Маньчжурский гамбит. Книга четвертая - Барчук Павел

– До чего ж вы, Павел Саныч, изменились. Все никак привыкнут не могу.

Через четверть часа наш экипаж остановился у знакомого двухэтажного здания с красными фонариками. Мы с Тимофеем неспешно, чтобы шпик наверняка успел нас хорошенько разглядеть, зашли внутрь.

В заведении мадам Розы было тепло, пахло благовониями и сладким парфюмом. Хозяйка встретила меня лично – как-никак, князь Арсеньев далеко не последний человек в городе. Жрицы любви еще отдыхали, гости пока тоже отсутствовали. Нам никто не помешал уединиться в кабинете и поговорить о насущном. Тем более, что «насущное» и правда было.

В нашу прошлую встречу я предложил мадам Розе выделить в рабочем графике борделя один день в неделю для корпоративной вечеринки. Мужчины моей артели нуждаются в подобном отдыхе. Лучше уж я сделаю все организованно и по уму, чем кто-нибудь из них с «голодухи» натворит нехороших дел. Самое время обсудить детали.

Мы принялись обсуждать расценки и подходящее время. Тут, конечно, мадам Роза показала себя во всей красе. Торговалась со мной, как психованная. С боем вырывала каждый серебряный даян. Заодно попыталась впихнуть в прайс алкоголь по немыслимой цене, закуски и подарки для девочек. Я ей не уступал.

– Побойтесь бога, мадам! Мои люди должны всего лишь расслабиться и снять напряжение. А вы размахнулись на целый банкет.

В итоге, после часа споров и переговоров, пришли к результату, который устроил нас обоих. Для шпика, трущегося на улице, мой визит теперь должен выглядеть максимально естественно. Он же не знает, что это время я потратил исключительно на деловую беседу.

Уже перед самым уходом озвучил вторую просьбу.

– Мадам Роза, одолжите мне того парнишку, что приносил новости о господине Приходько. Помните? Шустрый такой… – Я изобразил на лице задумчивость, будто вспоминаю имя. – Пашка, по-моему. Пока сидел тут с вами и мило общался, вспомнил о парочке дел. Нужно передать послание нескольким адресатам. Он вроде бы выглядел смышленым.

Отказать платежеспособному клиенту хозяйка борделя не могла, да и причин для отказа не видела. Тем более, когда мы уже договорились о столь плодотворном сотрудничестве.

– Конечно, князь, – Мадам поднялась из кресла, – Он на кухне крутится. Сейчас позову.

Через десять минут взъерошенный Пашка, натягивая на ходу безразмерный ватник, вышел вместе со мной и Тимофеем на улицу. Мы втроем забрались в пролетку. Еремей тут же стеганул лошадь.

– Слушай сюда, тезка, – я вложил в ладонь мальчишки серебряный даян, как только экипаж влился в уличный поток. – Дело срочное. Дуй сначала в Фуцзядянь, в «Красный дракон», найдешь там Линь Чжао. Скажешь, что от меня, тебя пропустят. Говорить будешь только с ним. Потом отправишься на старый пивной завод, к Черному Секачу. История та же. Тебе нужен только главарь.

Пашка деловито спрятал монету и серьезно кивнул.

– Что передать?

– Скажешь обоим одно и то же: князь Арсеньев назначает встречу. Сегодня в десять вечера. На нейтральной территории – возле старой мельницы. И самое главное, Паша, ни хунхуз, ни Чжао не должны знать, что придут на общую встречу. Понял? Каждый из них должен быть уверен, что беседа приватная. Справишься?

– Обижаешь, ваше сиятельство. Сделаю в лучшем виде.

Пролетка притормозила на оживленном перекрестке. Пашка рыбкой скользнул под кожаный тент, спрыгнул на снег и в секунду растворился в людской толпе. Японский топтун, следующий за нами, вряд ли обратил внимание на этот маневр. Его не интересует пацан. У него есть лишь одна цель – князь Арсеньев.

– На базу, Еремей, – приказал я вознице.

– Как скажете, ваше сиятельство, – радостно отозвался он.

До лесопилки добрались быстро и без приключений. Тимоха вышел из пролетки прямо перед воротами, сделал вид, будто лично открывает створки. На самом деле, я велел вахмистру проверить, отирается ли японский соглядатай рядом с нашей базой. Или отстал за пару кварталов от нее.

– Нету, – тихо сообщил пластун, когда мы уже оказались на территории двора, – Видать слишком близко лезть опасается.

Я удовлетворенно кивнул в ответ.

Двор гудел. Здесь как всегда шел активный рабочий процесс. Парни Селиванова таскали доски и дрова, женщины суетились со своими бытовым делам, из трубы котельной валил густой дым, а со стороны цеха доносились грохот и крики Бессонова.

Прежде чем идти в контору, направился прямиком к дежурным, которые охраняли главные ворота.

Трое парней, заметив меня и топающего следом Тимофея, торопливо выстроились в ряд, вытянулись по стойке «смирно». Неплохо их Осеев надрессировал.

– Доложите обстановку, – негромко велел я тому, что выполнял роль старшего смены, – Кто-нибудь сегодня покидал территорию?

– Никак нет, ваше сиятельство! – бодро отрапортовал боец. – За ворота ни одна душа не выходила. Окромя вас с Тимофеем Ильичом, никто не отбывал. Чужих тоже не видали. Если кто и попросится, мы без разрешения ворота не откроем.

– Ага… Чудесно… А такой еще вопрос. Вы ведь в карауле уже несколько часов? С раннего утра? Скажи, не крутилась ли во дворе китаянка, внучка травника?

Парни переглянулись. Старший пожал плечами и вполне уверенно ответил:

– Не было ее, ваше сиятельство, иначе заметили бы. Особа-то выдающаяся. Говорят… – Боец смущенно замялся, но потом все же договорил, – Говорят, она в ядах разбирается. Если что, может шустро отравой напоить. А еще говорят, дед ее мертвого на ноги поднимет.

Я слушал караульного очень внимательно. Наблюдал за каждым микродвижением его лица. С Манью станется парню голову задурить. Могла наплести что-нибудь и попросить не рассказывать мне о побеге.

Однако боец, судя по всему, говорил правду. Двое его товарищей тоже таращились на меня максимально искренне. Они действительно никого не выпускали и Манью не видели. Значит, чертова китайская девка вышла другим способом. Осталось выяснить, как. Если с лесопилки можно ускользнуть незаметно, то и проникнуть внутрь – тоже. А это уже совсем поганый расклад. Особенно, если учесть, что мне пока тайный путь неизвестен.

Поблагодарил парней, а затем направился к конторе. Словно по заказу, из-за угла появились Корф и Осеев. Вот уж правда, на ловца и зверь бежит. Их я как раз хотел разыскать.

Остановился, замер, скрестив руки на груди. Решил, дождусь, пока подойдут ближе. Все равно нам теперь предстоит облазить весь периметр вдоль и поперек. Не успокоюсь, пока не найду лазейку.

Рядом молча переминался с ноги на ногу Тимоха. Он пока не понимал, чего это на меня нашло, но мое состояние считывал правильно, а потому не задавал никаких вопросов.

– Ну что, господа начальники службы безопасности, как обстановка на объекте? – поинтересовался я ласковым тоном, едва барон и его заместитель подошли ближе, – Не случилось ли каких происшествий за время моего отсутствия? Все ли члены нашей общины на месте?

Алексей кивнул, поправляя воротник пальто:

– Всё тихо, Павел Александрович. Все на месте. Никто не выходил. Да и зачем им это?

– Подтверждаю, – добавил Корф слегка растерянно. По моему голосу, несмотря на показное спокойствие, генерал понял – что-то не так. Но пока не мог сообразить, что именно, – Лично посты проверял с утра. Парни все предупреждены, посторонним ходу на территорию нет. Только с вашего личного разрешения. Выпускать тоже никого не велено. Времена сейчас неспокойные. Даже за мальчишками следят, чтобы те за ворота не убежали.

Слова Корфа вызвали у меня кривую усмешку.

– Подтверждаете? Занятно. А каким тогда образом, господа, некоторые обитатели лесопилки гуляют в город и обратно, когда им вздумается?

Осеев опешил. Корф тоже. Седые брови генерала удивленно поползли вверх, лоб прорезали глубокие морщины.

– Подобное исключено, ваше сиятельство! – уверенно заявил Владимир Николаевич. – После того внезапного появления японского майора мы проверили всю лесопилку на предмет возможных лазов. Главные ворота под наблюдением. Второй пост у заброшенной железнодорожной ветки тоже постоянно дежурит. Еще одна группа исправно патрулирует периметр. Мы бы непременно заметили.