Брачная ночь - Викторова Татьяна

– Ваня, Саньку не видел? – спросила она мужа.

Иван, высокий, но слегка сутуловатый, может роста своего стеснялся, оглянулся, покачиваясь, но еще при ясной памяти, развёл руки в сторону: – Ну, так дело молодое, невесту, так сказать, в опочивальню…

Галина с досады махнула на него рукой: – Не видишь что ли, невеста здесь…

Наташка теперь уже выскочила на улицу и не на шутку разволновалась. К поискам жениха подключился свидетель. Виктор растерянно моргал, оглядываясь и размышляя, куда мог подеваться Александр.

– Да придет он.

– Когда придет? Полчаса уже нет, а может и больше.

– Ладно, счас поищу, может в палисаднике…

–Да была я там.

– А в огороде? Ну, может… ну сама понимаешь… в сортир может пошел…

– Ага, столько времени....

 Родители жениха и невесты тоже разволновались. Близкие родственники стали предлагать поискать в огороде, даже в сарай заглянуть.

Молодежь, увлечённую танцами, кое-как смогли остановить и подключить к поискам.

– А может он у бабушки Василисы? – спросили родственники.

Сразу несколько человек кинулись в соседний двор, где в маленьком домике уже погасили свет. Еле достучались к глуховатой бабуле, осмотрев ее комнатки. Даже на чердак заглянули, хотя уж там-то чего жениху делать.

– Нет, ну тут точно нету, – сокрушался Виктор.

Он уже обежал все подворье, расспросил всех гостей, кто не успел еще уйти домой.

– А кто сказал, что жениха украдут? – спросила невеста. И в ее голосе уже чувствовался испуг. Казалось, ни что не могло омрачить ее в этот день, но исчезновение жениха выбило из колеи.

Музыка давно стихла. Большинство гостей разошлись. А те, кто остались, в полном недоумении строили разные догадки, вплоть до трагичных.

***

Участкового Семена Забралова выдернули чуть ли не из постели. Идти на свадьбу, чтобы погулять, это одно, а вот пропажа человека – это другое.

– Может он отлучился куда… что уж вы сразу про исчезновение, не иголка ведь, найдется.

Иван, отец жениха, потянул участкового к столу, пытаясь угостить.

– Да что ты, я же при исполнении. – Забралов снял фуражку, пригладил волосы, сдержанно хмыкнул, раскрыл рабочую папку и стал по одному опрашивать гостей.

– Семен Захарович, родненький, третий час уже нету сына, невеста вон как на иголках, – Галина, мать жениха, расплакалась.

Участковый закрыл папку.

– Давайте подождем до утра. Что я могу сказать, может объявится, – предположил участковый.

– Как это до утра? А может с ним чего случилось?

– Люди мои дорогие, ночь на дворе, где его искать… Да и времени совсем мало прошло, явится, небось, у него же эта, как ее, – участковый взглянул на поникшую невесту, – брачная ночь вроде как намечается. Так что ждите. И вы, невеста, идите домой, вдруг жених вас там ждет.

– А если нет?

– Ну тогда завтра утром я буду у вас, начнем искать.

– Так может собаку розыскную, – предложил отец жениха.

– Дорогой ты мой, где я тебе ночью собаку возьму? Это надо из города везти…

Участковый надел фуражку, опустив взгляд, вышел.

Наталья сидела, не шелохнувшись, лицо стало бледным, как фата.

Вернулся запыхавшийся Витька. – Я на речке был, все лодки на месте, и вообще нет там никого.

Свидетельница Света подала стакан с водой невесте.

– Выпей воды и успокойся. Надо просто ждать.

– И, правда, доча, пойдем домой, вон дядя Коля увезет нас. – Она взглянула на Галину и Ивана Савкиных. Жалко было дочку, которая так ждала этого дня, и вот сидит теперь как у разбитого корыта, одна… Но родителей Саньки тоже было жалко.

– Ладно, послушаем участкового, – предложила Тамара, – а завтра видно будет.

***

Домой Наталья вернулась одна. А ведь задумано было совсем по-другому. Тамара весь дом полностью предполагала на эту ночь отдать молодым, а сама собралась переночевать у сестры Татьяны. У жениха гулять, а у невесты – ночевать.

В спальне уже была подготовлена кровать с новым постельным комплектом, пышными подушками и новеньким покрывалом.

Наталья, увидев нарядную кровать для брачной ночи, выбежала в зал и зарыдала.

– Вот что мы должны думать? – запричитала Тамара. – Куда он делся? А вдруг сбежал? А? Может такое быть?

– Нет, не может! – закричала невеста. – Не может он так сделать!

– Ну ладно, не может, значит ждать будем, ложись, доча, отдыхать надо, намаялась ты…

Тамара вышла и прикрыла дверь. Наталья не заметила, сколько времени просидела, почти не шевелясь. Она вспоминала, все ли осмотрели, везде ли заглянули, ведь кто-то говорил, пройти по картошке, вдруг в ботве где-то, может плохо ему стало.

Она прислушивалась к каждому шороху, казалось, сейчас стукнет щеколда, скрипнут половицы от Санькиных шагов.

Так прошло почти полночи. Она разделась, сняв, наконец, свадебное платье и фату. Потом снова присела, глядя на неразобранную кровать.

Сегодня, этой ночью, на этой кровати, они должны быть вместе… где же он…

Она снова заплакала. Никто не знает, даже подружка Света, которая была свидетельницей на свадьбе, что у них с Санькой еще ничего не было. Кроме поцелуев, ничего. Они ждали этот день, эту ночь.

Тамара, полусонная, снова заглянула. – Ну, ляг ты отдохни, что ты себя изводишь, одни глаза вон торчат, вымоталась вся…

– Не могу я спать, ты иди, я посижу.

Но под утро Наташа все же прилегла, но не на кровать, а на диванчик.

Ей все чудилось, что стукнула калитка и что Санька сейчас придет.

Рано утром, плеснув водой в лицо, Наталья натянула простое платьишко из голубого ситца и выкатила велосипед.

– Куда ты? Сейчас Николай приедет, увезет нас… хотя чего торопиться, новостей все равно нет. Ну, если ты решил пошутить над моей дочкой, я тебя в порошок сотру, – ворчала Тамара, уже не зная, что думать об исчезновении жениха.

***

Савкины в эту ночь тоже не ложились. Иван несколько раз прикорнул, да и то минут на пять. А Галина то выходила на улицу, то возвращалась в дом. Сестра и племянницы, да еще две подружки убрали со столов, перемыли всю посуду. В холодильниках стояла еда на второй день, оставалось только разогреть… но никакого настроения не было. В голове только одни мысли: где сын.

Иван, мотнув от усталости головой, пошел умываться.

– Ваня, корову там выгони, – горестно напомнила Галина.

– Ты сиди, я управлюсь, – пообещал муж. Мыслями он уже был рядом с участковым, поглядывая, когда же подойдет Семен Захарович. То, что сына надо искать, он не сомневался.

Выгнав корову, заглянул во двор к матери. Там, кроме кур, никого не было. Старая уже, да еще оглохла пару лет назад. Из всех гостей, одна лишь бабка Василиса не знала, что приключилось с внуком, потому как ушла раньше всех. А когда домишко ее осматривали, так и не поняла, кого ищут, думала, молодежь развлекается.

Иван Савкин зашел во двор матери, сделал это, скорей по инерции, мелькнуло, что надо курам сыпнуть, вдруг Василиса еще спит.

Там, в огороде, старый сарайчик с чердаком, к нему пристройка. Иван вечером, когда сына искал, подходил туда, на замке было, Василиса любит все под замком держать.

Ноги как будто сами понесли к этой сараюшке, она как на отшибе стоит.

Подошёл, потрогал замок… и вдруг стук непонятный, откуда-то изнутри. Все внутри заколотилось у Ивана, заметался, не зная, куда бежать: то ли ключ искать, то ли замок срывать.

В пристройке этой небольшая заготовка дров, всегда под крышей, поэтому сухие… вот и оказался топорик тут же. Сбил замок, дверь распахнул, а там у них в этой пристройке погреб с крышкой. И на этой крышке еще один замок (Василиса постаралась). Много лет назад обокрали ее погреб, так с тех пор замыкает его.

Иван так же яростно замок топором сбил с крышки, а у самого руки трясутся и все внутри клокочет. Поднял крышку… Санька поднимается по лесенке, дрожит весь, хоть и лето, а в погребе холодно. Хорошо, старый овчинный полушубок чудом оказался в погребе, так вот им и укрылся Санька в свою первую брачную ночь.