Остаться рядом… - Марин Александр

– Утром все равно же встречаемся.

Они сидели рядом, говорили о пустяках, но каждый думал еще и о своем. Вместе с летом уходило безмятежное время, уходило право не задавать себе сложных вопросов о жизни.

Это лето изменило их обоих…

Они встали и пошли дальше, мимо скамеек и деревьев, вдыхая запах нагретой за день земли и последних летних цветов. В их шаге было ощущение нового пути – осень уже ждала, но этот летний день был их.

Он был жарким, а воздух неподвижным. Даже листья в сквере не шевелились – висели уставшие, притихшие. Они шли по дорожке старого сквера – того самого, куда редко кто заходил днем.

– Сейчас будет гроза, – сказал Саша, посмотрев на небо.

– Откуда знаешь?

– Птицы замолчали. И ветер пропал. Так всегда бывает перед ударом неба.

– Ты еще и синоптик?

– Нет. Просто не первый раз вижу.

Дождь начался неожиданно – будто из воздуха, а не с неба. Первый гром ударил так, будто расколол небо пополам.

Еще минуту назад было просто серо и тихо, и вдруг – крупные тяжелые капли застучали по листве, по дорожке.

– Побежали? – предложил Саша.

– Куда? – засмеялась Марина. – Дождь ведь быстрее нас.

Они всё равно побежали сквозь него. Аллея в парке опустела за секунды. Люди прятались под козырьки, под редкие навесы. А они уже просто шли – сначала быстро, потом медленнее, потому что стало ясно: сухими уже не останутся. Волосы Марины потемнели от воды, ресницы слиплись, платье намокло и стало тяжелым.

– Сюда! – Саша схватил ее за руку и увел под крышу старой деревянной беседки, перекосившейся, но все еще живой. – Вот тебе и лето.

Крыша гремела от капель. Вода лилась по краям потоками.

Он снял с себя легкую куртку и накинул ей на плечи. Куртка тоже была мокрой, но жест был важнее тепла. Марина смотрела на него – мокрые волосы, смеющиеся глаза, рубашка прилипла к плечам – и вдруг начала смеяться. Без причины. Просто от переполненных эмоций.

– Ты специально это подстроил.

– Конечно. Договорился с небом заранее.

Марина дрожала – не столько от холода, сколько от непривычности момента. Все было слишком живое: дождь, запах мокрой земли, близость, тишина вокруг.

– Замерзла? – тихо спросил он.

– Нет… – соврала она.

Они стояли совсем близко. Слишком близко чтобы снова не слиться в поцелуе. После очередного долгого поцелуя Марина сказала.

– Я больше никогда не выйду с тобой гулять без зонта.

– Почему? – улыбнулся он.

– Потому что именно с тобой всегда происходит что-нибудь не по плану.

– Это обвинение или комплимент?

– Комплимент, потому что так даже интересно.

– Мариш все равно промокли, идем выйдем под дождь и под ним поцелуемся.

Она удивленно посмотрела на него, но вышла. Когда они стоя под сильным ливнем обнявшись целовались, мимо проезжало такси, и пассажиры, сидевшие внутри, с улыбками смотрели на них, а один из них пальцем покрутил возле виска, как будто говорил: «вы с ума сошли».

В этот момент Саша разразился веселым смехом, да так, что не мог себя сдержать. Марина удивленно смотрела на него и не понимала, что происходит.

– Мариш запомни этот момент. Мы целуемся под дождем, а мимо проезжает такси и нам намекают, что мы сошли с ума.

– А зачем?

– Я потом тебе прочту одно стихотворение, описывающее похожую сцену. Точь-в-точь. Просто не знаю его наизусть, а то бы прочел.

– Чье стихотворение?

– Асадова.

– Ты читаешь Асадова? Сань я приятно удивлена.

– Да, некоторые произведения читал.

– Еще одно неожиданное открытие… Ладно учту, а сейчас идем домой, иначе простынем.

– Пойдем, – сказал Саша. – А то твоя сестра решит, что я тебя специально под дождь подвел.

– Она и без дождя так решит, – тихо ответила Марина.

Дождь постепенно стихал. Город снова начинал дышать. Где-то открывались окна, хлопали двери подъездов, возвращались голоса. Они шли рядом, не торопясь – мокрые, смешные, счастливые и немного уставшие. Разговоры уже почти иссякли – не потому, что нечего было сказать, а потому, что слова стали лишними. Все, что нужно, уже было в их взглядах, в легком касании рук.

И, конечно, зонт они потом все равно не брали.

Улица была почти пустой. Последний день августа дышал мягкой прохладой. Нагретый от дневного солнца асфальт остыл после дождя.

Когда они подошли к дому, Марина остановилась. На фасаде горел фонарь, его золотистый свет ложился на ее лицо, выделяя глаза и мягкий контур улыбки.

– Ну вот и все. – сказала она почти шепотом.

Он посмотрел на нее и чуть приблизился. Марина не отступила. Их поцелуй был другим – не спонтанным, как в кафе, и не легким, как в парке, или под дождем. Этот был долгим, теплым, словно прощание и обещание одновременно.

Марина коснулась его щеки ладонью, провела по легкой щетине и в этом прикосновении было столько доверия и нежности, что у Саши внутри все трепетало. Ему хотелось задержать этот момент навсегда.

Они еще немного постояли в тишине. Вдалеке проехал редкий автомобиль, оставив за собой светящийся след фар. Вечер жил своей жизнью, но для них весь мир сузился до этого крыльца, до света фонаря и до тепла, которое они чувствовали друг к другу.

Наконец Марина шагнула к двери. Перед тем как исчезнуть в подъезде, она обернулась и улыбнулась снова.

– До завтра. – сказала она.

– До завтра, – ответил он, и голос его был твердым, как обещание.

Когда дверь закрылась, Саша еще долго стоял у подъезда, вдыхая запах августа и храня на губах вкус ее поцелуя. Август уходил спокойно, не торопясь. Он всегда так делает – просто исчезает.

И он знал: завтра будет новый день, и вместе с ним начнется их новая история.

Пока Саша добрался до общежития, полностью просох. Он по-быстрому переоделся, а потом заскочил к Ирине и взял у нее томик Асадова. Нашел нужное стихотворение и спустился вниз, чтобы позвонить Марине.

– Мариш слушай и представь ту сцену под дождем. Я с середины прочту.

…

Сверху потоки льются

Грозя затопить всю улицу.

А двое вовсю смеются

И, больше того, целуются!

Шофер придержал машину

И, сделав глаза большие,

Чуть приоткрыл кабину:

– Вы что, – говорит, – дурные?

Те, мокрые, но смешливые,

Только заулыбались.

– Нет, – говорят, – счастливые!

И снова поцеловались.

– Ну разве это не про нас?

– С-а-ш-к-а ты неисправимый романтик. Надо же было вспомнить такое. Если бы ты был рядом, то я бы тебя…

– Хочешь приеду?

Она звонко засмеялась.

– Нет, не надо, давай завтра. Завтра в университет утром. Мне надо готовиться.

Первое сентября было понедельником, а новый учебный год город встретил прохладным утром и запахом мокрых листьев. Аллеи были полны студентов с книгами под мышкой, с новыми тетрадями и молодым азартом.

Марина шла в университет вместе с Сашей. Они встретились в 8-емь утра, поздравили друг друга с первым учебным днем поцелуем, а потом весело пошли в сторону университета, вспоминая вчерашний день и хорошее настроение. Он провожал ее до ворот, хотя сам должен был через несколько часов ехать на сбор урожая, как и многие студенты.

– Смотри, не скучай без меня. – сказал он с улыбкой, поправляя рюкзак на плече.

– Буду очень стараться, не плакать. – поддразнила Марина, слегка прижавшись к нему. – Сань, а сколько будет длиться сбор урожая?

– Мариш в этом году меня определили в штаб студенческих отрядов. Всего их 24. Буду ездить по району и разбираться с условиями приема студентов, их бытовыми проблемами и тому подобное. В неделю раз буду приезжать для отчета. Так что три встречи, за четыре недели точно будут.

– Как интересно. Звони мне, не забывай. Буду делиться новостями про учебу, а ты своими успехами.

– Пока Маришка. Я в штаб на заседание, а после него мы выезжаем, чтобы утром приступили к работе.