Охота на Зло (ЛП) - Уолтерс Гай

Как же тогда Борман смог сбежать? Существует множество версий и все они подпитывают друг друга. Согласно мемуарам Симона Визенталя 1967 года Убийцы среди нас, осенью 1945 года Борман и неназванная женщина были тайно переправлены сотрудником австрийского Красного Креста из Фленсбурга, расположенного недалеко от немецко-датской границы, в альпийскую деревню Наудэрс, находящуюся всего в 2 милях от австрийской, итальянской и швейцарской границ. Затем, сотрудник Красного Креста, не имевший ни малейшего представления о личностях пары, но получивший щедрое вознаграждение в виде драгоценностей, сопроводил Бормана в монастырь в итальянском Тироле. У ворот монастыря Борман повернулся к своему проводнику, представился и добавил: "Вы совершили нечто потрясающее. Если вы никому об этом не расскажете, то будете получать деньги каждый месяц до конца своих дней". Несмотря на то, что Визенталь опроверг другие истории о Бормане, он пишет, что этот конкретный рассказ "содержал много достоверных деталей". Возможно, так и было, но Визенталь, безусловно, слишком охотно поверил в историю, которую сам признал пересказанной из вторых рук. Также кажется совершенно абсурдным, что Борман, успешно сохранивший свою анонимность на протяжении всего путешествия по Германии, рискнул раскрыть своё настоящее имя человеку, которого едва знал [706].

В 1968 году израильский журналист Майкл Бар-Зохар описал предполагаемое путешествие Бормана в своей книге Мстители (The Avengers) [707]. По его версии Борман проделал путь на юг из Фленсбурга, и пересёк границу с Италией через перевал Бреннер, возможно, с помощью проводника из Наудэрса по имени Рудольф Бласс, который, как говорили, также помогал Генриху "Гестапо" Мюллеру. Побег якобы был организован организацией под названием "Die Schleue" ("Шлюз"), укрывавшей Бормана в итальянском Тироле, чтобы он мог находиться рядом со своей больной раком женой, проживавшей в Мерано. Однако, однажды Бормана узнала вдова еврейского врача, которого семья Бормана нанимала в 1930-х годах, и рейхсляйтер был вынужден укрыться в монастыре недалеко от озера Гарда. Оттуда Борман отправился в Рим, а затем на "каботажном судне" из Генуи в Испанию, где оставался до конца 1947 года. После этого он сел на пароход до Буэнос-Айреса, имея при себе билет туристического класса, "как любой обычный пассажир". В своём рассказе Бар-Зохар, как и Визенталь, опровергает другие версии побега Бормана, но при этом не приводит никаких доказательств в поддержку своей собственной. Ещё одно сходство с версией Визенталя — использование, казалось бы, правдоподобных деталей — например, фамилия Бласс часто встречается на надгробных памятниках кладбища в Наудэрсе [708], — но и эта история хромает, поскольку совершенно лишена основания.

Самый сенсационный рассказ о "побеге" Бормана появился в книге Ладисласа Фараго 1974 года Последствия (Aftermath). Фараго, утверждавший, что встречался с Борманом находившимся на смертном одре в монастыре в Андах в 1973 году, значительно дополнил две предыдущие истории. Проводника по горам теперь звали "Ханно Бернхард", и Борман пересёк Альпы через перевал Резия, хотя и нашёл убежище в монастыре, прежде чем спуститься в окрестности Мерано, чтобы быть рядом со своей больной женой. После смерти Герды Борман 22 марта 1946 года её муж принял личность священника по имени "Луиджи Боглиоло" и прожил в Больцано два года, прежде чем его заметила жена врача-еврея [709]. Хотя Фараго признал, что не уверен в том, что случилось с Борманом дальше, он предположил, что беглец отправился в Рим и воспользовался сетью Худала. Однако Фараго смог уверенно выйти на след Бормана по прибытии того в Буэнос-Айрес 17 мая 1948 года на судне Giovanni C, следовавшем из Генуи, где, по словам автора, рейхсляйтера встретил начальник службы безопасности Перона, Людвиг Фройде. Борман выдавал себя за священника-иезуита по имени "Хуан Гомес", вскоре замененным на весьма неожиданный псевдоним "Элиазер Гольдштейн", под которым Апостольская нунциатура (дипломатическое представительство) в Буэнос-Айресе выдала Борману удостоверение личности № 073909. Это позволило ему получить в иммиграционном управлении новое удостоверение личности № 1361642, и 12 октября 1948 года "сеньор Борман" получил столь важный "синий штамп", позволявший ему оставаться в стране неограниченное время. "У меня есть документ, подтверждающий эти факты, — писал Фараго, — подлинная копия документа до сих пор хранится в иммиграционном управлении. Воспроизведение оригинала можно найти в разделе "Документы"" [710]. К несчастью для Фараго, его обманули. Документы, которыми он располагал, на самом деле были фальшивками проданными ему коррумпированными аргентинскими чиновниками и полицейскими [711]. Таковы опасности, связанные с покупкой информацией [712].

Конечно, в конце 1940-х годов союзники не были полностью уверены в смерти Бормана, поэтому его разыскивали, как и любого другого нацистского преступника. Естественно, у таких разведслужб, как CIC, было мало зацепок, кроме слухов и показаний людей из окружения Бормана, многие из которых имели такое же представление о судьбе своего начальника, как и следователи. В апреле 1945 года два офицера Центра военной разведки США отправились в Северную Италию, чтобы проверить зацепку, указывающую на то, что Борман находится со своей женой в Италии. Когда они наконец нашли дом, где, возможно, жила фрау Борман, он оказался пуст, а местные жители сообщили, что "ни один пришлый немец никогда не посещал дом Борман" [713]. В начале 1946 года американцы начали операцию "Baker", в рамках которой они отправили агента в район Касселя, чтобы найти Борман. Агент прикидывался нацистом, надеявшимся создать подпольную сеть сопротивления в районе Франкфурта, и, для этого, вполне естественно, хотел связаться с Борман. CIC подозревал, что шофер Бормана, обершарфюрер СС Альфред Лейбрандт, поддерживает связь со своим шефом, выдающим себя за лесника и проживавшего в доме настоящего лесника по имени Кёстер, чей подвал был набит деньгами, драгоценностями и провизией. Миссия была обречена на провал, но офицеры разведки

Вооружённых

сил

США

на

Европейском

театре

военных

действий (

United States Forces, European Theater,  USFET) продолжали собирать информацию о Бормане [714]. Крайне важно, что они допросили дантиста Бормана, оберфюрера СС Хуго Блашке, который в мельчайших деталях помнил зубы своего бывшего пациента, поскольку последний раз лечил их в марте 1945 года [715]. Несколько десятилетий спустя показания Блашке оказались очень важными и в тоже время спорными.

Американцы пытались проверить множество версий относительно Бормана, и, несмотря на отсутствие успеха, не соглашались с британцами, которые считали, что рейхсляйтер мертв. В феврале 1946 года майор Хью Тревор-Ропер из MI5 подготовил доклад, подтверждающий смерть Бормана. Именно Тревор-Ропер прославился расследованием последних дней Гитлера, и после своего первоначального доклада он не был уверен, мёртв ли Борман. "Были получены доказательства относительно судьбы Бормана, — писал Тревор-Ропер, — но эти доказательства не казались достаточно последовательными или убедительными, чтобы сделать официальное заявление". Однако вскоре Тревор-Ропер нашёл ещё одного свидетеля, видевшего Бормана мёртвым, и, поскольку эти показания совпали со сведениями из других источников, он посчитал их верными [716]. Но американцы не были убеждены. "USFET не поддерживает публикацию заявления майора Тревора-Ропера о смерти Бормана, — говорилось в одном из меморандумов. — Мы считает, что если окажется, что Борман жив, то доверие будет подорвано не только к нашему заявлению о его смерти, но и к утверждению о смерти Гитлера" [717]. Это была разумная предосторожность, поскольку в то время, хотя большинству здравомыслящих людей казалось очевидным, что Гитлер мёртв, русские утверждали, что Гитлер жив и находится под защитой Запада [718]. Недостатка в историях о том, что фюрер жив, не было. В июле 1945 года в Москве появились сообщения о том, что Гитлер и Ева Браун находятся в Аргентине [719]. В октябре в британскую миссию в Копенгагене позвонила датчанка, чья подруга видела во сне, что Гитлер в качестве монаха находится в монастыре в Альхесирасе (Испания) [720]. К сну отнеслись достаточно серьёзно, чтобы сообщить о этом в британский МИД. Два месяца спустя, в Мадриде, американское

Подразделение

стратегических

служб

(Strategic

Services

Unit,

SSU)

 получило информацию о том, что Гитлер на самом деле бежал на Балеарские острова [721]. Хотя тело Гитлера не путешествовало по миру так же часто, как тело Бормана, оно, безусловно, побывало во многих местах.