, я поворачиваюсь к Арло. Он всё ещё смотрит на меня. Собравшись с духом, я подхожу и сажусь напротив. Именно тогда замечаю чёрные чётки, намотанные на его кулак, которых раньше не было. Я припоминаю, что мельком видела их в кафе. Хмурюсь, пытаясь понять их значение.

Даже через стол я чувствую его одеколон — пахнет, черт возьми, восхитительно. Перед ним бутылка того же вина, что мы пили с Делани, и один пустой бокал. Самоуверенности ему не занимать. Не дав мне опередить его, он наливает вино той же рукой с чётками и подвигает бокал ко мне. Его виски, похоже, всё ещё нетронут, но что точно нельзя назвать нетронутым, так это моё тело, учитывая, как его взгляд скользит по нему снова и снова. Это навязчиво и одновременно будоражаще — осознавать, как сильно он хочет меня. Часть меня шепчет, что я делаю самую глупую вещь в своей жизни. Я никогда не смешиваю работу и удовольствие, всегда держу их отдельно. Знаю, многие из моих агентов этим пренебрегают, но для себя я сделала это правилом.

Похоже, правила созданы для того, чтобы их нарушать.

— Как тебе еда? — спрашивает он.

— Хорошо, — отвечаю, и мой взгляд перескакивает с его губ на глаза.

— А торт?

— Потрясающий.

— Хорошо. — Он кивает, довольный моим ответом. — Если бы ты сейчас не была такой пьяной, моя рука уже была бы у тебя под юбкой.

Только тогда он наконец отводит взгляд и смотрит на мою юбку. Я прикусываю губу и слегка раздвигаю ноги. Он усмехается, но не прикасается ко мне.

Если честно, жаль.

10.Арло

Конфиденциально (только для личного пользования)

НАБЛЮДЕНИЯ:

Она становится более раскрепощенной под воздействием алкоголя.

Заметив это, я задаюсь вопросом: насколько её откровенность зависит от ослабления внутренних барьеров.

Должно быть, это алкоголь в крови изменил поведение Коры. Она сидит напротив меня и выглядит заметно более расслабленной, словно чертова богиня. Раньше я думал, что ей от меня нужно только деловое общение, но, как я уже говорил, язык её тела обычно настолько закрыт, что её трудно читать. Однако сейчас, когда она слегка разводит ноги в своей обтягивающей юбке, я читаю её без всяких проблем.

Чертовски сложно удержаться, чтобы не просунуть руку между её бёдер и не проверить, есть ли на ней трусики. Я ставлю на то, что нет. И это злит меня ещё сильнее — то, что я вообще себя сдерживаю рядом с ней. Я не сдерживаюсь с женщинами. Никогда. Кто-то назвал бы это самоуверенностью, но я понимаю, чего хотят женщины. В большинстве случаев они хотят кончить первыми. Мужчины торопятся, а некоторые настолько увлечены собой, что не думают о чужом удовольствии. Мне нравится наблюдать, как женщины теряют контроль под моими руками, особенно когда я унижаю их. Но больше всего мне нравится видеть, как они ломаются.