- Я предупреждала, - заметила я, покосившись на бесстрастный профиль блондина. – Здесь раскопки вести долго.
Малфой не ответил, небрежным движением, словно красуясь, вскинул палочку:
- Акцио крестраж Тома Марволо Риддла!
И ничего, только потревоженная пыль бесшумно кружилась в воздухе и медленно опускалась вниз.
- Если бы это было так просто, то никакого смысла в крестражах не было, - устало сказала я, пытаясь вспомнить, хоть один ориентир с которого имело смысл начинать поиски.
- Акцио диадема Ровены Равенкло! – не сдался маг. Я удивленно вскинула брови. Однако!
- Боюсь, бессмысленно… - начала было я, не веря в успех затеи, - Ложись!
Однако реакция бывшего Упивающегося с боевым прошлым оказалась получше моей, не успело эхо моего крика разойтись в замкнутом пространстве Выручай-Комнаты, как тяжелая рука мага пригнула меня к полу. Над нами со свистом рассекая воздух, пролетел бешеный снаряд, вылетевший из недр завалов, и с грохотом врезался в тяжелую дверь.
- Впечатляет, - пробормотала я, оглядываясь, Люциус, не теряя времени, подскочил к месту падения неопознанного объекта, и ловко подцепив тот палочкой, запихнул в гоблинскую шкатулку. На мгновение перед моими глазами мелькнула тонкая изящная оправа и жирный блеск драгоценных камней, сомнений быть не могло. – Вы ведь знали, - констатировала я факт.
- Разумеется, - не стал отпираться Малфой. – Лорд тщеславен, две реликвии Основателей – крестражи, логично предположить, что и остальные были в зоне его интересов. Меч Годрика пылится в кабинете Дамблдора и он чист, а вот диадема утеряна. Впрочем, как вы помните, дочь Ровены Елена замок так и не покинула, как и ее неприкаянный жених. Призраки могут много чего крайне интересного рассказать, если их правильно спрашивать. Северус умеет.
- Но с чего вы решили, что диадема в школе? – не сказать, что неверный, но откуда такой вывод.
- Предположили, - усмехнулся маг, наводя парой пассов палочкой чистоту на свою мантию. – Три из известных нам осколков спрятаны надежно, добраться до них проблематично, вот тут-то и кроется самое слабое место плана, а Лорд – гений. Следовательно, это мы что-то упускаем. Те крестражи держат дух в нашем бренном мире, но не решают задачу возрождения, а ведь верных последователей, готовых рискнуть ради своего повелителя может и не остаться, - Малфой сделал паузу, а я замерла, затаив дыхание, умел гад держать интригу. – Значит, другие должны быть там, где их смогут найти, - резко продолжил он. – Это дневник в моем мэноре и диадема в школе. Вычислить Выручай-Комнату умному и упорному ученику вполне реально, а что может быть лучше переполненного энтузиазмом и магией подростка, который еще не уяснил, что любые артефакты руками трогать не следует, тем более примерять знаменитую диадему.
Я похолодела от ужаса, а ведь он прав, есть возможность возродиться из крестража без помощи извне, банально откачав магию и жизнь из реципиента. И встречайте обновленного Воландеморта.
- Осознали, миссис Уизли? – жестко осведомился маг, я, как сомнамбула, медленно кивнула, представляя размах замысла и его вероятные последствия. - Поэтому, спрошу еще раз. Что вы от нас утаили? – проницательные серые глаза требовательно смотрели на меня, отслеживая малейшие реакции. Этого зубра интриги сложно обмануть, он чувствует фальшь на уровне интуиции.
- Ничего, - легко солгала я.
Извини Люциус, но тебе я не доверяю, ты, в отличие от Снейпа, не имеешь передо мной обязательств, да и перед Поттером тоже. Я не знаю, как ты поведешь себя в этой ситуации, поэтому повнимательнее присмотреться к сверхпрочному лбу ребенка я намекну не тебе. Но взгляд Малфоя выворачивал наизнанку, я против воли засмотрелась в эти невероятные пронзительные глаза, что, казалось, смотрели в самую душу, невольно устыдившись своих недостойных порывов, хотелось прямо тут выложить всю подноготную без утайки.
– Это вам нужно было в профессора идти, а не Северусу. У вас талант, - невольно вырвалось у меня.
Люциус усмехнулся, и наваждение спало.
- Я для этого слишком нетерпелив, - холодно возразил он. – У меня нет железной выдержки Северуса, и, боюсь, никто не оценит, если я начну раздавать круциатусы особо отличившимся.
Ясно, намек понят. Пожалуй, в присутствии этих двух слизеринцев, что себе на уме, я не буду ни есть, ни пить, с них станется накапать мне веритасерума.
– Идемте, мистер Малфой, мы и так слишком долго отсутствовали.
Я повторила его подвиг и под насмешливым взглядом наложила на себя очищающие чары. Если он еще и неумение пользоваться магией спалит, то это будет окончательный провал. Нет, лавры Штирлица и Снейпа мне однозначно не светят. В коридоре, меланхолично обозревая троллье варьете, нас поджидал Кровавый Барон.
- Мистер Малфой, - скрипуче обратился он к моему невольному спутнику. – Прибыли авроры и все разыскивают вас.
- Отлично, - скупо улыбнулся приверженец чистокровных традиций. – Весьма вовремя. Молли, надеюсь на ваше благоразумие, - с этими словами он передал мне шкатулку с диадемой.
Вот Мордред! Как красть реликвии, так не отставай, а как выносить их контрабандой из школы сквозь кордон авроров под носом у Дамблдора, так сразу Молли, как представитель светлой стороны. Злобно сверкнув глазами в сторону блондинистого мага, я трансфигурировала из носового платка корзинку, похожую на мою, которая осталась в кабинете зельеварения, вышла она правда косовата, но какая теперь разница. Малфой отчетливо хмыкнул. Ничего не знаю! Я женщина, мне простительно нервничать. Бросив в нее шкатулку, я замаскировала сверху вязаной шалью, что до этого кокетливо была наброшена поверх мантии. Все, я готова. Люциус кивнул и небрежно повернулся ко мне спиной.
- Кстати, Молли, - бросил он на ходу. – К нашему разговору мы еще вернемся.
Ууу, сволочь патлатая! Последнее слово все же оставил за собой.
Едва Малфой, исполненной степенной почтенности походкой, буквально вплыл в кабинет директора, там моментально стало тесно, словно он одним только своим присутствием заполнял все пространство вопреки всем законам физики. Внимание шумной компании, сильно разбавленной алыми мантиями, тусующейся в кабинете Дамблдора, приковано было только к блистательному безукоризненному магу, и не скажешь, что совершенно недавно он был изгваздан в пыли, как путник в жаркий полдень на песчаном тракте. До маленькой мышки Молли никому не было дела.
