Я кивнул и поблагодарил малютку за доставленное сообщение, от чего та буквально расплылась в улыбке и, кокетливо подмигнув мне на прощание, умчалась по своим делам. Вообще-то, лично я считаю, что к этим девчушкам в академии слишком наплевательское отношение. Многие на них внимания обращают не больше, чем на предмет мебели, конечно, не обижают, но и относятся к их работе как к чему-то само собой разумеющемуся. А мне вот этих малюток жалко, а посему всегда говорю им спасибо и иногда даже нет-нет да угощу чем-нибудь вкусненьким, что мне с собой Глафира на работу собирает. Наверное, поэтому в последние месяцы мой класс буквально сияет чистотой, несмотря на то, что тут каждый день после уроков кошмарный бедлам творится. А ведь раньше феи-уборщицы даже носа не казали в это старое крыло академии, мне даже пришлось в начале карьеры классный час организовывать с помывкой окон и уборкой, зато теперь тут чистота, порядок и полный орднунг. К тому же феи облюбовали наш коридор и по утрам устраивают здесь посиделки с песнями и плясками вокруг люстр. Я на них, конечно, ругаюсь, но беззлобно, и они это прекрасно понимают. Дорофеич правда сперва ворчал и морщился при виде этих миниатюрных шкодниц, но после того как те привели в порядок все крыло здания, подобрел и даже иногда с ними чаи гоняет.
Ладно, что-то я опять отвлекся. В общем, пришлось тащиться к ректору. Вы, кстати, ничего такого не подумайте, я нашего Христофорыча уважаю, и как человека и как бессменного ректора нашей академии, просто начальство оно везде начальство, а от него, как известно, надобно держаться подальше. Но раз вызывают, значит надо…
В приемной сегодня было пусто, что несколько странно, ибо тут обычно всегда несколько человек (или не человек, но тут когда как) да присутствует, ну в принципе, если нет народу – это даже лучше, ждать не придется. Я поправил одежду, глянул в висевшее на стене зеркало и остался вполне доволен своим внешним видом.
А что, вполне нормальный мужик, не урод, но и красавцем не назовешь. К тому же за последнее время подтянулся и избавился от своей пивной мозоли, а косой саженью в плечах никогда обделен не был, так что надеть на меня кольчугу, в руки любимый молот и вот он – русский богатырь. Хотя стоп, они же вроде с мечами ходили, или булавами там… ну и ладно, а я буду богатырь-молотобоец. Есть кто против? Нету? Ну, вот и ладушки.
Улыбнувшись своим рассуждениям, я постучался в дверь кабинета и, дождавшись неопределенного бурчания с той стороны, вошел. Старый знакомый интерьер обычного земного офиса – ностальгия. Вот уж не думал, что при виде древнего ксерокса у меня буквально слезы умиления будут накатываться на глаза, а стоящий в углу холодильник прямо расцеловать готов (тьфу… тьфу… его вообще протирают?).
– Ярослав Сергеевич…
Я резко развернулся и, встретившись взглядом с пристально смотрящим на меня Генрихом, быстренько отодвинулся от холодильника.
– Марку вот разглядываю, – пояснил я, устремив взор на внезапно заинтересовавший меня потолок. – Думал, что интересное, а там обычный «Полюс», к тому же старой модели.
– Христофор Архипович его купил, еще когда первый раз был в вашем мире, лет двадцать назад, – пояснил секретарь ректора. – Правда, пока разобрались, как он работает, поломать успели, но Христофор Архипович его не выбрасывает, даже применение ему нашел.
Генрих подошел к холодильнику и, открыв дверцу, жестом фокусника указал на лежавшие на полках разноцветные журналы, газеты и прочую бумажную дребедень.
– Оригинально, – усмехнулся я. – Кстати, а где сам ректор?
– Его срочно вызвали в министерство, потом ему надо заехать еще в пару мест, так что в академии объявится примерно через месяц.
– Как так?!
Я непонимающе уставился на Генриха. Интересно, а каким макаром я теперь попаду к себе домой, ну в смысле в свой родной мир. Что ж мне теперь целый месяц болтаться тут, к тому же там как раз подойдет время, когда надо к будущей теще с зятем в гости наведываться, а Эльфира как раз для этого случая просила в моем мире кое-что прикупить. Блин… Издевательство какое-то…
– Собственно, по этому вопросу я вас и вызвал, – меж тем спокойно продолжил Генрих. – Мой начальник, отбывая, попросил помочь вам попасть к себе домой, собственно вот…
Он протянул мне небольшой конверт. Я взял и, открыв его, достал изнутри четыре разноцветных прямоугольника.
– Что это?
– Билеты.
– В смысле? – я уставился на секретаря непонимающе-ошалелым взглядом.
– Ярослав Сергеевич, – вздохнул тот. – Вот ответьте мне на один вопрос, как ученики прибывают в нашу академию?
– Ну, ясно ведь, они… эээ… ааа… ну.
Черт, я растерянно почесал в затылке, а ведь и правда, как? Не может же их всех наш ректор через свой кабинет приводить, а значит…
Так, для незнающих сразу сделаю отступление. Дело в том, что кабинет у нашего ректора непростой, точнее сам кабинет простой, но расположен он в некоей точке, из которой знающий маг может протянуть этакий мостик в любой из известных ему миров. Наш Архипович как раз к таким магам и относится, а посему шастает по различным мирам, куда ему только заблагорассудится. Кстати, в его кабинете вся электроника и прочие технические средства нашего мира – работают, а вот в самой академии не очень. Не, у меня, конечно, тут дома даже телек имеется со встроенным дивидишником, но, чтобы его посмотреть, приходится с ним постоянно вступать в дружеские объятия, дабы его корпус не выходил за пределы моего антимагического поля. Эльфира вон, по-моему, иногда даже ревнует. Еще у нас в академии есть одна загадочная дверь, которая ведет на «изнанку», хотя об этом я уже вроде упоминал… Ладно, надеюсь, более-менее понятно.
Так вот, слова Генриха заставили меня порядком призадуматься. Действительно, в академии учатся несколько сотен учеников, причем все из разных миров, а значит, как-то они должны сюда попадать. А насколько я знаю, напрямую переноситься из мира в мир редко кто из магов их уровня и возраста может, – скорее вообще никто. Ну, предположим, некоторых доставили сюда родители, другие прибыли посредством различных артефактов, а… Твою кису, что же я туплю-то так – вокзал. Действительно, ведь в упоминаемом мною путешествии я с друзьями побывал на одном из таких межпространственных терминалов, только неужели здесь такой же имеется? Хотя почему нет, много ли я где здесь бываю? В основном дома да в академии, ну еще к Герберту в гости захаживаю и все, а ведь Глафира упоминала даже о каком-то городке неподалеку, где она свежие овощи покупает. Блин.
– Вокзал?!
Я еще раз посмотрел на цветастые прямоугольники, уже догадываясь, что они являются обычными билетами на некое транспортное средство. Оставалось только надеяться, что не на подобное тому, которым мы пользовались в последний раз. То вообще больше на сани для бобслея походило и ездило соответственно.
– Вы правы, – кивнул Генрих. – Поезд послезавтра вечером. Так что как раз завтра примете экзамен у вашего класса и можете со спокойной душой отправляться.
– Ясно, только зачем четыре билета?
– Ну, тут одна закавыка, – секретарь вздохнул. – В общем, я прошу вас сопроводить Эрнесту к ней домой. Времени это много не займет, а ваш билет позволяет вам путешествовать с пятью пересадками и не ограничен по времени.
– А почему я? Почему она не может отправиться одна, и зачем мне еще три билета? – я с подозрением посмотрел на невозмутимого Генриха, по лицу которого абсолютно ничего нельзя было прочесть, и мысленно выругался.
– Ну, во-первых, ваш мир находится недалеко от ее, а поезд все равно идет мимо, во-вторых, в ее королевстве сейчас неспокойно, а родители не могут за ней прибыть по этим же причинам, в-третьих, просто больше некому.
– Как это некому? – удивился я, мысленно перебирая штат нашей академии. – Да у нас же столько народа работает!
– Однако послать некого, – отрезал Генрих. – К тому же с вами поедет еще и Алана Угай…
– С ума сошли? – я чуть не покрутил пальцем у виска, но сдержался. – Они же с Эрнестой поубивают друг друга.
