Вместе сильнее. Компиляция (СИ) - Роуз Эстрелла

— Сейчас мы понимаем, что ты и правда не хотел того скандала, что произошел между тобой и Ракель, — с грустью во взгляде добавляет Даниэль. — В тот день мы оба видели сожаление и грустить в твоем взгляде, который давал нам понять, что ты реально жалел об этом. Но мы были злы, ибо придерживаемся мнения, что настоящий мужик никогда так не поступит.

— Понимаешь, мы просто очень хорошо относимся к Рэйчел. Да, у нее далеко не идеальный характер, но так-то она нормальная девчонка. И когда она нам рассказала, что произошло между ней, Ракель и тобой, мы тут же начали защищать ее. Все-таки ее мы знаем дольше тебя и предпочли поверить ей. Хотя всегда прекрасно знали, что она обожает привирать и преувеличивать.

— Да, мы и подумать не могли, что она соврала нам, сказав, что ты якобы избивал Ракель до полусмерти, а она отдубасила Рэйчел в том клубе и порвала ей одежду.

— Я и правда никогда не избивал Ракель и ни за что не пошел бы на такое, — спокойно отвечает Терренс. — И на самом деле это Рэйчел напала на Ракель в тот день, а не наоборот.

— Мы знаем, — кивает Питер. — Рэйчел сама созналась во всем, когда мы с Дэном случайно услышали ее разговор с подругой, которой она рассказала, как заставила нас отвернуться от тебя и посчитать, что ты – мерзавец.

— Это правда, Терренс! — подтверждает Даниэль. — Тогда мы поняли, что ты сказал правду о том, что никогда не бил свою девушку, а Рэйчел всем наврала. Нам с Питером, своему отцу, всем своим подругам… Тебе… И после этого мы буквально прижали ее к стенке и потребовали все объяснить.

— Она очень долго не хотела признавать и искала какие-то отмазки, — признается Питер. — Мол, мы все не так поняли и вообще речь шла не о тебе. Но в итоге нам удалось заставить Рэйчел рассказать всю правду и подтвердить, что ты действительно никогда не избивал свою девушку, а только лишь однажды ударил ее по лицу.

— Хуже той пощечины больше ничего не происходило, — с грустью во взгляде отвечает Терренс.

— Мы верим.

— Я очень быстро понял, что Рэйчел о многом соврала после разговора с Ракель и Альбертом. А уж когда вы оба обвинили меня в том, что я избивал свою девушку, все окончательно подтвердилось.

— Теперь и мы убедились в твоей невиновности.

— Правда я всегда знал, что она легко может соврать и преувеличить.

— Хотя это не означает, что мы с Питером полностью поддерживаем то, что ты сделал, — уверенно говорит Даниэль. — Мы по-прежнему считаем твой поступок омерзительным и не собираемся говорить, что это было правильно. Но все-таки мы оба прекрасно понимаем тебя. Понимаем, что ты просто мог быть на взводе и взорваться как хлопушка. И не оправдываем саму Ракель, которая и сама далеко не святая и пушистая. Она тоже поступила плохо и первая начала ругаться с Рэйчел.

— Ее тоже можно понять. И я ее понимаю .

— К тому же, недавно мы прочитали в Интернете одну статью, в котором говорилось о том, что Саймон Рингер попал в больницу после падения с пятиэтажного здания.

— Правда?

— Сейчас об этом говорят абсолютно все. Мы несколько раз за день можем наткнуться на новости о том, что произошло с тем типом.

— А еще там говорилось о тебе и Ракель, — добавляет Питер. — В тех статьях было сказано, что именно ты обратился в полицию и поехал вслед за этой девушкой, которая решила отправиться на встречу с этим Саймоном одна. Так что, МакКлайф, мы знаем, как ты надрал задницу этому ублюдку и показал ему, где раки зимуют.

— Мы высоко оценили твой поступок, Терренс. Правда. Мы ценим то, что ты не спрятался как трус, а сделал все, чтобы доказать свое сожаление. И мы уверены, что на этот раз твой поступок был совершен не ради сохранения репутации. Он был сделан от чистого сердца.

— На этот раз я поступил так, как и должен был, — уверенно отвечает Терренс. — Я делал это не ради репутации, а ради любви к той, которая мне на самом деле небезразлична. Я не мог остаться в стороне, когда у меня появился шанс покончить с этим ублюдком, который совершил намного больше дел, чем нам было известно.

— Мы знаем… — со скромной улыбкой кивает Питер. — Да и не только мы оценили это… Все об этом говорят! Эту новость активно обсуждает едва ли каждый человек. До этого момента так активно обсуждали только лишь новость о том, как вы с Ракель неожиданно ушли в тень и едва ли не хотите завершать свою карьеру.

— Да, это точно, — уверенно подтверждает Даниэль. — А еще во всю ходят слухи, что вашим отношениям с Ракель пришел конец. Говорят, некоторые даже выдвигают какие-то теории, чтобы объяснить это. Измены, насилие и еще всякие ложные предположения и страшилки.

— Ух ты! — задумчиво произносит Терренс, будучи удивленным тем, что он только что услышал.

Хоть Эдвард и предпочитает отмалчиваться, все же он внимательно слушает все, что говорят Даниэль с Питером. А когда они замолкают, он с широкой улыбкой кулаком слегка ударяет Терренса в предплечье.

— Значит, люди помнят про тебя, приятель! — радостно отмечает Эдвард. — Раз тебя и Ракель все еще обсуждают, никто про вас не забыл!

— Надо же… — качает головой Терренс.

— И радуйся, что еще никто не знает о твоем поступке. Потому что ты возвысишься в их глазах после того как помог Ракель покончить с Саймоном. Поверь, никто не осудит тебя, не зная всей правды насчет причины вашего расставания.

— Да, пока что никто не знает, но такие слухи вполне могут распространиться. И они как раз могут еще больше испортить мою репутацию. Которая и так пострадала из-за всего, что обо мне говорили едва ли не с самого начала моей карьеры.

— Спокойно, МакКлайф, мы пока не слышали, чтобы кто-то распространял подобные слухи, — уверенно отвечает Даниэль. — Все предполагают, что причина твоего расставания с Ракель кроется в твоих изменах.

— В моих изменах?

— Ну да. Ведь есть много свидетелей, которые видели, как ты проводил время с Рэйчел, обнимался с ней и целовался… Есть очень много фоток!

Пока Терренс качает головой, Эдвард слегка хмурится.

— Да, но ведь никто из нас не давал никаких комментариев прессе, — отмечает Терренс. — Неужели они уже начали писать о нашем с Ракель расставании?

— Фотки целующихся тобой и Рэйчел уже давно гуляют в Интернете, — уверенно отвечает Питер. — Твои поклонники выкладывают их в разных соц. сетях… Так что отвертеться не удастся, ибо все знают, что ты изменил своей девушке. Которая, согласно слухам, не стала это терпеть.

— Эй, а ты мне не говорил, что изменял Ракель! — восклицает Эдвард, удивленно посмотрев на Терренса. — А, Терренс? Что это значит?

— Ох, ну да, я действительно изменял Ракель с той девчонкой, — хмуро признается Терренс. — Только я не очень хочу говорить об этом. И хотел бы вообще забыть о той ошибке. Хотя если фотографии гуляют по Интернету, то мне и правда не отвертеться от вопросов на тему измены.

— Это верно, — кивает Даниэль. — Правда сейчас эти фотки уже мало кого волнуют… Благодаря спасению Ракель от лап Саймона тебя начали уважать. Может, скоро ты снова станешь всеобщим любимчиком и начнешь получать предложения о работе.

— Да, не забывай, что ты все еще являешься известным актером, — добавляет Питер. — Может быть, ты уже и давно нигде не снимался, но люди все еще помнят тебя. В старые времена у тебя было огромное количество поклонников, многие из которых по-прежнему ждут от тебя новых работ. Да, многие со временем перестали следить за твоей жизнью, но ты еще не забыт.

— И, похоже, что еще нескоро будешь забыт, — с легкой улыбкой предполагает Даниэль. — А если бы ты снялся в каком-то перспективном фильме или сериале, то возвращение прежней славы тебе гарантировано.

— Ну вот видишь, как все на самом деле складывается! — широко улыбается Эдвард, похлопав Терренса по плечу. — А ты хочешь завязывать со своей карьерой! Черт! Да у тебя еще все только начинается! Ты можешь достигнуть таких высот, о которых даже и не мечтал.

— Нет, чувак, все закончилось уже много лет назад, — спокойно возражает Терренс. — Мне уже никогда не удастся снискать той славы, которая была у того восемнадцатилетнего парнишки, в одно мгновение ставший любимцем всех маленьких девочек. Такой успех может случиться лишь однажды.