Матабар VIII (СИ) - Клеванский Кирилл Сергеевич "Дрой"

— Значит, донесения все же имели под собой почву…

— Да, генерал.

— Ну, что же, будем наблюдать за тем, какой именно они ход сделают… а пока, Бобер, будьте любезны пригласить к нам посла Каргаамы.

— Да, генерал, — повторил капитан и скрылся за дверью.

Ардан, стоявший на том же самом месте, что и двумя днями ранее, остался один на один с вершителем судеб. Ощущение не из приятных.

— Капрал.

Арди вздрогнул.

— Да, Ваша Светлость.

Генерал поднял на него стеклянный, холодный, как у мертвой рыбы, взгляд.

— Что именно такого захотелось Полковнику в отеле, что ему понадобилось ваше там присутствие в ущерб изначальному плану усиления охраны Конгресса? — прозвучал такой же ледяной, как и иней за окном, голос.

Нет, премьер-министр нисколько не беспокоился за свою безопасность. Просто, несмотря на то, что он уже давно не имел отношения к руководству подразделением Кинжалов, он, наверное, все еще мнил себя некоторым духовным лидером данной части Черного Дома. Арди не знал, какие отношения складывались между Полковником и генерал-герцогом Олегом Закровским, но вряд ли очень теплые.

Два человека трудились на благо Империи — безусловно. Но делали это так, как считали нужным. И, насколько помнил Ард, Полковник отдал распоряжение не делиться информацией.

— Молчите, значит… — выдохнул генерал-герцог и улыбнулся. Широко и приятно. Словно собирался предложить уставшему юноше присесть, чашку горячего какао и подушку под ноги. — Я бы намекнул вам, капрал, на мои возможности по усложнению вашей жизни, но, увы, вы в милости у Императорской четы. Особенно у Её Императорского Высочества консорт. Боюсь, мне просто слишком неудобно как-то вас мотивировать, так скажем, от кнута. А какой предложить вам пряник, я, право, теряюсь.

Ардан понятия не имел, в какую сторону вилась нить данного разговора, так что просто молчал. Молчал и молился Спящим Духам, чтобы как можно скорее вернулся капитан Понских вместе с послом Королевства Каргаамы.

— Чисто по-человечески я вас уважаю, капрал. Так же, как уважал вашего отца, хоть и имел с ним лишь мимолетное общение после того, как он на собственном горбу вынес из порохового дыма раненого Павла, — зачем-то рассказывал премьер-министр. Спящие Духи! Люди подобного калибра никогда и ничего не делают просто так! Уж это-то Ард за почти два года жизни в Метрополии уяснил отменно. — И нет ничего страшного или опасного в людях, которые ставят личные интересы, особенно такие важные, как семья и близкие, выше государственных. Абсолютно ничего… до тех пор, пока данные люди и государству-то как к механизму не имеют никакого отношения.

Ардан продолжал молчать. Кажется, он понимал, куда клонил премьер-министр.

— Так что, наверное, для всех, включая вас самого, капрал, будет полезно, если… — премьер-министр забил трубку, поджег спичкой и затянулся. — Если вдруг дочь Рейша Ормана, выйдя замуж за капрала, так навсегда и останется женой капрала. Максимум — Магистра. Но уж точно не старшего офицера или, убереги Вечные Ангелы, Старшего Магистра, который бы ставил личное выше государственного. Вы понимаете, о чем я говорю?

Ардан понимал. Прекрасно понимал.

— Да, Ваша Светлость, премьер-министр.

— Замечательно… не подумайте, капрал. Ничего личного. Но такая работа, — генерал-герцог выдохнул облачко дыма и бросил короткий взгляд за окно. — Если вдруг вы захотите передумать, то у вас есть время до конца этого дня. Вам достаточно рассказать мне об отеле «Корона», и тогда я пойму, что в вас все еще жив достойный государственный муж, а не только, — премьер-министр посмотрел на кольцо на пальце Арда, — муж. Увы… я заранее знаю, что вы промолчите. Так же, как промолчал бы и ваш отец. Что он, собственно, и сделал… А жаль. Очень жаль… Из вас вышел бы превосходный Кинжал.

Ардану буквально воочию казалось, как вокруг него, по краю поляны, вновь кружили отравленные Лей, голодные волки. Поводили носами по воздуху, скалились, пытаясь понять свою жертву. Только в данном случае они не только пугали, но и заманивали.

Премьер-министр ясно дал понять, что знал об отце Арда, о Гекторе Эгобаре, чуть больше, чем говорил. В воздухе буквально повисла неозвученная сделка «информация за информацию», но… в одном премьер-министр ошибся.

Для Арда не имели значения звания. Может, из-за лесных друзей, учителя и Волчицы, может, из-за Арора, Шайи и даже в какой-то степени шерифа Келли; Арду не требовалось, чтобы кто-то признавал его заслуги. Ему хватало собственного знания, что он с чем-то справился, что-то сделал и чего-то достиг.

Так что угрозы не дать подняться выше по военному табелю о рангах или в неопределенном будущем получить медальон Старшего Магистра нисколько не пугали Ардана.

Ему просто было без разницы.

Так что он продолжил придерживаться своей тактики хранить язык за зубами. Благо, что слишком долгий срок данный маневр не занял. Уже через несколько секунд в кабинет вернулся капитан Понских, шедший впереди колоритной делегации.

Ардан, уже давно привыкший, что среди людей другие мужчины в лучшем случае дотягиваются макушкой ему до подбородка — и это самые рослые из них, — почувствовал некоторое облегчение при виде вошедших. Нет, они все еще оказались ниже, но в куда более скромной пропорции.

Наверное, оба они, если бы сняли свои немного странноватые ботинки из кожи и с нелакированным деревянным каблуком, могли бы оказаться на уровне переносицы Арда. На фоне же коренастого премьер-министра и не слишком выдающейся комплекции Старшего Магистра посол Каргаамы и его спутник выглядели и вовсе категорически внушительно.

— Ваша Светлость, премьер-министр, — на чистом галесском, с поклоном поздоровался посол.

Зазвенели его янтарные украшения и серьги. Спящие Духи, на каждом из ушей посла виднелось сразу по несколько проколов с украшениями самой разной формы, включая какую-то громадную кошку. Сложно даже представить, сколько сил потратил ювелир.

— Nahadka Калих Цоцкодц, — а вот генерал Закровский вместо короткого поклона провел ладонью над лицом. Будто маску снимал.

Насколько знал Арди, «нахадка» обозначало нечто вроде «господин» на языке Каргаамцев. А жест, по которому снимали маску, уходил корнями в эпоху, когда в колыбели человеческой расы шли неустанные войны между племенами. Воины древних поселений носили деревянные маски (по той же причине, по которой когда-то были популярны шлемы, а теперь у военных имелись каски), что впоследствии и породило такой жест. Снять маску — означало иметь мирные намерения.

Что же до самого внешнего вида посла и его спутника, то кроме золотых просторных одежд, одновременно напоминавших халат, юбку и нечто среднее между ними, ничего особенно выдающегося глаз не замечал. Ардан прежде уже видел черную агатовую кожу, будто поглощавшую окружавший свет, так что она его уже не занимала и не восхищала, хоть и порождала мимолетное ощущение любопытства.

Но это про господина Посла. А вот его спутник… удивительно, но волосы Каргаамцев к старости белели так же, как и у Галессцев. А еще кожа покрывалась черными пятнами и чуть горбилась спина. Да, за послом следовал старик. С красной вязью татуировок на лице и кистях рук (а может, и на всем теле, но из-за одежды не скажешь).

В пальцах левой руки старый Каргаамец вертел несколько необычные бусы, в которых драгоценные камни перемежались с корой деревьев и костями животных и птиц. Ну а правой он опирался на посох короткий и толстый, который больше походил на дубину или не очень искусно выполненную трость.

Звездный Шаман!

Арди впервые в жизни увидел представителя совсем иной ветви Звездной науки.

— Ваша Светлость, позволите моему спутнику воспользоваться вашим столь удобным диваном? — голос посла звучал немного булькающе, будто он не так давно пережил болезнь легких. — Его ноги уже не так крепки, как прежде.

— Разумеется, — с неизменно теплой улыбкой генерал Закровский протянул ладонь, указывая на зеленый диванчик, расположенный поодаль от капитана Понских.