Электричка Ханкю (СИ) - Арикава Хиро

Неуверенность тона студентки навела Ясуэ на мысль, что это вовсе не ее станция.

— До чего досадно, что из-за меня вам пришлось выйти не там, куда вы направлялись.

— Ничего страшного.

Голос девушки звучал грубовато. Оставалось только гадать, продолжает ли она испытывать раздражение, которое так ярко проявилось в ее комментарии: «Ну и тетки… Полный отстой!»

— У меня, как назло, нет с собой страхового полиса.

— Завезете в другой раз. Думаю, вам возместят расходы.

— Специально приезжать сюда — это дополнительные траты… И потом у меня всегда при себе есть лекарство от боли в желудке.

— Что ж вы сразу не сказали! — фыркнула студентка и направилась к турникетам.

Проводив ее взглядом, Ясуэ открыла сумку и вынула из нее косметичку. Сумка была ее единственной фирменной вещью, которую она купила после того, как несколько месяцев откладывала часть своей зарплаты за подработку. Расплачиваясь в магазине аксессуаров, Ясуэ мучилась чувством вины, ведь солидная сумма, которую она выложила за дизайнерскую сумку, точно не стала бы лишней в бюджете семьи.

«Почему вы купили всего одну? — недоумевали дамы. — Взяли бы две или три. Когда в фирме мужа будут выплачивать бонус, непременно скажите, что вам нужна вторая нарядная сумочка!» Кое-как выдерживая их натиск, Ясуэ заверя ла, что эта сумка ей нравится как ни одна другая и прекрасно подходит практически ко всем вещам ее гардероба.

Она вытащила пакетик с лекарством, который хранила в косметичке. Та была производства никому не известного бренда, и, разумеется, добрые советчицы наперебой рекомендовали взять фирменную — того же изготовителя, что и сумка. Ясуэ отнекивалась, поясняя, что косметичку ей подарила свекровь и потому она никак не может заменить ее на другую. На самом деле Ясуэ сама купила косметичку на распродаже в супермаркете неподалеку от места, где подрабатывала. Стоила вещь пять тысяч иен — ровно столько же, сколько Ясуэ собиралась потратить сегодня на великолепный сет блюд в китайском ресторане.

Кое-как поднявшись, она уже собралась пойти за водой, но тут студентка вновь появилась на платформе и протянула Ясуэ бутылочку минеральной воды из вокзального киоска.

— Вот, держите.

— О, спасибо! Сколько я вам должна?

— Нисколько, это всего лишь вода.

Ясуэ благодарно кивнула, откупорила бутылочку и высыпала в нее горькое лекарство. Студентка продолжала стоять подле Ясуэ.

— Э-э… А почему вы… — Ясуэ замялась, усаживаясь обратно на скамью и силясь понять, с какой стати попутчица проявляет к ней неподдельное участие и при этом имеет столь угрюмый вид.

— Я чувствую себя виноватой! — буркнула та. — Я обругала ваших знакомых, причем специально говорила достаточно громко, чтобы вы услышали, и… Если ваш живот разболелся именно по этой при чине, я должна остаться рядом, пока вам не сделается лучше.

«О, какая милая девушка, — порадовалась Ясуэ. — Очень хорошая девушка. Куда лучше, чем идеальная невеста для сына, о которой мечтают мои компаньонки. Я была бы счастлива, если бы мой сын встречался с такой. Это означало бы, что он зрит в корень».

— Полноте. — Ясуэ с улыбкой махнула рукой, словно развеивая опасения студентки. — Вашей вины тут нет.

Рассудив, что, вероятно, видит эту девушку в первый и последний раз, Ясуэ решила, что может в кои-то веки дать волю языку.

— Вообще-то, мне нисколько не хотелось ехать в Такарадзуку. Мужу и сыну я приготовила жареный рис с тем, что оставалось в холодильнике, и велела разогреть в микроволновке, а сама укатила с приятельницами в роскошный ресторан, чтобы заплатить там пять тысяч за обед! В поезде меня охватило раскаяние, и нате вам — острый приступ боли в животе. — Помолчав, Ясуэ добавила извиняющимся тоном: — И еще… Моя знакомая, которая бросила на сиденье сумку, в душе совсем неплохая и не имела в виду ничего дурного, просто для нее такое поведение — норма. Да, я виновата в том, что ничего ей не сказала, но мне было безумно неловко за то, каким способом она заняла для меня место. Поверьте, я не знала, куда деваться от стыда.

Студентка опустилась на скамейку рядом с Ясуэ.

— Извините за бестактность. Я брякнула, что в голову пришло.

— Нет-нет, вам не за что просить прощения. Это я размазня, не сумела правильно прореагировать.

— Вовсе нет. — Девушка пристально посмотрела на Ясуэ. — Если бы вы что-то сказали, та, которая бросила сумку, принялась бы вас буллить. Знай я, как обстоят дела, ни за что не поставила бы вас на одну доску с ними даже в воображении. Вы уверяете, что она не имела в виду ничего дурного, но я так не считаю.

— Буллить? — переспросила Ясуэ.

— Ну, травить. Так сейчас говорят. Стала бы выкуривать вас из группы.

— Надо же, никогда не слышала этого слова.

— Вы всегда носите с собой лекарства от боли в желудке?

— В последнее время у меня участились такие рези, — уклонилась от прямого ответа Ясуэ.

— И возникают они каждый раз, когда вы куда-нибудь выбираетесь с этой компанией?

Кивнув, Ясуэ прерывисто вздохнула.

— Простите, что вмешиваюсь не в свое дело, — произнесла студентка нарочито небрежным тоном, — но, возможно, вам стоит перестать общаться с этими дамами? Ведь к лекарствам рано или поздно сформируется привыкание.

Ясуэ наклонила голову, а девушка не унималась:

— Для вас общение с ними один сплошной стресс, раз на фоне совместных поездок ваше самочувствие так ухудшается. Обратите внимание, едва вы оказались вдали от тех дам, мигом пришли в себя.

Если говорить начистоту, Ясуэ смутно осознавала это и сама, но не пробовала что-либо изменить — боялась проблем, которые могут начаться, стоит ей попытаться порвать связи с псевдоподругами из старого родительского комитета.

— Ну… я с ними уже очень давно знакома.

— Не сочтите за дерзость, но мне кажется, что вы среди них как белая ворона.

Ясуэ инстинктивно сжала бутылочку с водой. Девушка словно ее мысли прочла…

— Когда ты едешь вместе с кем-то в поезде и попутчику становится плохо, следует выйти с ним на ближайшей остановке и убедиться, что он пришел в себя, или вызвать врача. Так поступил бы любой порядочный человек, пусть даже это нарушило бы его планы. Ваши курицы и с места не поднялись, только заквохтали: «Ай-яй-яй, ну вот, а как же обед?» Им до лампочки, пропустите вы трапезу в ресторане или нет. Даже не потрудились изобразить сочувствие или хоть как-то вас поддержать, тьфу!

— Хм-м… Пожалуй, вы правы. — Ясуэ вновь поймала себя на том, что кивает, соглашаясь с доводами собеседницы. В сущности, с каждым годом общение с этой дамской компанией приносило все меньше удовольствия. После окончания средней школы дети перешли в другие, так что встречи бывших участниц родительского комитета проходили скорее по привычке, а фактически их уже ничто не объединяло.

Внезапно студентка помрачнела.

— Кроме того, если у человека, с которым вы регулярно видитесь, иные приоритеты и его общество приносит вам тягостные ощущения, лучше вовремя вычеркнуть его из жизни. В противном случае чем дольше вы остаетесь рядом с ним, тем сильнее рискуете принять его убеждения и забыть свои.

«Судя по тому, как печально звучит ее голос, она пережила болезненное расставание… — предположила Ясуэ. — Вот ведь, совсем молоденькая, примерно ровесница моей дочки».

— Не предавайте себя, иначе это обернется против вас. Заметьте, вы уже и так заработали себе приступы боли на нервной почве, а дальше что будет? — Девушка развела руками. — Ну, какой вариант вам больше по душе?

Ясуэ ответила вопросом на вопрос:

— Зачем вы мне об этом говорите?

— В недалеком прошлом в моей жизни была черная полоса, — помолчав, отозвалась студентка. — Я боялась, что окончательно зашла в тупик. Встреча со случайной попутчицей в электричке вправила мне мозги, и я сделала первый шаг к спасению. Сегодня я сама стала случайной попутчицей, которая помогла человеку в беде — то есть вам. Вот зачем.

Днем поезда по линии Имадзу ходят примерно каждые десять минут в обоих направлениях. Со стороны переезда послышался грохот, предвещающий прибытие следующей электрички.