Путь Шиноби: Первые Шаги (СИ) - "UALive"

По тону речи Сарутоби, и по его игривому выражению лица, можно было без труда понять что его слова про шпиона не более чем шутка. И Акира, хоть и не очень хорошо разбирался в человеческих взаимоотношениях, видел по чакре Асумы что никаких плохих намерений эти слова не несли. Но даже такое шутливое предположение вызывало в нем раздражение.

— И как ты себе это представляешь? — Спросил Какаши у Асумы, вопросительно выгнув бровь. — Какой здравомыслящий глава разведки отправит в качестве застланного агента, шиноби с легендой такой как у Акиры, и его недоверием ко всем шиноби. — Разбивал он предположение Сарутоби банальным здравым смыслом.

Ведь действительно, если уж отправлять шпиона в стан врага, то нужно дать ему более располагающую легенду. Акира же, за все месяцы партизанской войны, не пытался связаться с какой-либо из сторон и вел свою собственную кровавую войну. Вкупе с его полным недоверием и даже враждебностью по отношению к шиноби Конохи при встрече, это создавало лишь отталкивающий и даже вызывающий образ. Настоящие шпионы должны быть неприметны, чего нельзя было сказать о кровожадном ребенке, владеющим силой разрывать чуунинов на куски.

— К тому же, учитывая силу Акиры, никакой Каге бы не стал разбрасываться подобными активами. Особенно на роль шпиона в один конец. — Все не отпускал эту тему Какаши, продолжая бить по предположениям Асумы.

— Ладно-ладно, не надо так налегать. — Поднял Сарутоби руки перед собой в извиняющемся жесте. — Я ведь просто пошутил.

— Ненавижу подобные шутки. — Высказался Хатаке, хотя по его голосу это и не было заметно.

А шутка Асумы его действительно задела. Очень уж Какаши не любит когда на кого-то клевещут, даже если в шутку.

Дружеская атмосфера за столом как-то поутихла. Но и сохранять неловкое молчание никто не хотел, поэтому, потихоньку, разговоры вновь начали набирать обороты, а тему Акиры они больше не затрагивали. По крайней мере до того момента пока поутихшее любопытство не разгорелось с новой силой.

— Акира-кун, можно тебя спросить? — Деликатно обратилась к мальчику Куренай.

Узумаки, вновь привлеченный своим именем, обратил внимание на шумную компанию. Да и остальные разговоры вдруг стихли. Всем было интересно, что именно хочет спросить Куренай и не приведет ли это к очередному недопониманию.

— Спрашивай. — Наконец дал свое согласие Акира, решив что, в случае если вопрос ему не понравиться, он всегда сможет отмолчаться.

— Сколько тебе лет? Ты младше всех нас, но судя по рассказам твоих сокомандников уже не уступаешь Какаши-куну в силе. — С горящим интересом в глазах уставилась Куренай на Акиру, ожидая ответа.

Асума и Анко также с интересом ожидали его ответа. Они надеялись что его реальный возраст окажется не на много меньше их собственного. Из гордости ли, или из зависти им не хотелось принимать на веру что Акира гораздо младше, но при этом и гораздо сильнее. А вот ученики Минато следили не за их сокомандником, а за лицами их бывших одноклассников, ожидая их ошеломленных лиц. Они то уже давно знают настоящий возраст Акиры и успели пережить экзистенциальный кризис, давно приняв несправедливость мира. Вот теперь им интересно пронаблюдать за подобной реакцией со стороны.

— Мне шесть лет. — Кратко ответил Акира.

Удивление и даже шок от ответа проступили на лицах Анко, Асумы и Куренай. Они то думали что ему девять, ну самый минимум восемь лет. А тут оказывается что он в два раза их младше. Вспоминая себя в шесть лет, они были лишь учениками академии, и лишь Какаши было чем похвастаться, когда он стал шиноби в пять лет, и то генином. Им троим в головы даже закралась предательская мысль — а не преувеличены ли все истории о нем? Ну не могла их гордость принять это за правду.

Но самым удивительным была не реакция этих троих. Рин, Какаши и Обито также с удивлением уставились на своего сокомандника. Тот возраст который назвал Акира был другим, чем они помнили. Причем, он был больше на один год. Ученики Минато уже догадались с чем это было связано, но Рин решила сделать дополнительные уточнения.

— Акира-кун, а когда у тебя день рождения? — Поинтересовалась Нохара.

Узумаки ответил не сразу, на секунду задумавшись над тем стоит ли это раскрывать. Но быстро понял что ничего важного в этой информации нет и решил удовлетворить интерес шатенки.

— Пятого мая. — Все также кратко ответил Акира.

— Но ведь пятое мая было вчера! — Воскликнул Обито и с недоумением уставился на Акиру. — Почему ты нам не сказал что у тебя был день рождения?

— И зачем вам это знать? — Ответил Узумаки вопросом на вопрос. — Вас это никак не касается. — Грубо заявил он.

И Акира действительно так считал. Для него день рождения был не столько личным, сколько семейным праздником, который он отмечал вместе с дедушкой и мамой. Но семьи у него больше не осталось, а значит и отмечать праздник больше не с кем. Конечно, вчера, после возвращения в убежище, он попытался в одиночку отпраздновать день рождения и даже худо-бедно приготовил торт. Но очень быстро ему стало тоскливо и паршиво на душе, когда он, в одиночестве и тишине убежища, пытался спеть праздничную песню. Для него это было очередным напоминанием того что он не смог сберечь. В итоге, быстро съев торт, он лег спать, желая позабыть о произошедшем.

И вот, когда он уже выкинул из головы этот эпизод, ему в очередной раз о нем напомнили, возродив отголоски той тоски.

— Но ведь мы могли бы все вместе отпраздновать твой день рождения. — Начала рассказывать Рин. — Конечно, в лагере много нет, но для именинников всегда готовят праздничный ужин. К тому же Минато-сенсей наверняка бы не оставил это событие без внимания, и он бы помог устроить настоящий праздник.

— Не нужны мне ваши праздники… — Высказался резко против Акира, но его уже не слушали.

— А почему бы нам прямо сейчас не отпраздновать день рождения Акиры? — Громко высказал свою идею Учиха, заглушив своим голосом протесты Узумаки. — Мы как раз в ресторане. Попросим персонал помочь с организацией, сходим в кондитерскую за тортом, а также закупим украшения. Кстати, надо будет ещё найти Минато-сенсея, чтобы он тоже присоединился к празднику…

— Я ещё раз говорю… — Попытался Акира вновь вставить слово, и вновь он был заглушен.

— А что, мне нравиться эта идея. — Одобрительно покивал головой Асума на это предложение. — Тогда может после ресторана посетим еще и игорный дом? Я слышал неподалеку есть очень хороший.

— Ты и так уже нарушил один из запретов шиноби. Хочешь пренебречь вторым за вечер? — Неодобрительно стала поглядывать Куренай на Асуму.

— Ладно, без игорного дома. — Пошел Сарутоби на попятную, поняв что может навлечь на себя гнев девушки.

— Вы меня слушаете?.. — Все пытался Акира привлечь внимание, но безуспешно.

— А что насчет похода в кинотеатр? — Внезапно внесла Анко свою лепту в планирование праздника. — В Курашики же есть кинотеатр? — Решила уточнить она.

— Есть, но сейчас слишком поздно для покупок билетов на сеанс. — Ответил Какаши, интересовавшийся графиком работы местного кинотеатра.

— Тц. — Недовольно цыкнула Митараши. — И почему у них нет ночных сеансов?

— Без понятия. — Индифферентно ответил Хатаке.

— Р-р-р-рх… — Уже чуть ли не рычал Акира от раздражения.

— Нюх-нюх… — Вдруг начала принюхиваться Рин. — Что это за запах гари? — Недоуменно спросила она.

— Черт! Мясо горит! — Закричал Обито, видя как мясо на гриле уже обуглилось с одной стороны.

Шиноби настолько увлеклись планирование праздника, что совсем забыли о якинику. На определенный момент все забыли про день рождения Акиры, стараясь спасти то что уцелело от мяса. Но как только с этим было покончено, обсуждения по поводу праздника возобновились.

А у Акиры уже не было сил на то чтобы злиться и беситься. Узумаки в каком-то смысле смирился с тем что ему устроят праздник.

(П.А. — Акире уже шесть лет! Понадобилось больше восьмидесяти глав, чтобы ГГ повзрослел на один год. Но, учитывая что именно ему пришлось пережить за этот год, ментально он стал гораздо старше, хоть повадки ребенка в нем все еще частично сохраняются.