30 метров в глубину - Ярцева Лидия

Лидия Ярцева

30 метров в глубину

Серия «Про/За. Бунт за право быть собой»

© Ярцева Л. А., 2026

© Издание и оформление. ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2026

Молодость ©

Глава 1

Эхо глубины

11 сентября 2019 года

Величественные волны Балтийского моря лениво набрасывались на берег и медленно его покидали. Солнце неспешно выглядывало из-за горизонта и заливало светом мягкий песок, который в тандеме с солёной водой выглядел как масса для пряников или марципана. Это случилось в Калининградской области.

На песке показалась тень шустрой бабочки. Она суетливо порхала и металась с места на место, будто хотела спрятаться от собственного силуэта. Заметив широкие плечи мужчины, стоящего на пляже, руки в боки, и глядящего за горизонт, она активнее замахала яркими узорчатыми крылышками и уютно расположилась на его левом плече.

В этот момент мрачные облака закрыли светило, лишив берег радости. Из воды вышли трое аквалангистов. Словно морские боги, они двигались к берегу, тяжело таща за собой четвёртого, обездвиженного. Еле добравшись до суши, они бросили раздутое тело в костюме на песок. Двое медиков подбежали к лежачему и сняли с его лица маску для дайвинга. Под ней скрывался молодой мужчина лет тридцати. Медики ощупали шею и запястья, но вскоре поняли – спасать уже некого.

– Янтарный? – спросил басом мужчина, на котором сидела бабочка. От его громкого голоса она тут же взлетела.

– Вряд ли. Вон база. Частник, – ответили мужчине аквалангисты, показывая на небольшой сарай, на двери которого красовался рисунок акулы с открытой пастью.

Бабочка развернулась и полетела в сторону сарая. Она приблизилась к запылившемуся стеклу небольшого окошка и заглянула внутрь. Сарай служил дайвинг-базой, а потому был завален разного рода снаряжением для погружений под воду. Аквалангами, трубками, баллонами. В груде мужских вещей беспокойно ёрзал и мигал чей-то смартфон. Его владельцу усердно звонили. Но этому разговору не суждено состояться.

Какой же он всё-таки эгоист, крутилось в голове Киры, пока она на автопилоте рисовала ложкой круги на дне кастрюли, помешивая овсянку. Где она была бы сейчас, если бы не стала его женой? Строила блестящую карьеру адвоката, открыла своё агентство, спасала бы мир от несправедливости? Точно не известно, но, скорее всего, она чувствовала бы себя более важной и нужной. Вместо этого она устало варила овсянку, почти засыпая, потому что всю ночь не сомкнула глаз и проворочалась одна на двуспальной кровати.

В этот раз таблетка магния не смогла помочь её потрёпанной от постоянных стрессов нервной системе – видимо, пора переходить на более сильные средства. Валерьянка или корвалол – что выбираем теперь? Ей всего двадцать девять, но с тех пор, как она связала свою жизнь с Артёмом, год будто шёл за два. За выслугу лет в браке не полагался отпуск в санатории, а зря.

Хлопья в кастрюле наконец-то превратились в тягучую цельную массу, и Кира выключила плиту. Телефон лежал рядом и давно ни о чём ей не сообщал. После того, что она сделала с ним за последние десять часов, ему тоже нужен был отдых.

А может, она себя слишком сильно накручивала? Есть же женщины, которых не волнует настроение мужа. Им интересны только цвет и длина маникюра, размер скидок на новую коллекцию шуб и посиделки с подружками в пятницу в караоке. Почему она была другой? Почему она всю ночь не спала и переживала? Переживала и ненавидела. Ненавидела, потому что опять оказалась в этой ловушке – в роли жены, которая сходит с ума от тревоги за мужа, уехавшего в ночи неизвестно куда и с тех пор ни разу не нашедшего даже минутки на звонок. Ну, вот она уже и рассуждала, как её мать. От такого сравнения Кире захотелось повеситься.

– Мамочка, мне снились кошмары! – забежала в кухню шестилетняя девочка с ангельскими золотыми кудрями. Её белая хлопковая сорочка с рюшами доходила почти до пола. В руках, как всегда, крепко стиснут плюшевый мишка Брауни – так его назвал Артём, когда покупал. Если оставался хоть какой-то шанс на то, что свет в жизни Киры ещё не погас, то он определённо исходил от Алисы. Кира крепко прижала дочку к себе:

– Да что ты говоришь, моё золотко. Ты им скажи: куда ночь, туда и сон. Скажешь?

Алиса покивала и бросила тревожный взгляд:

– А папа уже на работу уехал?

– Да, – выпалила Кира не задумываясь. Она всегда была готова выставить его в лучшем свете перед дочерью. – У него сегодня много дел, зайка, – уверенно соврала она.

– Жалко. Я соскучилась.

Какое светлое чувство – скучать по кому-то. Не представлять себе жизни без кого-то близкого, волноваться перед встречей и ждать с нетерпением. Ей это чувство было знакомо лет десять назад, но сейчас она стала как камень – твёрдая и холодная. Скучала ли Кира по мужу? Вряд ли. Скорее она тосковала по идеальной версии этого человека и идеальным их отношениям, которые всю жизнь почему-то откладывались на потом.

Алиса отставила пустую пиалу и посмотрела на Киру.

– Я всё, – улыбнулась дочка, и Кира вернулась из размышлений – она так и не притронулась к завтраку. Не было аппетита.

– Хорошо, одевайся. Пора выходить.

Кира и Алиса отправились по знакомому маршруту до детского сада, что находился в трёх улицах от дома. Алиса по привычке сосчитала вслух все окна самого необычного здания на пути и продолжила болтать о том, что видит. Кира передвигала ногами на автомате, прокручивая в уме вчерашние сцены прощания с мужем. Она будто пыталась отмотать время назад и по-другому пережить этот вечер, не отпускать никуда Артёма. Незаметно они подошли к невысокому зданию из красного кирпича, щедро украшенному разноцветными флажками. Оно напоминало сказочный замок. Наконец в кармане Киры зазвонил телефон, который она крепко сжимала всю дорогу. Кира не глядя смахнула «ответить», отпуская в этот момент тёплую ручку Алисы. Та побежала к подружкам и воспитательнице Марине Викторовне. В голове промелькнула надежда на то, что звонил её муж, но прозвучал хриплый и растерянный голос Вани:

– Кир, Артём утонул.

– Что?

Ваня откашлялся и постарался сказать более внятно:

– Его тело достали из моря. Мне очень жаль. Тебе нужно приехать на берег. Сможешь? Я вызову тебе такси.

Кира продолжала смотреть вслед Алисе. Дочка махала и улыбалась своей искренней чистой улыбкой, бесконечно надеясь на скорую встречу с папой. Марина Викторовна уловила во взгляде Киры дух надвигавшейся катастрофы и поспешила увести детей внутрь сада. Кира осталась стоять на улице, пока не почувствовала, что вот-вот упадёт. Надо сесть. Она добрела до первой попавшейся лавки и свалилась на неё как мешок. Киру парализовало. Артём утонул. Утонул. Утонул… – раздавался эхом в её голове голос Вани. Она ожидала услышать что угодно, но только не это. Он был мастером дайвинга, погружался на невероятную глубину, ничего не боялся. Учил доверять воде, любил рисковать. Он не мог утонуть. Не мог. Кире полагалось сейчас плакать, но слёзы застряли на полпути. Телефон опять зазвонил, и она сдуру смахнула его с лавки так сильно, что тот ударился о цветочную клумбу. Скорее всего, разбился. Всё это больше не имело никакого значения. Небо упало. Но Кира всегда умела брать себя в руки и держать лицо. Ничего не изменилось и сейчас. Надо ехать на берег.

– Итак. Вы приехали с утра на берег, чтобы заняться дайвингом? – буднично задал вопрос дежурный офицер полиции до жути напуганному полноватому мужчине. Его лицо позеленело.