Матабар VIII (СИ) - Клеванский Кирилл Сергеевич "Дрой"

— Какие идеи? — повторил свой вопрос капитан.

— Не знаю, Милар, Эльвира могла очнуться по целому ряду прич… — Ардан, начав говорить, тут же осекся. Вряд ли Милар спрашивал его о том, что произошло несколько лет назад с собственной женой. — Извини.

— Где ты витаешь, господин маг? — нахмурился капитан. — Потому что, если ты вдруг забыл, мы тут рискуем своими карьерами, премиями и, возможно, задницами, чтобы раздобыть сведения… Проклятье, я будто снова в учебке и прогуливаю занятия по верховой езде. А если ты вспомнишь, чем именно закончились данные прогулы, то…

Милар неопределенно помахал сигаретой в воздухе.

Ардан вздохнул и честно признался:

— Думал о Тесс.

Милар несколько секунд молча рулил, попутно одной только мимикой лица ругаясь на щетки дворников. Правый прилип к стеклу и отказывался работать, из-за чего Ард не видел своей части дороги.

— Теперь подумай о нашем деле. Есть идеи, как нам лучше подойти к вопросу?

К этому моменту они уже почти добрались до главного моста, связывающего правый берег столицы с полуостровом, на котором и находился район Первородных. Из-за своей плотной (слово, пожалуй, являлось весьма скромным преуменьшением) застройки тот на фоне белоснежной столицы выглядел угрюмым черным пятном, прореженным сотнями тонких огоньков.

— Ты имеешь в виду, стоит ли нам вваливаться в «Морской Бриз», где еще не факт, что мы найдем Лиаэлиру, размахивать своими удостоверениями и угрожать всем подряд прострелить коленки?

Милар прищурился и повернулся к Арду.

— Почему-то мне кажется, господин маг, что ты на что-то намекаешь.

— Я не намекаю, Милар, а говорю прямо, — буркнул Ард. — Что каждый раз, когда мы действуем в подобном тоне, то потом приходится за кем-то бегать, что-то взрывать и…

— И это мне говорит тот же человек, — перебил капитан Пнев, — который снес половину притона Красной Госпожи. И не надо меня поправлять, что ты не человек.

Ардан только молча поднял ладонь, показывая, что он и не собирался.

— Вот я и спрашиваю: какие идеи, господин маг? — снова повторил свой вопрос Милар. — Потому что я не так уж и часто бывал в районе Первородных. А если быть точным — раза три или четыре.

Брови Арди взлетели чуть выше.

— Но ты же живешь в столице уже больше десяти лет!

— И это вовсе не значит, что у меня имелись поводы сюда наведываться, — парировал Милар и, свернув за мостом, остановил автомобиль около очередной горки снега и льда. Та выступала своеобразным шлагбаумом на въезде на одну из немногих автомобильных улиц района Первородных. — Так что давай, господин маг, принимай бразды правления нашим скромным дуэтом.

Милар открыл баночку мази, которую сделал для него Ард, и, намазав на шею и запястья, потуже запахнул шерстяное пальто. Вместе они вышли на улицу, и Арди, забирая посох, отсчитал несколько монеток и оставил на капоте.

— Это еще зачем? — спросил Милар.

— Для шпаны. Чтобы автомобиль твой не повредили.

— Ард.

— Что?

Милар развел руками, закутанными в перчатки, а поверх еще и в рукавицы, после чего снова запахнул воротник и повыше поднял шарф. Не говоря уже про повязку, которая скрывала нос и губы.

— Тут от шпаны только сосульки останутся!

Ардан вместо какого-либо комментария лишь продемонстрировал свое незастегнутое на пуговицы, не самое плотное пальто и обнаженные волосы и ладони. Милар, коротко выругавшись, нахохлился замерзшим голубем и больше ничего не говорил.

А Арди, надеясь, что данный визит обойдется без компании одного весьма колоритного огра, направил стопы в сторону хитросплетений переходов, лестниц и узких улочек. Всего за несколько месяцев работы их с Баженом Иорским и теперь уже лордом Борисом Фахтовым аптеки всем троим пришлось неплохо так поднатореть в непростом вопросе навигации по району Первородных. Да, ни Ард, ни кто-либо из троицы все еще не мог свободно ориентироваться в местном лабиринте, но найти какие-то ориентиры и уже по ним отыскать самые популярные точки — вполне.

А бар «Морской Бриз» не то чтобы совсем уж чахлое и никому не известное заведение. Скорее наоборот — одно из главных мест для встреч тех, кто уже не считал каждый ксо, но все еще не был готов потратиться на заведения за пределами района.

Так что после двадцати минут блуждания, то спускаясь вниз, то поднимаясь наверх, порой проходя насквозь целые здания, напарники наконец вышли на нужную «улицу». Если так, конечно, можно было назвать пространство, зажатое с двух сторон глухими стенами, украшенными несколькими лампочками.

Впереди же, около очередной лестницы, исчезавшей под аркой, на вывеске перемигивались лампочки, создавая иллюзию машущей хвостом сирены, лежащей на камне. Настоящую сирену — наполовину женщину, прекраснее эльфийки, а наполовину жительницу подводных глубин. Женский торс, голова и лицо, а вместо ног — рыбий хвост. Совсем не те жуткие химеры, созданные Звездными магами полтысячи лет тому назад.

Под козырьком бара, напротив новенькой витрины (прошлую разбил Звездный Оборотень), как и прежде, стояло несколько фигур в темных пальто с поднятыми воротниками. Они о чем-то перешептывались и курили. Два гоблина, дворф и эльф. Подходя ближе, Ардан сделал вид, что не заметил на себе пристального взгляда одного из гоблинов и то, как тот юрко шмыгнул в сторону и исчез в переулке, венчавшемся широким проспектом, соединявшимся с Неспящей Улицей.

Ардан хорошо помнил это место.

— Куда это он? — спросил Милар, немного приспустивший шарф и повязку.

В глубине района Первородных оказалось значительно теплее, чем снаружи. Что, в целом, весьма просто и логично объяснялось.

— У нас не так много времени, — ответил Ардан. — Скоро сюда заявится сержант Боад.

— Тот огр, о котором ты рассказывал?

— Ага.

— Но разве ты здесь теперь не свой? — капитан Пнев ненадолго оглянулся в сторону оставшейся у входа троицы.

— Не для Боада, — Ардан заозирался по сторонам. — И не для тех, кто разделяет его взгляды.

Бар с прошлого визита, кроме как наличием витрины, никак не изменился. Все тот же до того густой табачный дым, что, казалось, если споткнуться, то до пола не долетишь. Плюхнешься, как на перину, только вместо пуха тебя поймает плотный, как вата, табачный дым.

Он стелился вдоль пола, обрамляя местами потрескавшиеся доски. Утренним туманом облеплял туфли и ноги посетителей — гоблинов с рваными ушами в цветастых, пестрящих красками костюмах, достойных лучших танцевальных площадок Бальеро; массивных орков, вместо пиджаков носящих в основном жилетки или вязаные свитера; изящных эльфов, из-за красоты которых взгляд, в целом, даже не особо осознавал, что за одежду те выбирали; а редкие дворфы в строгих деловых тройках щеголяли пальцами, сверкавшими перстнями и кольцами.

Дым поднимался выше, плющом извиваясь по ножкам деревянных столов, чтобы затем накрыть едва видимыми дланями стаканы с крепким алкоголем; он соприкасался с алыми угольками на кончиках сигарет, сигар, курительных трубок и мундштуков, чтобы тут же взвиться под потолок, а там едва заметно светили Лей-лампы, в отчаянии пытаясь пробиться сквозь смог, но, кажется, уже обиженно плюнувшие на бесперспективную затею.

У длинной барной стойки на стульях разных высот сидели одиночки, болтавшие с барменами, а те, в свою очередь, прикрывали спинами выставку пузатых бутылок, на которых из-за дыма не различишь ни ценников, ни этикеток.

И только на сцене в этот раз никто не выступал, а столы и стулья, стоявшие рядом с внешней стеной, пустовали. Посетители забивались все глубже внутрь и подальше от входа. Несмотря на то что Первородные в массе своей куда лучше переносили погодные изменения, холод добирался и до них.

Ардан, выстукивая посохом, неизменно привлекал внимание и чувствовал покалывание чужих, любопытствующих взглядов, но не придавал тому особого значения.

Подойдя к свободному месту у стойки, он постучал костяшками по лакированному дереву. Вскоре к нему подошел угрюмый дворф с бровями, на уголках которых маячили украшенные рунными камешками косички. Уроженец Ральских подгорий. Там так было принято.